– Что придет? – спросила Света, оторвавшись от плиты.
Виктор, не глядя на неё, уже натягивал пиджак. Его тёмные волосы были аккуратно зачёсаны, а рубашка, которую она утром выгладила, сидела идеально.
– Это не просто гости, Свет. Это люди, от которых зависит моё будущее. – ответил он. – Сделай, чтоб всё было на уровне. Скатерть ту, белую, с кружевами постели. И посуду нашу лучшую достань.
Света молча кивнула, чувствуя, как в груди закипает обида. Пятнадцать лет брака, а он всё ещё говорит с ней так, будто она прислуга. А то, что она с утра крутится на кухне, готовит его любимую утку с яблоками, моет полы, чтобы всё блестело, – это, видимо, не считается.
Она вернулась к плите, где в кастрюле тихо побулькивало рагу. Кухня пахла специями и свежей зеленью, но даже этот уютный аромат не мог заглушить её внутренний протест. Почему он всегда так? Словно её усилия – это само собой разумеющееся. Словно она обязана бросить всё и бежать выполнять его указания.
– Кто хоть эти гости? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Виктор наконец оторвался от зеркала и посмотрел на неё. Его взгляд смягчился, но ненадолго.
– Партнёры по новому проекту. Большие люди, Свет. Если всё пройдёт гладко, наша фирма получит контракт на строительство жилого комплекса. Это миллионы. Понимаешь? Миллионы.
– Понимаю, – буркнула она, помешивая соус. – А ты понимаешь, что я с утра на ногах, чтобы всё это организовать?
Виктор подошёл ближе, положил руку ей на плечо. От него пахло одеколоном – дорогим, который она подарила ему на годовщину.
– Свет, ну не начинай. Ты же знаешь, как это важно. Для нас. Для Лизы. Для нашего будущего.
Имя дочери, как всегда, сработало как рычаг. Света глубоко вздохнула и кивнула. Лиза, их четырнадцатилетняя дочь, сейчас была у бабушки – специально, чтобы не мешать приготовлениям. Ради неё Света готова была терпеть многое. Даже этот его тон, от которого хотелось швырнуть половник в стену.
– Ладно, – сказала она. – Скатерть, посуда, всё будет. Но ты хоть помоги с вином выбрать, а? Я не знаю, что этим твоим «большим людям» нравится.
Виктор улыбнулся – той самой улыбкой, от которой у Светы когда-то замирало сердце.
– Ты умница. Возьми то, что с красной этикеткой. Оно подойдёт.
К пяти часам дом сиял. Света накрыла стол в гостиной: белая скатерть с кружевным краем, фарфоровые тарелки с тонким золотым узором, хрустальные бокалы. Она даже достала серебряные подсвечники, которые обычно лежали в шкафу. Всё выглядело так, будто они жили в особняке, а не в обычной трёхкомнатной квартире в спальном районе Москвы.
Она посмотрела на своё отражение в зеркале. Тёмные волосы, собранные в небрежный пучок, усталые глаза, простое платье – ничего особенного. Хотелось надеть что-то нарядное, но времени уже не было. Да и зачем? Гости ведь не за ней пришли, а за Виктором и его контрактом.
– Мам, ты чего такая хмурая? – Лиза вернулась от бабушки и теперь стояла в дверях гостиной, держа в руках рюкзак.
– Да так, – Света попыталась улыбнуться. – Просто устала. Папины гости скоро придут, надо всё успеть.
Лиза закатила глаза.
– Опять его «важные люди»? Он всегда так говорит, а потом они сидят до полуночи.
– Лиза, не начинай, – Света почувствовала, как в висках за пульсировала боль. – Это для папиной работы.
– Ага, для работы, – фыркнула дочь, скидывая кеды. – А ты как прислуга на всех пашешь.
Света замерла. Слова Лизы резанули, как нож. Не потому, что были несправедливыми, а потому, что она сама не раз думала так же. Но слышать это от дочери – совсем другое.
