Иногда жизнь подбрасывает такие истории, что диву даёшься. Вот и у меня есть одна — про мою знакомую Марину Петровну. Расскажу всё как было, без прикрас.
Марина жила в нашем городке на широкую ногу. Муж у неё — большой человек в администрации, сама занималась бизнесом: магазинчик, квартиры сдавала. Дом — полная чаша, машины, отдых за границей. Всё при ней. Только вот детей не было. И это была её главная боль.
По молодости, говорят, сделала аборт. Врачи потом сказали — всё, больше не сможешь. Та операция всё испортила. Тогда они с мужем только начинали, спали по три часа, бизнес строили — не до детей было. А потом спохватились, да поздно. Жалели оба, но что поделаешь.
И вот однажды к Марине стала ходить помощница по дому. Девушка молодая, Алина. Из колонии её пускали на работу — там такая программа была, через знакомую Марины устроилась, которая начальницей работала. Девчонка тихая, исполнительная, руки золотые. Марина даже проверяла специально — оставляла украшения на виду. Всё на месте оставалось. Честная попалась.
А через пару месяцев Марина заметила — живот у Алины округлился. Беременная. Как-то спросила между делом:
— Алин, а срок-то у тебя какой остался?
Девушка вздрогнула, руки на живот положила.
— Полгода ещё.
— Ребёночка на зоне зачала, значит?
Алина покраснела вся, молчит. Марина не стала расспрашивать дальше, но видела — девчонка счастлива, несмотря ни на что. Для неё ребёнок был не проблемой, а надеждой. Единственным светлым пятном в жизни.
— Ну и куда ты пойдёшь, когда освободишься? — спросила Марина. — Родня есть?
— Был дедушка. Год назад ушёл. Дом в деревне остался. Вот туда и поеду.
— Одна? С младенцем?
— Справлюсь, — тихо сказала Алина. — Обязательно справлюсь.
Марина тогда кивнула и вышла из комнаты. А у неё в голове мысль засела. Дикая, конечно, но цепкая. Что, если...
Она позвонила подруге — той самой начальнице колонии, Оксане.
— Оксан, слушай, а эта Алина у меня — за что сидит-то?
— Да ерунда вообще, — вздохнула Оксана. — Заступилась за кого-то на улице, толкнула парня. Тот упал неудачно, головой ударился. В больнице потом скончался. А парень оказался сыном местного чиновника. Вот девку и посадили по полной. Некому было за неё слово замолвить — сирота она.
— А про отца ребёнка что знаешь?
— Был у нас врач один в санчасти. Симпатичный мужик, небось, раз она запала на него. Я его выгнала — больно уж любвеобильный оказался. С половиной зоны переспать хотел.
— Понятно, — задумчиво протянула Марина. — Оксань, забегай вечером. Поговорить надо.
Вечером Марина посадила за стол мужа и Оксану, налила всем коньяку. И начала говорить. Долго говорила. Объясняла свой план.
Когда закончила, повисла тишина.
Муж первым нарушил её:
— План, конечно, рискованный. Но если Оксана поможет с документами, УДО оформить можно. А дальше — договоримся с девчонкой.
— Что от меня зависит — сделаю, — кивнула Оксана.
На следующий день Марина вошла в комнату, где убиралась Алина.
— Как дела?
— Всё хорошо, спасибо.
— Алиночка, а ты хотела бы раньше освободиться? По условно-досрочному?
Девушка горько улыбнулась.
— Да кто ж меня отпустит? Не положено мне.
— А я могу помочь. Через знакомых. Только ты подумай хорошенько — ты же одна. С ребёнком тяжело будет. Нет у тебя ни денег, ни работы, ни образования. Как справишься?
Алина растерялась.
— Я... не знаю. Но справлюсь как-нибудь.
— Я хочу предложить тебе другой вариант, — мягко сказала Марина. — Я помогу тебе выйти раньше. Ты будешь жить у меня до родов. Всё будет хорошо — врачи, уход, витамины. А после родов ты отдашь мне ребёнка. Совсем. Я оформлю всё официально. А ты получишь деньги и сможешь уехать куда захочешь. Начать новую жизнь. Без прошлого, без проблем.
Алина побледнела.
— То есть вы хотите... купить моего ребёнка?
— Я хочу помочь нам обеим, — спокойно ответила Марина. — Подумай. Тебе это только на пользу. Ребёнок будет расти в достатке, с образованием, с будущим. А ты сможешь устроить свою жизнь. Не мучиться в нищете. Подумай до завтра.
Алину проводили в камеру. Всю ночь она не спала. Думала. Плакала. К утру решение созрело.
Её снова вызвали к начальнице. Марина тоже была там.
— Ну что, Алиночка? Решила?
— Да, — твёрдо сказала девушка. — Я согласна. Но у меня условие.
— Какое?
— Хочу до родов гулять. Выходить на улицу, дышать воздухом. Это для ребёнка полезно. И ещё — хочу получить деньги сразу после родов, до выписки. Чтобы уехать и не возвращаться.
Марина кивнула.
— Договорились.
Алину поселили у Марины дома. Первую неделю хозяйка не отходила от неё — присматривала, кормила, заботилась. Потом разрешила выходить на прогулки одна. Алина ходила в парк, сидела на лавочке. Думала.
Она понимала — выхода нет. Она согласилась, потому что иначе просидела бы в колонии ещё несколько лет. А так хоть воздухом подышит перед родами. И деньги получит. Пусть так.
Но однажды в парке случилось неожиданное.
Алина сидела на лавочке, когда увидела знакомое лицо. Мужчина шёл по аллее, засмотрелся на неё. И замер. Это был тот самый врач. Отец её ребёнка. Максим.
Он хотел подойти, но Алина еле заметно покачала головой. Он понял. Прошёл мимо, сел на соседнюю лавку. Развернул газету, сделал вид, что читает.
— Не оборачивайся, — тихо сказала Алина. — За мной следят. Просто слушай.
И она быстро, почти шёпотом, рассказала всё. Про план Марины. Про согласие. Про то, что не видит выхода.
Когда закончила, встала.
— Если сможешь помочь — приходи завтра. Сюда же. Но в другой одежде.
На следующий день Максим пришёл. В старой куртке и кепке. Сел рядом.
— Я подумал, — сказал он. — У меня есть друг. Врач в роддоме. Он может помочь.
— Как?
— Когда будешь рожать, я всё организую. Марине скажут, что ребёнок родился с проблемами. Что ему нужна долгая реабилитация, специальный уход. Она испугается — не захочет брать больного ребёнка. А ты с малышом уедешь. Я с тобой. Мы начнём всё сначала.
Алина молчала. Потом спросила:
— А ты точно не сбежишь?
— Не сбегу, — твёрдо сказал Максим. — Это мой ребёнок. И моя ответственность.
Прошло ещё полтора месяца. Алина легла в роддом. Роды прошли хорошо. Родился здоровый мальчик. Крепкий, розовощёкий, с громким криком.
Но когда Марина примчалась в роддом, врач встретил её мрачным лицом.
— Вы родственница роженицы Алины Серовой?
— Да, — соврала Марина. — Тётя.
— Присядьте. Разговор будет сложный.
Марина похолодела.
— Что с ребёнком?
— Мальчик родился. Но... у него проблемы. Серьёзные. Видите ли, стресс, плохие условия жизни матери, нервные потрясения — всё это сказалось. У ребёнка неврологические нарушения. Потребуется длительное лечение, постоянное наблюдение. Возможно, инвалидность.
Марина побледнела.
— То есть... он больной?
— К сожалению, да. Хорошо, что у Алины есть родственники. Потому что одной ей не справиться. Это очень большая нагрузка.
Марина встала.
— Где она? Алина?
— В послеродовой палате. Но сейчас ей лучше не беспокоиться. Приходите завтра.
Марина вышла из больницы как в тумане. Села в машину. Сидела долго. Потом позвонила мужу.
— Отбой. Ребёнок больной. Нам это не надо.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
На следующий день Алина выписалась из роддома. Максим встретил её у выхода. На руках у неё был сын — здоровый, крепкий, с ясными глазами.
— Поехали, — сказал Максим. — Я нашёл работу в районной больнице. В соседнем регионе. Там нас никто не знает. Начнём с чистого листа.
Алина кивнула. Они сели в машину и уехали.
А Марина так и не узнала правды. Она махнула рукой на эту историю. Сказала себе — не судьба. И вернулась к своей прежней жизни. К дому полной чаше. К пустоте, которую ничем не заполнить.
Только иногда, по ночам, она думала — а что, если бы? Что, если бы она не испугалась? Что, если бы рискнула? Может быть, всё было бы иначе.
Но время не вернуть. И сделанного не исправить.
*****
А как вы думаете, правильно ли поступила Марина, отказавшись от ребёнка? Или это был знак судьбы? Поделитесь своими мыслями в комментариях — мне правда интересно ваше мнение.
*****
❤️ Некоторые мои истории читают и плачут, а другие же, улыбаются, вспоминая себя.
Каждый текст — это зеркало, в котором можно увидеть собственную душу.
🙏 Подписывайтесь и читайте другие мои рассказы, они остаются внутри надолго: