Антон быстро довёз Ирину до её дома, помог донести тяжёлый чемодан, набитый тёткиными подарками, до самой двери квартиры и, сдержанно попрощавшись, исчез.
На следующий день после возвращения из Москвы Ирина, задержавшись у подруги до вечерних сумерек, медленно брела в сторону дома. Вдруг её дорогу перегородил огромный букет цветов, в который она буквально уткнулась. Испуганно подняв голову, Ирина увидела своего необычного знакомого по дороге.
Ещё вчера, в тускло освещённом салоне самолёта, она заметила, что Антон внешне очень даже ничего. Сегодня же это "очень даже ничего" превратилось в откровенно красивого молодого мужчину. Он был чисто выбрит, аккуратно причесан, и ничто не мешало оценить его по достоинству. Вместо помятых джинсов и ветровки — белая рубашка и пиджак. Как известно, нет ничего лучше классической одежды для симпатичного мужчины.
— Здравствуйте, Ирина, — сказал Антон.
— Здравствуйте, Антон, — растерянно ответила Ира. — Ой, а что вы здесь делаете?
Он слегка улыбнулся, отдавая должное её "умному" вопросу:
— Вас жду.
— А это мне? — блеснула находчивостью Ира, принимая в объятия действительно огромный букет.
Антон шутливо оглянулся, словно ища другого кандидата на подарок, пожал плечами и утвердительно кивнул.
— Ирина, я думал о вас всё это время, — произнёс он. — И понял, что хотел бы увидеться с вами ещё раз… если вы не против.
Ира не была против. Наоборот — этот человек, появившийся в её жизни так неожиданно и скандально, интересовал её всё больше.
Антон оказался человеком серьёзным и спокойным, что удивляло, если вспомнить обстоятельства их знакомства. Сам он вспоминал тот случай с искренним недоумением:
— Я вообще не понимаю, что на меня тогда нашло, — качал головой. — Никогда в жизни себя так не вёл, будто какое-то помутнение. А с другой стороны — представь, если бы я отошёл от своего кресла, сел в другом месте и никогда не познакомился с тобой…
Значит, это была судьба Ирины.
Антону было двадцать восемь лет, у него был небольшой бизнес — автомастерская на правах с приятелем. Он, как и Ирина, до сих пор жил с матерью и сильно этого стеснялся.
— Ира, я бы тебе давно предложение сделал, — говорил он в шутку через полгода отношений, — да что я могу предложить? Комнату по соседству с моей мамой. Мать я очень люблю и уважаю, но характер у неё, мягко скажем, не сахар. А брать эту чёртову ипотеку, влезать в долги на всю жизнь… — пожал плечами. — Я не хочу ни для тебя, ни для себя. Выходит, как жених — я полный ноль.
— Ты, Ирина, если что, учти… — вдруг заявила мама, наблюдая стремительный роман дочери. — Я вам нашу квартиру сразу освобожу, если решите жить вместе, или — ещё лучше — пожениться. Я вот что решила… Садись, Ирка, выслушай спокойно, не психуй.
Мама схватила дочь за руку и усадила за стол, не дав возмущённой дочери протестовать.
— Я к Анне поеду, — сказала она. — Соскучилась очень. Нам с ней немного осталось — так хоть наговоримся обо всём, что всю жизнь молчали.
— Она столько лет одна, да и я после смерти папы тоже как волосинка на лысинке, — тихо сказала мама.
— Не злись, Ирина, — она снова усадила нервничающую и скакавшую по комнате Ирку. — Конечно, ты у меня есть, я знаю, что ты меня любишь. Но каждому человеку назначено своё время и место.
Мама помолчала, нежно поправила дочери прядку и продолжила:
— Аня меня давно зовёт, да и по Москве я, конечно, истосковалась. Это ведь моё детство и юность...
Она мечтательно прикрыла глаза и улыбнулась.
— Как-то это не по-мужски, — покачал головой Антон, когда Ирина рассказала ему о предложении мамы. — Принято молодую жену в свой дом приводить, а у нас всё наоборот.
— Да что ж ты как бабка, Антон! — весело смеялась Ирина. — Какая разница, кто к кому — ты ко мне или я к тебе. Главное, что мы будем вместе!
— Ирка, я так счастлив! — Антон обнял Ирину и мягко покачал в объятиях. — Значит, ты согласна выйти за меня замуж? Правда? — Он вздохнул с улыбкой и, отпустив Ирину, продолжил своим обычным полушутливым тоном: — Хотя, вообще-то, это ты первой мне сделала предложение. Ну помнишь, тогда в аэропорту? Ты ещё сказала, что я обязан на тебе жениться после нашей совместной ночи в самолёте...
— И что, ты правда собираешься за него замуж? Вот так, с бухты-барахты? — спросила Ирину подруга Маша, с которой они дружили с детского сада. Именно эта Машка как-то невольно заложила актрису Ирку воспитательнице — позвав её на ту самую заветную запеканку.