– Иди к себе, Лиз, – тихо сказала она. – Уроки сделай.
Лиза пожала плечами и ушла в свою комнату, оставив Свету наедине с её мыслями. Она посмотрела на стол, на аккуратно разложенные салфетки, на вазу с цветами, которую она купила утром на рынке. Всё идеально. Но почему тогда внутри всё сжималось от тоски?
Виктор вернулся домой за полчаса до прихода гостей. Он выглядел ещё более напряжённым, чем утром.
– Всё готово? – спросил он, окидывая взглядом гостиную.
– Да, – коротко ответила Света. – Всё, как ты просил.
Он кивнул, но даже не взглянул на неё. Вместо этого принялся проверять, словно она могла что-то перепутать.
– Ты бы переоделась, – вдруг сказал он, не отрываясь от этикетки. – Надень что-нибудь... ну, понаряднее. А то, как будто с кухни только вышла.
Света почувствовала, как кровь прилила к щекам.
– А что, я так плохо выгляжу? – голос её дрожал, но она старалась держать себя в руках.
– Да нет, нормально, – он отмахнулся. – Просто, знаешь, эти люди... Они привыкли к определённому уровню. Хочу, чтобы всё было идеально.
– Идеально, – повторила она, словно пробуя слово на вкус. – Поняла.
Она ушла в спальню, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. В зеркале отражалась женщина, которой она не хотела быть: уставшая, с потухшими глазами, готовая выполнить любой приказ ради чужого успеха. Она открыла шкаф, достала тёмно-синее платье – то самое, в котором была на их десятом юбилее. Тогда Виктор смотрел на неё так, будто она была единственной в мире. А сейчас?
Когда она вернулась в гостиную, гости уже начали собираться. Первым пришёл Олег Иванович – мужчина лет пятидесяти с сединой на висках и тяжёлым взглядом. За ним – его жена, Елена, в элегантном брючном костюме, и ещё один мужчина, представившийся как Сергей, помощник Олега Ивановича.
– Светлана, рад познакомиться, – Олег Иванович крепко пожал ей руку. – Виктор много о вас рассказывал.
– Правда? – Света выдавила улыбку, бросив взгляд на мужа. Что именно он рассказывал? Что она отлично готовит утку?
– О, какая красота! – Елена всплеснула руками, оглядывая стол. – Вы, должно быть, волшебница! Столько всего приготовили!
– Старалась, – ответила Света, чувствуя, как внутри смешиваются гордость и раздражение.
Ужин начался на удивление легко. Олег Иванович оказался человеком с чувством юмора, Елена – приятной собеседницей, а Сергей больше молчал, но внимательно слушал. Виктор был в своей стихии: шутил, рассказывал истории, умело направлял разговор к теме контракта. Света сидела рядом, улыбалась, , уносила пустые тарелки. Всё, как он хотел.
– Светлана, вы просто находка, – вдруг сказал Олег Иванович, поднимая бокал. – Не каждая женщина способна так организовать вечер. Виктор, тебе повезло.
Виктор улыбнулся, но в его улыбке было что-то натянутое.
– Это точно, – сказал он. – Света у меня золото.
Она почувствовала, как внутри что-то сжалось. Золото. Тогда почему он так редко это показывает?
К концу вечера разговор перешёл к делу. Олег Иванович достал папку с документами, и мужчины углубились в обсуждение. Света ушла на кухню под предлогом заварить чай, но на самом деле ей просто нужно было выдохнуть. Она стояла у раковины, глядя на гору посуды, и пыталась понять, когда её жизнь превратилась в это. В бесконечное «накрой красиво», «будь на уровне», «не подведи».
– Мам, ты чего там застряла? – Лиза заглянула на кухню, держа в руках телефон. – Они там уже про какие-то проценты спорят.
– Иду, – Света заставила себя улыбнуться. – Просто... дай мне минуту.
Лиза посмотрела на неё внимательно, слишком внимательно для подростка.
