Джон Леннон и Элвис Пресли. Два столпа, на которых держится вся история рок-н-ролла. Миллионы поклонников мечтали об их дружбе, но, как оказалось, в реальности все было гораздо мрачнее. Новая информация раскрывает шокирующие подробности их отношений: от взаимной ненависти до политического шпионажа по заданию президента США.
Легендарный британский диджей и телеведущий Боб Харрис в новом интервью для подкаста Rockonteurs поделился сенсационными деталями о вражде двух музыкальных икон. По его словам, это была «ненависть с первого взгляда», которая со временем переросла в нечто гораздо более зловещее.
Шпион по заданию президента
Самое шокирующее откровение Харриса касается президента США Ричарда Никсона. В 70-е годы Джон Леннон, переехавший в Нью-Йорк, стал ярым критиком войны во Вьетнаме. Никсон видел в нем «врага контркультуры» и, по словам Харриса, неоднократно пытался депортировать музыканта из страны.
«Когда Леннон говорил: „Мой телефон прослушивают, за мной везде следят“, это звучало как паранойя, — рассказывает Харрис. — Но это была правда. Никсон хотел от него избавиться. Поэтому Джон застрял в Штатах: он знал, что если вернется в Великобританию, то назад в Америку его уже не пустят, пока Никсон у власти».
И вот здесь на сцену выходит Элвис.
«Никсон был большим другом Элвиса, и наоборот, — утверждает Харрис. — И Никсон поручил Элвису собрать как можно больше информации о Джоне Ленноне».
Таким образом, Король рок-н-ролла, по сути, стал информатором Белого дома, которому было поручено шпионить за одним из самых влиятельных музыкантов своего времени.
Разбитые иллюзии и жгучая ревность
Но политические интриги были лишь верхушкой айсберга. Личная неприязнь между ними была не менее сильной.
Для Джона Леннона встреча с кумиром юности стала огромным разочарованием. Он обожал ранние записи Элвиса, но сам человек вызвал у него отторжение.
«Для Джона это был момент крушения иллюзий, — объясняет Харрис. — Он любил пластинки Элвиса, поэтому… обнаружить, что тот оказался „правым южным расистом (bigot)“, было для него большим шоком».
Элвис, в свою очередь, видел в Ленноне угрозу. Его раздражал дерзкий британец, который не только изменил музыку, но и, по мнению Пресли, украл его корону.
«Элвис видел в Ленноне этого наглого всезнайку-выскочку из Ливерпуля, который узурпировал его трон, — говорит Харрис. — Он был чертовски обижен и полон ревности».
Так история двух величайших музыкантов XX века оказалась не просто историей о музыке, а мрачным рассказом о разбитых мечтах, политических преследованиях и жгучей зависти, которая отравила отношения двух королей, не сумевших поделить один трон.