Он стоял в дверях, чемодан у ног. Лицо — каменное. Губы сжаты. Всё как в кино, только хуже.
— У Марины будет ребенок…
Я замерла с телефоном в руках. Смотрела на него.
— Я ухожу сейчас к ней — продолжил он, и в голосе появилось что-то... торжествующее? — Машина и квартира остаются у меня… Они мои же.
Тишина. Он ждал. Я знала, чего он ждал. Слёз. Истерики. Может, даже на колени упаду — умолять буду остаться.
А я... засмеялась.
Тихо сначала. Потом — громче.
— Ты чего? — растерялся Максим.
— Ничего — вытерла слезы, которые от смеха выступили. — Просто... забавно.
— Что забавно?!
— Всё, Макс. Абсолютно всё.
Я повернулась к нему. Восемь лет брака. Восемь лет я строила, создавала, тянула на себе. А он... он считал, что это его машина и его квартира.
— Давай по порядку — голос мой был спокойным. Даже слишком. — Машина куплена на деньги моей мамы, когда ты три года назад вылетел с работы. Помнишь? Не важно, что только ты сейчас на ней ездишь… Документы на маму оформлены, кстати. Хочешь — позвони, спроси.
Лицо его начало меняться. Краснеть.
— А квартира... — я прислонилась к столу, скрестила руки на груди. — Макс, ну ты же умный человек. Ипотека оформлена на меня. Первоначальный взнос — с моего счета, тоже подарок от родителей на свадьбу. Платежи все эти годы — только я. У тебя же «временные трудности», помнишь?
— Я... я вкладывался! — попытался он. — Я ремонт делал!
— Ты красил стены. Один раз. Криво. Мой отец потом переделывал.
Пауза. Длинная. Неловкая.
— И что теперь? — он сжал кулаки. — Ты меня не отпустишь?
— Отпущу — я пожала плечами. — Только без моего имущества. Ключи от машины, пожалуйста. И из квартиры — чемодан свой и всё.
— Но у Марины...
— У Марины что?
— У неё однушка! Как мы там втроем?!
— Втроем? — я наклонила голову. — Максим, а ты точно уверен, что ребёнок твой?
Он побледнел:
— Ты что несешь?
— Я ничего не несу. Просто... Марина работает в вашем офисе? Та самая рыженькая из бухгалтерии?
— Ну.
— Твой друг Лёха полгода назад рассказывал, что она с ним флиртует. Он женат, отшивал её. Странно, да? Она же с тобой вроде встречается уже... сколько?
Тишина. Он стоял, открыв рот.
— Я не... я не знал…
— Конечно не знал — я вздохнула. — Макс, ты вообще много чего не знаешь. Не знал, или делал вид…, что я платила за твои кредитки. Не знал, что твоя мама приходила сюда месяц назад и рассказала мне про твою Марину. Всё. Подробно.
— Мама?! Зачем? — он сел на диван. Чемодан упал набок.
— Ага. Она, знаешь ли, не в восторге от того, что ты бросаешь жену ради... как она выразилась... «девицы с непонятной репутацией».
Он молчал. Смотрел в пол.
А я впервые за эти восемь лет почувствовала... свободу. Лёгкость. Будто скинула рюкзак с камнями.
— Уходи, Макс. Только по-человечески. Без моих вещей. Без скандалов. Я не буду требовать компенсацию за всё, что вложила в тебя. Просто уходи.
— А если... если я передумаю?
Вот тут я действительно не сдержалась. Рассмеялась в голос.
— Передумаешь? Серьёзно?
— Я же понимаю теперь, что ошибся видимо...
— Макс, ты ошибся тогда, когда решил, что можешь жить за мой счет. А потом ещё и изменять. А теперь... теперь ты свободен. И я тоже.
Дверь хлопнула. Он ушел. Без машины. Без квартиры. С одним чемоданом.
А я позвонила подруге:
— Лен, ты помнишь, ты предлагала съездить в Италию?
— Помню! А что?
— Я свободна. Можешь заказывать билеты…
Она засмеялась:
— Думала, ты никогда не решишься!
Три месяца спустя
Я сидела в кафе напротив своего дома. Новые ботинки. Новая стрижка — короткая, дерзкая. Новая я.
И вдруг... он. Максим. Постаревший, помятый, в старой куртке.
— Привет — сел напротив, не спросив разрешения.
— Привет.
— Ты... хорошо выглядишь.
— Спасибо.
Пауза. Неловкая. Тяжелая.
— Слушай, я... хотел поговорить.
— О чем?
— О нас. Я понял, что совершил ошибку. Марина... она... — он замялся. — Ребёнок действительно не мой. Оказалось… ДНК-тест подтвердил.
— Жаль.
— Жаль? — он удивился. — Я думал, ты обрадуешься...
— Я не злорадствую, Макс. Мне просто всё равно.
— Неужели совсем?
Я посмотрела на него. Этот человек был моим мужем. Я когда-то любила его. Строила планы. Мечтала о детях, о доме, о счастье...
А теперь сижу напротив — и чувствую только безразличие.
— Совсем — кивнула.
— Может, мы... попробуем снова? Я изменился, честно. Нашел работу, хорошую...
— Рада за тебя.
— Лиза, ну дай мне шанс!
— Зачем?
Он растерялся:
— Как зачем? Мы же семья...
— Были — поправила я. — Были семьей. А теперь — бывшие супруги. И это нормально.
— Но я люблю тебя!
— Нет, Макс. Ты любишь комфорт, который я создавала. Любишь, когда кто-то решает твои проблемы. Любишь ощущение стабильности. Но не меня.
Он замолчал. Потом встал:
— Значит, это конец?
— Этот конец был уже три месяца назад. Когда ты ушёл с чемоданом. Забыл?
Он пошёл. Медленно. Сутулясь.
А я заказала ещё кофе. Американо, без сахара.
И подумала: как же хорошо быть свободной.
Вечером позвонила мама.
— Лизонька, как ты?
— Отлично, мам.
— Ты уверена? Может, приехать?
— Не надо — улыбнулась я. — Правда, всё хорошо.
— Максим звонил нам. Просил поговорить с тобой...
— Знаю. Он приходил.
— И?
— И ничего. Я отказала.
Мама вздохнула с облегчением:
— Слава богу. Я так боялась, что ты согласишься...
— Не соглашусь. Больше никогда.
— Умница моя.
Мы ещё поболтали о мелочах. О погоде. О соседях. О маминых цветах на балконе.
А потом я легла спать. В своей квартире. В своей кровати. И это было счастье.
Настоящее. Заслуженное. Моё...
Рекомендую:
Подписывайтесь, чтобы не пропустить следующие публикации.
Пишите комментарии 👇, ставьте лайки 👍