– Мам, ты не обязана всё это терпеть, знаешь?
Света замерла. Слова дочери снова ударили в самое сердце. Но ответить она не успела – из гостиной раздался громкий смех Виктора, и она поспешила вернуться.
Когда гости ушли, было уже за полночь. Виктор сиял, как новенькая монета.
– Свет, ты была на высоте! – он обнял её, но она не почувствовала тепла. – Они в восторге! Олег Иванович сказал, что контракт почти у нас в кармане.
– Здорово, – устало ответила она, глядя на стол, заваленный грязной посудой.
– Ты чего такая? – он нахмурился. – Это же наш общий успех!
– Наш? – она подняла на него взгляд. – Виктор, я весь день крутилась, как белка в колесе, чтобы всё было «на уровне». А ты даже спасибо не сказал. Только «переоденься» и «стол накрой».
Он растерялся, явно не ожидая такого поворота.
– Ну... я же сказал, что ты молодец.
– Сказал. Уже после того, как всё закончилось, – её голос задрожал. – А до этого ты смотрел на меня, как на мебель.
– Свет, перестань, – он нахмурился. – Ты же знаешь, как это важно.
– Знаю. Но я не твоя секретарша. И не домработница. Я твоя жена.
Виктор открыл было рот, чтобы возразить, но в этот момент в гостиную вошла Лиза.
– Пап, мам права, – неожиданно сказала она. – Ты реально ведёшь себя так, будто она обязана всё это делать. А она не обязана.
Виктор посмотрел на дочь, потом на Свету, и в его глазах промелькнула растерянность.
– Я.. я не хотел, – наконец сказал он. – Правда, Свет. Просто... я так привык, что ты всегда всё делаешь идеально.
– Может, пора отвыкать? – тихо спросила она.
Она ушла спать, оставив его в гостиной. Но сон не шёл. В голове крутились мысли о том, что будет дальше. Виктор обещал контракт, новую жизнь, миллионы. Но какой ценой? И что, если следующий ужин для «важных гостей» закончится не так гладко?
Света проснулась с тяжёлой головой. Ночью она долго ворочалась, прокручивая вчерашний разговор с Виктором. Его растерянное лицо, слова Лизы, собственная злость – всё смешалось в комок, который теперь давил на грудь. Она посмотрела на часы: шесть утра. Виктор ещё спал, раскинувшись на своей половине кровати, будто ничего не произошло. А для неё ночь была как бой с тенью – без победителя, но с кучей синяков.
Она тихо встала, накинула халат и вышла на кухню. Гостиная всё ещё хранила следы вчерашнего ужина: несколько пустых бокалов на столе, смятая салфетка, забытая кем-то из гостей. Света вздохнула и начала собирать посуду. Привычка. Даже когда злишься, руки сами делают то, что делали годами.
– Мам, ты опять за уборку? – Лиза появилась в дверях, зевая. Её светлые волосы были растрёпаны, а в руках она держала телефон. – Серьёзно, ты как робот.
– Не начинай, – Света попыталась улыбнуться, но получилось криво. – Просто не могу смотреть на этот бардак.
Лиза присела на стул, подтянув колени к подбородку.
– А папа что? Извинился хоть?
Света покачала головой, ставя бокалы в раковину.
– Он спит. И, знаешь, Лиз, не всё так просто. Он правда считает, что делает это для нас. Для семьи.
– Ага, для семьи, – фыркнула Лиза. – Только почему-то ты одна пашешь, а он только командует.
Света замерла, глядя на дочь. Её слова снова резанули, но теперь в них была не только правда, но и что-то ещё – поддержка. Лиза, её четырнадцатилетняя бунтарка, вдруг оказалась на её стороне. Это придало сил, но и напугало. Неужели всё настолько очевидно, что даже ребёнок это видит?
– Ладно, – сказала она, вытирая руки. – Пойду кофе сварю. Хочешь?
– Не, я лучше чай, – Лиза потянулась к чайнику. – Мам, а ты ему скажешь? Ну, что так больше нельзя?
