Сэм его по имени не называет никогда. Он открыто этого не признает, но я вижу, что Денис ему не нравится, хотя они даже толком не общались.
«Слишком ухоженный, — как-то сказал Сэм. — Такое впечатление, что он балдеет от собственного отражения в зеркале больше, чем от тебя».
Сбитый прицел (22)
— У нас такого не было, — говорит Сэм, с задумчивым видом отхлебывая из кружки черный чай. — Ты уверена, что вы просто будете смотреть фильмы?
Закатываю глаза.
— На то мероприятие и называется Киноночь! Так ты одолжишь мне свой спальник или нет?
— Кино, значит, — потирая подбородок, бормочет Сэм. — И твой парень тоже там будет?
— Ага. И еще двадцать два одноклассника плюс учитель-надзиратель! Сэм, это же школьное мероприятие, ты когда стал таким беспокойным родителем?
Тренькает телефон: Денис прислал очередное смешное видео. Улыбаясь, нажимаю кнопку блокировки, потом посмотрю. Стараюсь не отвлекаться от разговоров с Сэмом. После серьёзной ссоры с мамой, из-за которой он даже ушёл из дома, я стала относиться с большим вниманием к нашим с ним беседам.
— С тех пор, как ты начала встречаться с местным Бредом Питтом, — отвечает Сэм, не глядя на меня.
— Ну Сэм! Я же просила так Дениса не называть! — возмущенно выпаливаю я.
Две недели. Денис Адамов – мой парень целых две недели. Сэм его по имени не называет никогда. Он открыто этого не признает, но я вижу, что Денис ему не нравится, хотя они даже толком не общались.
«Слишком ухоженный, — как-то сказал Сэм. — Такое впечатление, что он балдеет от собственного отражения в зеркале больше, чем от тебя».
Мы тогда чуть не поссорились.
— Вообще-то это комплимент, классный же актер, — бурчит Сэм, но идет в кладовку и приносит мне свой спальный мешок. — И для чего нужно подобное… сборище?
— Может быть, для того чтобы мы воспринимали школу не только как каторгу? — смеюсь я и бегу в свою комнату, чтобы переодеться.
Мой гардероб теперь выглядит иначе. Мешковатая «мальчишеская» одежда запрятана в самый дальний угол шкафа – с глаз долой, чтобы и мысли не возникло надеть что-то подобное. Всевозможные желтые вещи, которые я раньше так любила и из-за которых Сэм прозвал меня Синичкой, отправились в нижний рассохшийся ящик, что открывается с большим трудом.
Быть девушкой Дениса Адамова – значит, выглядеть ему под стать. Это не он мне внушил, это я так захотела. Денису я нравлюсь любой, но мне хочется выглядеть достойно рядом с ним. Гармонично.
Изменить свой стиль было нестрашно. Да, платья, блузки и узкие джинсы не так удобны, как я привыкла, зато комплименты от Дениса теперь сыплются градом, и смотрит он на меня по-другому, особенным взглядом. Конечно, дело не только в нем. Окружающие воспринимают меня иначе. Если раньше я сидела в партере, вытягивая шею, чтобы разглядеть хоть что-то интересное за чужими спинами, теперь я – на сцене. Такой стала моя жизнь. И, пусть всё это пока кажется странным и чужим, я собираюсь погрузиться с головой в свой новый мир и научиться наслаждаться им по максимуму.
Закидываю на плечо сумочку и поправляю волосы перед зеркалом в прихожей, когда появляется Сэм и застывает в коридоре, привалившись к стене.
— Ты выглядишь… такой взрослой. Если честно, меня это даже пугает.
Смахнув ногтем комочек туши с ресниц, поворачиваюсь к нему.
— Это всего лишь вещи, Сэм. Внутри я всё та же. Не делай из мухи слона, плиз.
Раздражение все-таки прорывается наружу, и Сэм отводит глаза. На долю секунды морщу лицо, и тут же беру себя в руки и делаю глубокий вдох и выдох. Затем отворачиваюсь, намереваясь выйти из дома, но Сэм вдруг спрашивает:
— А как там поживает твой друг? Максим, кажется?
— Нормально, — отвечаю, не оборачиваясь. — Мне уже бежать пора. Извини.
Закрывая за собой дверь, ко мне снова приходит видение, где угрюмый Макс прямо заявляет Денису, что ко мне равнодушен. Сердце щемит, я не хочу это представлять. Не знала этого о себе, но, похоже, я из тех, кто не может пережить, если кому-то не нравится.
По правде, я без понятия, как дела у Макса. Когда мы с Денисом объявили о том, что встречаемся, он отдалился. Так же, как и Танька Корягина. Мы с Денисом поговорили и решили, что скрываться по углам – глупая затея. Он сам вызвался сообщить Таньке о том, что происходит, до того, как мы появились вместе на публике. Я не знаю, как прошел их разговор, не спрашивала, не хотела в это лезть. Наверняка, это было ужасно.
Танька больше не называла меня «подружкой», да и вообще никак не называла. Мы друг друга избегали и избегаем до сих пор.
Но одну вещь я успела понять где-то на уровне интуиции: Танька не собирается мне мстить. Однажды наши глаза все-таки встретились, и во взгляде Корягиной не было ни грамма злости. Скорее, грусть.
Наша маленькая компания развалилась, и где-то в глубине души я по ней тосковала.
Дорога до школы на каблуках занимает больше времени, думаю, я к этому тоже смогу привыкнуть. На перекрестке, где мы обычно встречаемся с Денисом, пусто. Достаю телефон и читаю от него последнее сообщение, которое умудрилась пропустить. Он пишет, что заболел и сегодня не придет.
«А как же Киноночь?! — спрашиваю, до боли прикусив губу. — Ее ты тоже пропустишь?»
Денис сожалеет, но ничего не может поделать. Отвечаю грустным смайликом и убираю телефон в сумочку. Настроение вконец испорчено.
Только посреди первого урока я спохватываюсь и начинаю нервно рыться в сумке в поисках смартфона: я так расстроилась, что мой парень не явится на школьное мероприятие, которое могло бы стать романтическим свиданием, что ничего не спросила о его самочувствии. Вот же эгоистка!
Оставшуюся половину урока я переписываюсь с Денисом, загородившись от преподавателя учебником. Выясняю все симптомы болезни, проявляю участие, стараюсь вжиться в роль по-настоящему заботливой девушки. Не то чтобы мне это сложно давалось, просто для меня это в новинку.
Уроки пролетают быстро. Одноклассники, с которыми я теперь общаюсь на переменах, постоянно обсуждают какой-то новый сериал, который я не смотрела. Дениса нет рядом, и я чувствую себя инородным предметом в непонятным организме. Меня вроде и не вытесняют, но и не принимают, это невозможно не ощутить. И как только Денису удавалось тесно общаться со всеми этими людьми и при этом быть неотъемлемой частью нашей крохотной компашки?
После уроков иду домой, чтобы подготовиться к Киноночи. Первую половину дня я размышляла над тем, чтобы пропустить это событие. Без Дениса идти не хотелось. Казалось неправильным веселиться, когда он валяется в кровати с жаром. Я даже думала заявиться к нему домой сюрпризом и устроить свидание, пусть и не самое романтичное.
Но потом передумала. Из-за его друзей. Из-за их косых взглядов и якобы незаметных перешептываний. Мне захотелось влиться, показать, что я и без Дениса могу быть общительной, уверенной и, может, даже забавной. Им придется впустить меня. Можно подумать, это такая сложная задача – покорить кучку высокомерных умников!
Когда я выхожу из дома со спортивной сумкой наперевес, сталкиваюсь с Танькой Корягиной, ожидающей меня на крыльце. Ее лицо не выражает никаких эмоций, но у меня по коже все равно пробегает холодок.