Мария не тратила время зря: после школы стала классным парикмахером и визажистом, работала в одном из лучших салонов города. Записаться к ней без протекции было почти невозможно — всем, кроме Ирины: подругу Машка вписывала в свой плотный график по первому слову, а иногда и сама инициировала визиты, зная, что Ирка никогда не спохватится привести себя в порядок вовремя.
Сейчас она быстро, почти не глядя, делала Ирине причёску, и при этом изумлённо качала головой.
— Ну ты, Ирка, и дурында! Вы ж с ним знакомы всего ничего.
— Да почему это? По-твоему, почти полгода — это мало? — взмолилась Ирина.
— А сколько нужно? Ты вот своего Димку уже сколько маринуешь? Три года или уже четыре?
— И мало ещё будет, — убеждённо произнесла Мария. — Мужика вообще надо выдержать, испытать, прежде чем связываться с ним всерьёз.
— Маша, я не хочу Антона выдерживать и испытывать. Он не самогон и не трактор. Я просто его люблю и хочу быть с ним, — тихо сказала Ирина.
— Ой, Маш, коротко же сильно, — испуганно пискнула она, увидев на полу довольно длинную прядь волос.
— Сиди спокойно, невеста. Я знаю, что тебе нужно, — невозмутимо произнесла Мария. — И ты, надеюсь, тоже знаешь.
Разговор затих сам собой. Через четверть часа Ирина с удивлением рассматривала в зеркале своё отражение — необычно короткую, но очень подходящую ей причёску.
— Ой, Машка, ну ты как всегда лучше всех! Спасибо тебе! — воскликнула Ирина.
— Ладно, я побежала…
— Подожди! — остановила её Мария, положив руку на плечо и усадив обратно в кресло. — Ну хорошо, допустим, ты за него выходишь. А как же твои мечты, поступление в театральный? Да не абы где, а в самой Москве? Получается, теперь всё накроется медным тазом, или, точнее, семейным тазом?
Ирина сразу съёжилась и отвела глаза. Это был самый больной вопрос — она и сама себе побаивалась его задавать, а Маша, как всегда, произнесла прямо то, что та почти не решалась озвучить.
— Ой, да ладно, Маш… Ну какая из меня актриса? — махнула рукой Ирина, стараясь казаться веселой и решительной. — Да и время уже упущено. Бог с ним, с этим актерством! К тому же, какая девочка не мечтала стать артисткой когда-то?
— Я, — ехидно заявила Мария, — я никогда о таком не мечтала. А ты мечтала всегда, сколько я тебя помню. Теперь же ты вдруг отказываешься от мечты ради человека, с которым знакома полгода.
— Ради человека, которого я люблю, — тихо поправила Ирина подругу.
— И, Маш, пожалуйста, давай больше не будем об этом, ладно?
— Ладно, раз ты так хочешь — не будем, — твёрдо проговорила Мария. С тем же решительным выражением, с каким только что удерживала Ирину в кресле, она теперь подняла её, крепко обняла и закружила по залу. — Поздравляю тебя, невеста! Твоя свадебная причёска и макияж — на мне, это даже не обсуждается?
— Конечно, Машка! Я без тебя и замуж-то не пойду, — воскликнула Ирина, радуясь, что подруга уступила и больше не давит.
Если бы Маша только знала, чего на самом деле стоило Ирине это спокойствие и внешнее равнодушие, с которым она говорила о своих заветных мечтах. Сколько слёз она пролила тайком ото всех, сколько всего было передумано, решено и снова подвергнуто сомнению… Конечно, своими мучительными раздумьями она поделилась и с Антоном. Он долго молчал, а потом, глядя на неё серьёзно и ласково, сказал:
— Знаешь, Ирина, я не имею права указывать тебе, как поступить и как распорядиться своей жизнью, но, если честно, я совсем не представляю нашей жизни, если ты уедешь учиться в Москву. Тогда какой смысл нам жениться? Да и потом, ну вот, получишь ты актёрское образование, допустим, даже решишь вернуться… Как мы будем жить? У нас не будет ничего общего. Ты будешь жить в одном мире, а я — в другом, и они не пересекутся, вот и всё.
— Ты серьёзно? — тихо спросила Ирина.
— Да, совершенно, — кивнул Антон.
Зато он отлично представлял их совместную жизнь, если Ирина, например, станет бухгалтером.
— Ты не представляешь, как трудно найти специалиста, которому можно полностью доверять. Ты же понимаешь, Ирка, в нашем бизнесе, в финансах, сам чёрт ногу сломит! Я иногда не знаю, сколько у меня денег на счету, могу ли заказать новые запчасти, что вперёд — проценты банку или налоги… Вот если бы ты вспомнила, что когда-то учила, подучилась бы немного и занялась этим — вот было бы счастье. Общее дело, общие интересы — короче, одна жизнь на двоих.
Антон не настаивал, но был очень убедителен. Тем не менее, Ирина продолжала мучиться и колебаться.
И тут случилось то, что решило всё за неё.
продолжение