Света задумалась. Сказать – легко. Но как? Виктор всегда умел повернуть всё так, что она чувствовала себя виноватой. «Я же для нас стараюсь», «Ты же знаешь, как это важно», «Свет, ну не начинай». Эти фразы были как стена, которую она не могла пробить.
– Я попробую, – наконец ответила она. – Но ты не вмешивайся, хорошо? Это наши с папой дела.
Лиза закатила глаза, но кивнула.
К тому времени, как Виктор проснулся, кухня уже пахла кофе и тостами. Он вошёл, потирая глаза, и сразу потянулся к кружке.
– Доброе утро, – сказал он, будто вчера ничего не было. – Вчера всё прошло отлично, да? Олег Иванович звонил утром, они готовы подписать предварительный договор.
Света кивнула, помешивая сахар в своей чашке. Ей хотелось крикнуть: «А мне плевать на твой договор!» – но вместо этого она спросила:
– И что дальше? Ещё один ужин? Или, может, я уже могу снять этот фартук и перестать быть твоей официанткой?
Виктор замер с кружкой в руке. Его брови поползли вверх.
– Свет, ты опять? Я же сказал вчера – ты молодец. Без тебя ничего бы не получилось.
– Без меня, – повторила она, и её голос задрожал. – А ты хоть раз подумал, чего мне это стоит? Весь день на ногах, все эти улыбки, посуда, твои «переоденься» и «будь на уровне». Я не мебель, Виктор. Я человек.
Он поставил кружку на стол и посмотрел на неё – впервые за утро по-настоящему посмотрел.
– Я не хотел тебя обидеть, – тихо сказал он. – Правда. Просто… это такой шанс, Свет. Если мы получим этот контракт, мы сможем Лизу в хороший вуз отправить, квартиру побольше купить. Я думал, ты понимаешь.
– Я понимаю, – она кивнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. – Но я не хочу быть просто приложением к твоим планам. Ты даже не спросил, хочу ли я устраивать эти ужины, готов ли я к твоим «важным гостям». Ты просто решил за меня.
Виктор открыл было рот, но в этот момент в кухню влетела Лиза, которая явно подслушивала за дверью.
– Пап, мам права! – выпалила она. – Ты вообще не ценишь, что она делает. Только командуешь, как босс какой-то!
– Лиза, это не твоё дело, – строго сказал Виктор, но его голос дрогнул. Он посмотрел на Свету, потом на дочь, и в его глазах мелькнуло что-то новое – неуверенность.
– Может, и моё, – упрямо ответила Лиза. – Потому что я тоже устала смотреть, как мама вкалывает, а ты только хвалишься своими контрактами.
Света хотела одёрнуть дочь, но передумала. Пусть говорит. Может, хоть её слова дойдут до него.
Виктор молчал, глядя в пол. Потом медленно кивнул.
– Хорошо, – сказал он. – Я… я подумаю. Дайте мне время.
Света не знала, верить ли ему. Слишком часто он обещал «подумать», а потом всё возвращалось на круги своя. Но что-то в его тоне – тихом, почти виноватом – дало ей слабую надежду.
День прошёл в напряжённой тишине. Виктор уехал в офис, Лиза ушла гулять с подругой, а Света осталась наедине с собой. Она сидела на диване, глядя на фотографию в рамке – они втроём, на море, три года назад. Виктор обнимал её, Лиза смеялась, брызгая водой. Тогда всё было проще. Или ей только казалось?
Телефонный звонок вырвал её из мыслей. Звонила Елена, жена Олега Ивановича.
– Светлана, добрый день! – её голос был тёплым, почти дружеским. – Хотела поблагодарить за вчера. Это было чудесно! Вы такая хозяйка, я прям позавидовала.
– Спасибо, – Света улыбнулась, хотя внутри всё сжалось. Опять эти комплименты. Опять «хозяйка».
