Начало:
Предыдущее:
Как должна выглядеть подводная река, Катя понятия не имела, поэтому изрядно удивилась, когда приплыли они к глубокому каньону, края которого сплошь заросли водорослями и причудливыми растениями, похожими на грибы. Они росли много ниже, обильно усеивали стены каньона-русла и мягко светились. Сама река на самом деле текла, и видно это было по более тёмной воде, что стремилась по своему руслу незнамо куда. Катя была удивлена, и Аля дала ей некоторое время поразглядывать это удивительное зрелище. Старшая русалка старалась не забывать о том, что для Кати всё окружающее, и даже собственный хвост, до сих пор в новинку.
— Ну что, отправляемся? Река бежит до самого корабельного последнего пристанища, а там уходит глубже, — проговорила Аля, которая те места пусть и смутно, но припоминала — доводилось ей там бывать. Давненько это было, правда, но в памяти кое-что осталось.
— И как мы поплывём? — спросила Катя, сильно сомневаясь в том, что здесь будет какая-нибудь лодка или что-то типа того для этого дела.
— Так мы же русалки, так и поплывём — в воду запрыгнем и всё! — Аля едва не рассмеялась и улыбалась во весь рот, и Катя улыбнулась в ответ — вот ведь она глупости какие подумала! Хватает и того, что самая настоящая подводная река здесь есть!
Аля первая в воду прыгнула, за ней и Катя последовала. Течение оказалось неожиданно сильным, но Аля сумела схватить её за хвост, а потом и помогла принять нужное положение. Они плыли по реке в нужную сторону!
— Обратно будет дольше плыть, река ведь в одну сторону течёт, — проговорила Катя, и старшая русалка согласно кивнула:
— Ничего страшного, главное, чтобы всё удачно сложилось.
Дальше особо не болтали, Катя поглядывала по сторонам, хотя пейзаж оставался весьма однообразным: только стены русла кручи становились всё выше и выше, а грибы-водоросли росли уже просто самыми настоящими гроздьями и являлись природными светильниками, что освещали путь двух русалок. Иногда на краях виднелись силуэты русалок или каких-то морских животных, которые с интересом поглядывали на русалок, что плыли по реке. Но чем дальше они заплывали, тем сильнее вокруг становилось как-то мрачно. Светящихся водорослей-грибов становилось всё меньше, и часто можно было увидеть, что они висят потухшими гроздями. Рыбки, что сопровождали русалок, тоже куда-то делись, а вскоре течение реки и вовсе замедлилось, стало неторопливым и каким-то ленивым, словно.
Катя почувствовала, как вода стала холоднее, и вскоре Аля “вынырнула” из чудной реки и устроилась на небольшой скале, что торчала неподалёку. Катя последовала за ней, и та проговорила, устало шевеля хвостом:
— Всё, дальше, как я и говорила, ты уже сама. Чёртов камень находится в самом центре корабельного кладбища. Вроде как там никто не живёт, но всё равно будь осторожна, — Аля нервно сцепила руки, с беспокойством смотря на Катю: — Катюш, ты… уверена? Справишься?
— У меня не очень большой выбор, — грустно улыбнулась молодая русалка, после чего решительно тряхнула головой и убрала от лица пряди волос:
— Я постараюсь вернуться побыстрее.
Русалки наскоро перекусили, и Аля осталась ждать Катю на этой скале, а та поплыла дальше. Русло реки привело к довольно обширной впадине на морском дне, насколько она могла судить, окинув взглядом место, куда её привела река. Причём как-то сразу перед ней возник борт древнего корабля, стройная мачта которого устремлялась вверх, словно в тщетной попытке вновь увидеть солнце и сушу. Катя передёрнула плечами, разглядывая его чёрный борт, зияющий дырами и заросший какой-то морской живностью. И когда она обогнула его, то увидела перед собой множество таких кораблей, и светлое песчаное дно между ними было щедро усыпано обломками.
Это место заставляло душу тревожно замирать, словно она заплыла туда, куда ей совсем не следовало заплывать. Такие места обычно остаются забытыми и никем не тронутыми, олицетворяя собой чувство потери, что иногда возникает в душе. Были здесь и утлые рыбацкие судёнышки, и огромные многомачтовые корабли, паруса которых едва заметно трепетали от течения. Катя плыла между остовов кораблей, совсем не уверенная, что даже к центру этого мрачного места движется, но двигаться не прекращала. Её неожиданно окутал страх того, что если она остановится хотя бы на мгновение, то точно так же опустится на дно и застынет в нелепой позе на веки вечные. Вода здесь словно уплотнилась, и для движения нужно было прикладывать некоторые усилия.
Иногда ей казалось, что она видит чьё-то жилище, сложенное из старых досок и расположенное в тени какого-то корабля, но рисковать и подплывать, чтобы проверить, Кате совершенно не хотелось. Вроде как здесь никто не живёт, но не стоит проверять, так ли это на самом деле. Ощущения взгляда или чего-то подобного у неё не было, только тягостная тяжесть в душе. Хотелось уплыть отсюда прочь, но Катя только губы поджала.
Чёртов камень она заметила издалека и без всякого труда догадалась, что именно его она ищет, и подплывала с осторожностью, не обращая внимания на то, что вокруг темнеть начало уже. Огромная чёрная глыба высилась посреди светлого песка — останки кораблей были от него на некотором расстоянии, образовывая круг из чистого пространства. Что там говорил мудрец? Нужно ей испросить ведьмовской силы у этого камня?
Катя, невзирая на страх, который скручивал всё внутри в причудливый узел, подплыла к камню да приложила ладони к его шершавой поверхности. Вот как ей спрашивать того, о чём она сама не ведает, интересно? Он ведь не живой, как он на её просьбу ответить вообще может? Катя прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям, и почудилось ей, что камень гудит, и словно слышит она это гудение через ладони. Очень это странно было, конечно, но она тихо попросила, подчиняясь какому-то мимолётному порыву:
— Пожалуйста, дай мне силы, которую у тебя и ранее просили. Хоть на время дай мне воспользоваться тем, что кому-то по роду положено, надо мне очень, — просила Катя даже не для себя, а скорее для всего царства морского, которое в опасности оказалось. Она почувствовала, как по коже пробежались мурашки — она даже вздрогнула от неожиданности, — это ощущение было теперь совсем непривычным. После того как стала русалкой, она этого не чувствовала, а теперь ощущалось это очень странно. Загудел Чёртов камень громче, пробежалась дрожь от ладоней по рукам к плечам, и собралась эта дрожь где-то посреди груди русалочьей. Но Катя упрямо ладоней от камня не отнимала, ждала, сама не зная чего.
— Ну ты, девка, смелая! — неожиданно раздался мужской голос откуда-то сверху, и Катя вскинула голову, встречаясь взглядом с тёмными глазами. Чёрные волосы облаком вокруг головы висели, губы в ироничную улыбку сложились — тритон вольготно лежал на макушке камня и разглядывал юную, по его мнению, ведьму.
— Это так, смелости мне не занимать, — ровно ответила Екатерина, продолжая прижиматься к камню. Словно чуяла, что нельзя контакт этот прерывать, и тритон этот неспроста там появился. Может, очередной обманщик какой?
— А на кой тебе сила ведьмовская, девица? Сдюжишь ли? Давно уже никто не желал ведьмою морскою стать, не приплывал сюда. Скучно мне одному посредь этих кораблей сидеть. Так что поведай, зачем тебе сила такая нужна? Кого свести из Нави желаешь?
— Ведьма одна морская обманула меня, да задумала погубить морское царство. Хочу отомстить ей, да царство спасти, а потом и домой вернуться, — Катя не хотела говорить, но правда сама наружу просилась. Наверное, это так камень влиял?
— А ты знаешь, что месть — дурное чувство? Разъедает оно душу, а вот то, что хочешь морскому царству помочь — очень даже хорошо, — тритон задумчиво подпёр голову и чёрными глазами своими пристально продолжал Катю рассматривать. А та вдруг отметила, что лицо у него пусть и не ослепительно красивое, но очень мужественное.
Кто же это такой?
Продолжение:
