Задумайтесь, что если ваша жизнь — это дешёвый бульварный роман, и со страниц вот-вот появится злодей?
Тишина в почти пустом зале ожидания аэропорта Шереметьево была такой густой, что её можно было резать пластиковым ножом из наборчика авиационного завтрака.
Двое мужчин сидели напротив друг друга, как актёры на нелепой сцене под названием «Рейс на Бали задержан на шесть часов». Артём, в костюме, который стоил больше, чем месячная аренда этой сцены, смотрел на мир холодными глазами следователя, подсчитывающего чужие грехи. Сергей, в его практичной куртке и с мечтательными глазами, похожими на два потухших экрана смартфона, казалось, пытался прожевать эту самую тишину.
Первым не выдержал Сергей. Он вздохнул так драматично, будто репетировал эту роль всю жизнь, и протянул зажигалку в сторону Артёма.
— В курилку? — предложил он. — А то от этой благозвучной тишины уже в ушах звенит.
Артём медленно перевёл на него взгляд, будто сканируя штрих-код.
— Что ж, — сказал он наконец. — Посмотрим, на что вы готовы потратить шесть часов своей жизни. Кроме, разумеется, ожидания.
В прокуренной комнате, пахнущей тоской и никотином, лёд растопился. Вернее, его растопил Сергей, извергая поток слов с энергией вулкана на начальной стадии извержения.
— Понимаете, иногда судьба подаёт знаки! — воскликнул он, выпуская дым колечком. — Вот и этот рейс задержали. Может, неспроста? Может, Вселенная хочет, чтобы я ещё раз всё обдумал? А может, наоборот, чтобы я встретил нужного человека! Я лечу на Бали, понимаете? Найти себя! Сжечь мосты, начать с чистого листа!
Артём усмехнулся. Его усмешка выглядела туманно и оттого вдвойне зловеще.
— Судьбы не существует, — парировал он. — Есть цепь случайностей, которыми управляют деньги или их отсутствие. А все эти «поиски себя» — удел тех, кто боится признать, что уже проиграл и теперь просто ищет пляж получше, чтобы зализать раны.
— Жёстко, — смущённо хохотнул Сергей. — Но, возможно, в этом есть доля правды. Просто я так устал от конторской работы, от этих цифр, от одиночества... Решился на побег, как в кино!
— В каждом втором фильме главный герой убегает глупо и недалеко, — заметил Артём, туша сигарету. — Обычно до ближайшего морга. Но ваш сценарий, безусловно, более оптимистичный.
Они переместились в бар. Под действием виски и вселенского одиночества Сергей стал ещё откровеннее. Он рассказывал о мечте жить в хижине у океана, слушать шум прибоя и наконец-то ощутить свободу. Артём внимательно слушал, его вопросы казались простым любопытством, но в них была цепкость удава, прикидывающегося веткой.
— А что насчёт тех, кого вы бросаете на этом поле биты? — вдруг спросил Артём, вращая бокал. — Никого за душой не зацепили? Не оставили несчастных девушек с разбитым сердцем?
Эйфория Сергея мгновенно испарилась, будто её и не было. Его лицо помрачнело.
—Была... одна женщина, — неохотно признался он. — Замужняя. Но всё... всё уже в прошлом. Очень сложная история.
— Бросьте, все истории о замужних женщинах звучат как дешёвый сериал, — отрезал Артём, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то острое, почти хищное. — Главный герой всегда наивен, как барашек, а злодей... а злодей всегда где-то рядом.
Они вернулись в зал ожидания. Напряжение снова нарастало. Сергей, пытаясь вернуть то мимолётное ощущение связи, сказал:
— Знаете, а я вот чувствую между нами странную связь. Как будто мы не просто так встретились.
Артём резко повернулся к нему, и его лицо исказила гримаса холодного презрения.
— Вам лишь бы с кем-нибудь почувствовать связь. Хоть с горшком из-под пальмы в углу. Не льстите себе. Мы два корабля, которые столкнулись в тумане по чьей-то глупой прихоти. И один из них — ледокол.
Сергей отшатнулся, словно от внезапного пощёчины. Он не понимал, чем заслужил такую ярость. В этот момент по громкой связи раздалось долгожданное объявление: «Пассажиры рейса SU 740 Москва – Денпасар, приглашаем на посадку».
Оба мужчины механически встали. Воздух снова застыл. И в этой ледяной тишине прозвучали слова, которые перевернули всё с ног на голову.
Сергей, пытаясь сгладить неловкость и всё ещё веря в какую-то абсурдную романтику судьбы, с наигранной лёгкостью протянул руку для прощания.
— Ну, что ж, было приятно пообщаться. Может, и правда, не случайно всё это... — его голос дрогнул.
Артём медленно, почти театрально, пожал протянутую ладонь. Но вместо того, чтобы отпустить, его пальцы сжались в тиски. Хватка была стальной, обездвиживающей, полной немой угрозы. Сергей попытался высвободиться, но безуспешно. Он поднял испуганный взгляд на Артёма и увидел в его глазах ледяное спокойствие садиста, наблюдающего за мучениями мухи.
— Кстати, о случайностях, — голос Артёма был тихим и ровным, словно он делал деловое предложение. — Я Артём. А ты, наверное, тот самый Сергей, с которым моя жена, Елена, переписывалась все эти месяцы, готовя ваш общий побег на Бали?
Мир для Сергея рухнул беззвучно. Гул аэропорта, голоса пассажиров, шум тележек — всё это превратилось в белый шум. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног, а лицо заливает мертвенная бледность. Он пытался что-то сказать, издать какой-нибудь звук, но его горло сжалось в тугой узел. Он мог только смотреть в эти холодные, торжествующие глаза.
— Удачи в поисках, — продолжал Артём, не ослабляя хватки. — Она тебя уже ждёт. Одна. Надеюсь, она стоила того, чтобы я купил этот дурацкий билет и устроил эту комедию, чтобы просто посмотреть тебе в глаза. Чтобы ты понял, насколько ты смешон в своей вере в «знаки судьбы».
Он разжал пальцы. Действие было таким же резким и окончательным, как удар гильотины. Сергей инстинктивно отпрянул, потирая онемевшую кисть.
Артём повернулся и пошёл прочь. Не к выходу на посадку, а к главному выходу из аэропорта. Его спина была прямой, походка — твёрдой. Он сделал то, за чем пришёл. Он не стал устраивать сцену, не стал угрожать. Он просто вскрыл нарыв и оставил его истекать ядом.
Сергей стоял как вкопанный. В его дрожащей руке был посадочный талон — тот самый ключ к новой жизни, о которой он так мечтал. Теперь этот кусок бумаги обжёг ему ладонь. Он смотрел на коридор, ведущий к самолёту. Туда, где его ждала Елена. Их рай. Их освобождение.
Но теперь этот путь казался ему входом в ад, тщательно спланированную ловушку. Он представил её лицо — милое, любимое лицо. Но теперь за её улыбкой ему чудилась холодная, знающая усмешка мужа. Их переписки, их тайные встречи, их планы — всё это время за ними стоял он. Циничный режиссёр, позволивший им наиграться в любовь, чтобы в самый последний момент явиться и сорвать занавес со словами: «Спектакль окончен. Актеры, вы уволены».
Что ему теперь делать? Сесть в самолёт? Обнять женщину, чей муж только что продемонстрировал ему всю мощь своего презрения? Начать новую жизнь, зная, что её фундамент — пепелище чужой мести?
Он остался один. В шуме терминала. С билетом в одну сторону. С разбитой верой в себя. С выбором, где оба пути вели в тупик. Он стоял на пороге. Самолёт ждал. А в голове была звонкая пустота.
Спасибо за внимание! Обязательно оставьте свое мнение в комментариях.
Прочитайте другие мои рассказы:
Обязательно:
- Поставьте 👍, если понравился рассказ
- Подпишитесь 📌 на мой канал - https://dzen.ru/silent_mens