– Слушайте, – продолжила Елена, – Олег тут решил, что надо бы ещё раз встретиться. Неформально, без всей этой деловой суеты. Может, в выходные? У вас так уютно, прямо душа отдыхает.
Света почувствовала, как кровь стынет в жилах. Ещё один ужин? Ещё один вечер в роли идеальной жены? Она сжала телефон так, что пальцы побелели.
– Елена, я… – она замялась, подбирая слова. – Это, конечно, приятно, но у нас с Виктором сейчас немного напряжённый период. Не уверена, что смогу организовать ещё один вечер так скоро.
В трубке повисла пауза. Потом Елена рассмеялась – легко, без тени обиды.
– Ой, Светлана, я вас так понимаю! Мужчины иногда такие… требовательные, правда? Знаете, я как-то своему Олегу сказала: «Если хочешь ужин – готовь сам». И, знаете, он справился! Может, и вашему Виктору пора попробовать?
Света невольно улыбнулась. Елена, с её лёгкостью и уверенностью, вдруг показалась ей не просто женой «важного гостя», а женщиной, которая, возможно, прошла через то же самое.
– Может, и пора, – тихо ответила она. – Спасибо, Елена. Я подумаю.
Когда звонок закончился, Света почувствовала странное облегчение. Елена, сама того не зная, дала ей идею. А что, если правда? Что, если Виктор сам организует этот чёртов ужин? Пусть почувствует, каково это – крутиться весь день, чтобы всё было «на уровне».
Вечером, когда Виктор вернулся домой, Света уже знала, что скажет. Он вошёл, бросил портфель в прихожей и устало потёр виски.
– Тяжёлый день? – спросила она, ставя перед ним тарелку с ужином.
– Не то слово, – он вздохнул. – Олег Иванович хочет встретиться ещё раз. В субботу. Говорит, надо обсудить детали, но в неформальной обстановке. Я сказал, что мы их ждём.
Света медленно поставила чайник на плиту. Её сердце заколотилось, но голос остался спокойным.
– Мы? – переспросила она. – Или я?
Виктор посмотрел на неё, явно не понимая.
– Ну… ты же всегда всё организуешь. Ты лучше всех с этим справляешься.
– А если я не хочу? – она повернулась к нему, скрестив руки на груди. – Если я устала быть твоей домработницей? Что тогда?
Он нахмурился, но в этот раз в его взгляде было больше растерянности, чем раздражения.
– Свет, я же не заставляю тебя. Просто… это важно. Для нас.
– Для тебя, – поправила она. – Для твоей карьеры. А я в этой истории кто? Повар? Официантка? Декорация?
Виктор открыл рот, но ничего не сказал. Впервые за долгое время он выглядел так, будто не знал, как ответить.
– Хорошо, – наконец выдавил он. – Чего ты хочешь? Чтобы я отменил встречу?
– Нет, – Света покачала головой. – Я хочу, чтобы ты взял это на себя. Хочешь ужин? Организуй его сам. Накрой стол, приготовь еду, улыбайся гостям. Я буду рядом, но не как прислуга. Как твоя жена.
Он смотрел на неё так, будто она предложила ему полететь на Луну.
– Свет, я… я не умею готовить, ты же знаешь.
– Научишься, – отрезала она. – Или закажи еду. Найми кого-нибудь. Но я больше не буду бегать по твоим указаниям.
Виктор молчал, глядя на неё. В его глазах мелькали эмоции – от удивления до лёгкой паники. Но Света не отступала. Она чувствовала, что это её момент. Если сейчас не поставить точку, всё вернётся к прежнему – к его «накрой красиво» и её молчаливому согласию.
– Хорошо, – наконец сказал он. – Я попробую.
Света кивнула, но внутри у неё всё дрожало. Она не была уверена, справится ли он. И, если честно, не была уверена, что сама готова к тому, что будет дальше. Но отступать было некуда.
Суббота наступила слишком быстро. Виктор с утра был как на иголках. Он то звонил в доставку еды, то листал кулинарные сайты, то бегал в магазин за продуктами. Света наблюдала за ним, стараясь не вмешиваться. Это было его испытание, и она хотела, чтобы он прошёл его сам.
– Ты уверена, что не поможешь? – спросил он, стоя посреди кухни с пакетом замороженных креветок в руках. – Я же всё испорчу.
– Не испортишь, – ответила она, наливая себе чай. – Ты умный мужик, разберёшься.
Лиза, сидевшая за столом с ноутбуком, хихикнула.
– Пап, ты как будто в космос летишь. Это просто ужин.
– Просто ужин, – проворчал он, открывая холодильник. – Легко сказать.
К обеду он всё-таки заказал половину блюд в ресторане – салаты, закуски, десерт. Но основное блюдо – мясо с овощами – решил готовить сам. Света украдкой наблюдала, как он, пыхтя, пытается нарезать перец ровными полосками. Это было почти комично, но она не смеялась. Впервые за долгое время она видела, как он старается не ради контракта, а ради неё.
К шести вечера дом снова сиял. Стол был накрыт – не так идеально, как в прошлый раз, но вполне прилично. Виктор даже достал ту самую скатерть с кружевами, хотя и ворчал, что она «слишком вычурная». Света надела платье – не то синее, а лёгкое, бежевое, в котором чувствовала себя собой. Она не собиралась играть роль идеальной хозяйки. Сегодня она была просто Светой – женой, а не декорацией.
Гости пришли вовремя. Олег Иванович, как всегда, был в приподнятом настроении, Елена принесла букет цветов, а Сергей молча кивнул, вручив бутылку вина. Виктор встречал их с улыбкой, но Света заметила, как нервно он теребит манжет рубашки.
– Ну что, Виктор, сегодня ты нас удивишь? – пошутил Олег Иванович, усаживаясь за стол.
– Постараюсь, – ответил Виктор, бросив взгляд на Свету. Она ободряюще кивнула.
Ужин начался не без накладок. Мясо оказалось слегка пережаренным, а соус, который Виктор пытался приготовить, вышел комковатым. Но, к удивлению Светы, гости не только не заметили, но и хвалили всё подряд. Елена с восторгом ела салат из доставки, Олег Иванович нахваливал вино, а Сергей даже выдал редкий комплимент про «домашнюю атмосферу».
Света сидела рядом, впервые за долгое время, не чувствуя себя обязанной бегать на кухню или следить за каждым бокалом. Она просто разговаривала, смеялась, отвечала на вопросы Елены о Лизе и её школе. И, что самое удивительное, ей это нравилось. Впервые она была не «хозяйкой», а частью вечера.
Но кульминация наступила, когда Олег Иванович поднял бокал.
– Виктор, Светлана, – начал он, глядя на них. – Я должен сказать, что вы – отличная семья. Этот вечер, прошлый – всё говорит о том, что вы знаете, как создать атмосферу. И это важно. Мы подписываем контракт. Завтра отправим документы.
Виктор просиял, но Света заметила, что он тут же посмотрел на неё, словно ища её одобрения. Она улыбнулась – искренне, впервые за вечер.
– Спасибо, Олег Иванович, – сказал Виктор. – Но, если честно, без Светы ничего бы не вышло. Она… она всегда была моим главным партнёром.
Света почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Неужели он наконец-то понял? Или это просто слова для гостей?
Когда все разошлись, Виктор повернулся к ней, всё ещё держа в руках пустой бокал.
– Свет, я… – он замялся. – Я правда облажался с этим мясом, да?
Она рассмеялась – впервые за неделю искренне.
– Немного. Но знаешь, это было не так уж плохо.
Он улыбнулся, но потом его лицо стало серьёзным.
– Прости меня, – сказал он тихо. – Я правда не думал, каково тебе. Я просто… привык, что ты всегда всё берёшь на себя. Но сегодня я понял, сколько сил это отнимает.
Света молчала, глядя на него. В его глазах было что-то новое – не просто усталость или радость от контракта, а настоящее понимание.
– Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя мебелью, – продолжил он. – Ты права. Ты моя жена, а не прислуга. И я хочу, чтобы мы всё делали вместе. Как семья.
Она кивнула, чувствуя, как внутри что-то оттаивает. Но в глубине души оставался вопрос: надолго ли это? Что будет, когда придут следующие «важные гости»? И сможет ли она снова довериться ему, если всё вернётся к прежнему?
Света стояла у окна, глядя на мокрую от дождя улицу. Прошла неделя с того ужина, когда Виктор впервые взял на себя организацию вечера. Контракт был подписан, и дом наполнился лёгким оживлением – Виктор сиял, рассказывая о новых проектах, Лиза поддразнивала его за пережаренное мясо, а Света… Света пыталась понять, изменилось ли что-то по-настоящему. Его слова тогда, после ужина, звучали искренне. Но слова – это одно, а жизнь – совсем другое.
– Мам, ты опять в космосе? – Лиза вошла в кухню, держа в руках учебник. – Я задала вопрос, а ты молчишь.
– Прости, – Света повернулась к дочери, заставляя себя улыбнуться. – Что ты спросила?
– Можно я к Даше пойду? У неё новый котёнок, хочу посмотреть.
– Иди, конечно, – кивнула Света. – Только к девяти будь дома, ладно?
Лиза убежала, а Света осталась наедине с чашкой остывшего чая. Она думала о Викторе. Он правда старался последние дни: помогал с посудой, сам сходил в магазин, даже предложил вместе выбрать новый диван для гостиной. Но внутри всё равно сидел страх – а что, если это временно? Что, если следующий «важный гость» снова превратит её в невидимку?
Дверь хлопнула – Виктор вернулся с работы. Он выглядел уставшим, но в его глазах была искренняя радость.
– Свет, ты не поверишь! – начал он, бросая портфель на стул. – Олег Иванович хочет, чтобы я возглавил новый проект. Это повышение, понимаешь? Мы сможем наконец выплатить кредит за машину!
– Здорово, – ответила она, но её голос был тише, чем хотелось бы. – Поздравляю.
Он заметил её тон и нахмурился.
– Что-то не так?
Света глубоко вдохнула. Момент истины. Она могла промолчать, как делала сотни раз, или сказать всё, что накипело. И она выбрала второе.
– Виктор, я рада за тебя. Правда. Но я всё время думаю… что дальше? Будет ещё один ужин? Ещё одни «важные гости»? И я снова буду бегать с подносами, пока ты обсуждаешь миллионы?
Он замер, глядя на неё. Потом медленно сел за стол, потирая виски.
– Свет, я думал, мы это уже обсудили, – сказал он тихо. – Я же сказал, что больше не буду тебя нагружать.
– Сказал, – кивнула она. – И я вижу, что ты стараешься. Но мне нужно больше, чем просто слова. Мне нужно, чтобы ты видел меня. Не как хозяйку, не как помощницу, а как… меня.
Виктор молчал, и в этой тишине Света чувствовала, как её сердце колотится. Она боялась, что сейчас он отмахнётся, как раньше, или скажет что-то вроде «не начинай». Но он вдруг взял её за руку – осторожно, почти робко.
– Свет, я… я правда не думал, что тебе так тяжело, – сказал он. – Я привык, что ты всегда всё держишь под контролем. Ты как скала, понимаешь? Я на тебя опираюсь. И, наверное, слишком сильно.
Она посмотрела ему в глаза. Там не было привычной самоуверенности – только искренность и что-то похожее на вину.
– Я не скала, – тихо ответила она. – Я человек. И мне нужно, чтобы ты это помнил.
Он кивнул, не отпуская её руку.
– Я запомню. Обещаю.
Прошёл месяц. Жизнь в доме потекла иначе. Виктор стал чаще помогать – не только с посудой или магазином, но и с мелочами, которые раньше казались ему «не мужским делом». Он спрашивал её мнение – о мебели, о планах на выходные, даже о том, стоит ли приглашать коллег домой. И каждый раз, когда он это делал, Света чувствовала, как внутри что-то оттаивает.
Однажды вечером, когда Лиза была у бабушки, Виктор вдруг сказал:
– Свет, я тут подумал… Может, нам устроить ужин? Но не для работы. Для нас. Только ты, я и Лиза. Как раньше, помнишь? Когда мы только поженились, и ты готовила свои фирменные оладьи, а я пытался их не сжечь?
Света рассмеялась – впервые за долгое время без напряжения.
– Помню. Ты тогда половину муки на пол рассыпал.
– А ты всё равно сказала, что они вкусные, – улыбнулся он. – Так как? Устроим?
– Устроим, – кивнула она. – Но только если ты будешь нарезать салат.
– Договорились, – он подмигнул, и в этот момент Света почувствовала, что они снова команда.
Ужин получился тёплым и уютным. Лиза болтала без умолку, рассказывая о школе и новом котёнке подруги. Виктор, как и обещал, нарезал салат – криво, но с энтузиазмом. Света смотрела на них и думала, что, возможно, всё не так уж плохо. Да, были ошибки, были обиды. Но они всё ещё были семьёй. И, кажется, начинали учиться быть ею по-новому.
Когда Лиза ушла спать, Виктор вдруг взял Свету за руку.
– Знаешь, – сказал он, – я тут подумал… Может, нам съездить куда-нибудь? Втроём. Без гостей, без контрактов. Просто отдохнуть.
Света посмотрела на него, пытаясь понять, серьёзно ли он. Но в его глазах была только искренность.
– Я бы хотела, – тихо ответила она. – Очень.
Он улыбнулся и обнял её. Впервые за долгое время она почувствовала, что он обнимает не «хозяйку», не «помощницу», а её – Свету, женщину, которую он когда-то полюбил.
– А знаешь, – вдруг сказала она, уткнувшись ему в плечо, – я всё равно сделаю ту утку с яблоками. Но только для нас.
– Договорились, – рассмеялся он. – Но я помогу. Честно.
Прошло ещё несколько месяцев. Виктор сдержал слово – «важные гости» больше не превращали их дом в ресторан. Когда Олег Иванович предложил ещё одну встречу, Виктор настоял на ресторане, и Света впервые почувствовала себя свободной. Она всё ещё готовила – но теперь по своему желанию, для своих. И каждый раз, когда Виктор хвалил её стряпню или спрашивал, не устала ли она, она понимала, что их семья прошла через бурю и вышла сильнее.
Однажды вечером Лиза, листая телефон, вдруг сказала:
– Мам, а ты знаешь, что папа теперь всем хвастается, какая ты у него крутая? Говорит, без тебя он бы этот контракт не вытянул.
Света улыбнулась, глядя на мужа, который возился с кофеваркой.
– Правда, что ли? – поддразнила она.
Виктор обернулся, смущённо пожав плечами.
– Ну… а как иначе? Ты же у меня не просто жена. Ты мой главный партнёр.
И в этот момент Света поняла, что всё было не зря. Обиды, споры, её решительный шаг – всё это привело их сюда, к этому тихому вечеру, где они снова были вместе. Не идеально, не без шероховатостей, но вместе.
– А вы бы как поступили? – вдруг спросила Лиза, глядя то на мать, то на отца. – Если бы кто-то из вас снова начал командовать, как тогда?
Света и Виктор переглянулись. Потом он рассмеялся, а она сказала:
– Думаю, мы бы поговорили. Правда, Витя?
– Правда, – кивнул он. – И, надеюсь, без пережаренного мяса.
Они засмеялись, и в этом смехе было что-то, что связывало их сильнее любых контрактов. Света посмотрела на мужа, на дочь, на их уютную кухню и подумала: «Вот оно. Ради этого стоило бороться».
Для вас с любовью: