1945 год.
Володя шел по улицам города и не узнавал его - Сталинград, выстроенный вдоль Волги, сейчас будто бы заживлял свои раны, как солдат после боя.
Добравшись до дома, он вошел в калитку и, не увидев никого во дворе, поднялся на крыльцо и распахнул дверь.
- Ау, есть кто живой?
Глава 1
Мальчишка, что был в доме вздрогнул, посмотрел на вошедшего в дом солдата и что-то знакомое улавливал в нём.
- Витька, неужто ты? - Володя глядел на младшего девятилетнего брата и не верил своим глазам - вырос-то как! - Что, неужто брата старшего не признал?
- Вовка! - закричал мальчик, бросив ложку, которой мешал что-то на сковороде.
Братья обнялись, затем Вова подошел и посмотрел в сковороду.
- Это что?
- Лебеда. Трава такая съедобная. Ты чего, не знал?
- Знал... А мать где? Где Петя с Таней?
- Петя с Таней на станции, еду ищут, - Володя поморщился, услышав слова младшего брата. - А мама на стройке работает. Вова... - Витя подошел к нему и заглянул в глаза. - Скажи, а вы всех-всех немцев разбили? Не придут они к нам?
- Не придут, Витя. Не придут, - он обнял мальчишку. - Теперь всё будет по-другому, легче скоро станет, вот увидишь.
****
Но легче не было, после Великой Отечественной войны, казалось, стало еще труднее. Люди падали на улице от голода и тогда семья приняла решение уехать в Беларусь.
- Там земли плодороднее, и люди добрее. Родственница там у меня живет, хоть и дальняя, но одинокая, - заявила Мария, придя с почты и крутя в руках небольшой листок.
- А мы нужны там ей? - усмехнулся Володя. - Да и жива ли она?
- Жива. Я ей письмо написала, она и ответила. Говорит, у неё в деревне и земля есть, что урожай хороший дает, да вот только ни сил, ни здоровья у неё нет на той земле работать. Она обещала нас принять, так как сама уже немощная. Да и дом у неё покрепче будет, чем вот эта хибара... - Маша обвела глазами домишко, в котором они жили.
***
В белорусской деревне, которая пострадала от немцев лишь частично, их встретила тётка Галина.
- Вот сколько работников прибыло ко мне, - худенькая и обессиленная женщина улыбнулась, глядя на Марию, крепкого Владимира, которого можно в колхоз определить, да на ребятишек, что в помощи можно задействовать.
- Я очень благодарна вам за то, что приняли нас, тётя Галя, - улыбнулась ей Маша, обняв.
- Хоть и трудно сейчас, но я рада, что вы приехали, так помирать одной не страшно будет.
- Бросьте вы про это, - махнула рукой Мария. - Даст Бог, годик-другой пройдет и жизнь наладится.
Но Галина как чувствовала, она и правда болезненная была - её подкосил голод, немцы, что два года в селе жили, да изнуренная работа. Зимой её не стало.
Маша, стоя на похоронах, будто видела картинки из прошлого - лежащие люди в Сталинграде, Санечка маленький, Трофим... Галина не была ей особо близким человеком ранее, но за те месяцы, что она провела здесь, как мама стала. И вот теперь она опять потеряла близкого человека.
****
Мария сошла с ума не сразу - постепенно начала вести себя как-то странно. То выйдет из дома и просто бредет по деревне, куда глаза глядят, то часами на кладбище просиживает, то будто разговаривает с теми, кого уже нет. А однажды утром её нашли бездыханной - Маша раздобыла траву, которая унесла её жизнь.
- Умом баба тронулась, не смогла пережить, - шептались люди.
- Так немудрено, такое вынести.
- Ой, Олеська, неужто ты мало вынесла? - говорила её собеседница. - Да только ж если каждая баба бы руки опускала, да траву опасную бы пила, то вся деревня только из мужиков да ребятишек бы состояла. Ты вот скольких во время войны потеряла? Чего ж не пьешь? Где растет, знаешь.
- Да ну тебя, - Олеся махнула рукой. - Все люди разные, кто-то и не выносит тяжкого бремени, что на них ложится. Вот и Маша не вынесла, Бог разума лишил. Только вот что с детьми-то будет?
***
Володе позволили оставить почему-то только мальчиков - Витю и Петю, а вот четырнадцатилетнюю Танюшку отправили в детский дом.
Только вот Володя... Он стал другим. Молодой мужчина, вчерашний боец и защитник Родины работал в колхозе, не пропускал ни дня, да вот только по вечерам пить начал, да братьев младших гонять. Будто бы вслед за матерью он умом тронулся. Петька и Витя даже мечтали, чтобы хоть жену он в дом привел. Но девчата, несмотря на то, что было мало женихов в селе, не спешили в объятия Вовы, пугал он их. Пугал тем, что братьев своих учил уму-разуму через кнут.
Когда лупил, то приговаривал, что обузами они ему стали. Однажды ночью Петька, что был на два года старше брата, шепнул Вите:
- Я сбегу. Ей-Богу сбегу, сил моих нет, - он повернулся на кровати и простонал оттого, что нещадно болела спина.
- Куда побежишь-то? Некуда бежать.
- Да хоть куда. Куда глаза глядят. Прибьет он нас тут. Ты со мной, Витёк?
- Нет, - покачал он головой. - Помрем мы на улице, а тут хоть в доме, тепло, брат нас хоть и гоняет, да всё же без еды не сидим. Да и пропадет он без нас, всё хуже пить начал. Один он у нас остался - ни батьки, ни мамки, ни бабы Гали нет. А все остальные родственники под Сталинградом остались.
Петя ничего не сказал, но наутро, когда Владимир и Витя проснулись, оказалось, что его нет дома.
- Вот и где он? Я его в поле взять хочу, - сердился Володя, ища младшего брата.
- Не знаю, - со страхом прошептал мальчик и вдруг поёжился - неужто Петруха сбёг?
Петя не вернулся ни в тот день, ни в следующий, ни потом - будто в воду канул мальчик. Витя остался один и теперь вдвойне получал от Володи, да и работать одиннадцатилетний мальчик стал тоже больше.
Однажды сосед, лесник Иван Петрович, услышал визги и крики. Он понял, что опять Володька уму-разуму учит мальчонку, ворвался в дом, увидел Витьку на полу, выхватил кнут у его старшего брата и грозно посмотрел на него.
- И чего? - Владимир пьяно усмехнулся.
- Ничего. Будь я помоложе, ты бы у меня не так сейчас на полу корячился. Эх, а еще защитник.
Иван Петрович поднял Витьку на руки и унес к себе домой, где его жена Оксана стала хлопотать возле мальчишки.
- Негоже его здесь оставлять. Давай в детский дом его увезем.
- В который же? - усмехнулся Иван Петрович. - В наш районный, что переполнен до отказу?
- Но что же делать? Делать что-то надо. Забьет ведь.
- Давай попробуем в детский дом, - вздохнул Иван Петрович, зная, что жена права. - Авось, примут.
Они отвезли Витюшку в детский дом, едва тот оправился, но уже на следующий день Володя забрал его. Уж как уговорил он заведующего детским домом, неведомо. Может быть и правда, заведение было переполненно, но Витя уныло шагал рядом с братом, зная, что за пребываение в детском доме он еще получит.
И так было еще шесть лет. Едва Вите исполнилось семнадцать, как он последовал примеру Петра и сбежал.
ПРОДОЛЖЕНИЕ