*Начало здесь.
Глава 67.
- А, вот и ты, Ермил. Я всё думал, когда же вы появитесь, - заговорил человек приятным низким голосом, - Здравствуйте, мои гости. Входите, прошу.
Хозяин дома повёл рукой, приглашая гостей пройти в дом, Куприян украдкой рассматривал его, казалось, есть в облике хозяина, в его повадках и движениях что-то неуловимо-знакомое. Куприян никак не мог вспомнить, может быть он где-то в книгах видел облик хозяина дома, но нет… увидел он его впервые только там, когда явилась ему битва двух воинов.
Гости расположились в просторной комнате, здесь везде были книги, и Куприян приметил возле окна письменный стол, на котором стопками лежали исписанные ровным почерком листы. Хозяин предложил им напитки, сам отложил в сторону книгу, и стал ждать вопросов.
- Скажите…, - начал Куприян, когда молчать стало уже неловко, - Вы… кто? Как вас зовут? О… простите, я Куприян Рукавишников, и меня определили быть Хранителем в Книжной Лавке…
- Я знаю, кто вы, друг мой, - улыбнулся хозяин дома, - А меня зовут… когда я пришёл в мир, меня назвали Светлояром, а когда попал я в услужение Чернобогу, стало моё имя едино со всеми прочими его учениками –все мы были Кощи. Им я и ушел…
- Светлояр мне нравится больше, - тихо проговорил Куприян и спохватился, вдруг тот обидится.
Но тот только улыбнулся, и снова в этой улыбке увиделось Куприяну знакомое.
- Что ж, зовите Светлояром. Я знаю, зачем ты пришёл, Куприян. Ведь всё же мы не чужие, я прихожусь тебе пра-, пра-… впрочем, здесь легко можно ошибиться. Ты хочешь знать, как тебе вернуть из тьмы душу брата моего, Кощи.
- Да, хочу. И лгать не стану – не столько из-за него самого, сколько для той, что его полюбила. Не хочу, чтобы она страдала! И как я понял, ему нужно Прощение, нужно, чтобы вы его простили.
- Нет, друг мой, не я. А он сам. Он сам живёт в сумраке, и сам его создал. А я его давно простил, ещё тогда, на поле битвы. Не смог его жизни лишить после того, как много битв мы плечо к плечу стояли. А теперь… это вовсе неважно, простил ли я его. Важнее то, что сам он в душе своей хранит. Не копи обиды, друг мой, не отягчай свою душу ими. А противнику моему бывшему скажи – нет смерти, и Светлояр не забывает своего друга, ежедневно просит у Света озарить его душу, согреть.
- И всё? – засомневался Куприян, - Как же я… Получается, если он сам себя не простит за то, что убил своего друга, все усилия тщетны? И мои, и всех нас… и Дашины! Тогда не доберусь я до того, кто проклял этого Гербера, кто сделал его своим помощником!
- Никто не может проклясть человека, если сам он того не допустит. Тьма цепляется за тьму, когда хоть бы маленький её кусочек есть в человеке. А тот, от кого ты спасти тот мир желаешь, кто себя зовёт Тёмным Князем… он лик свой поменял на тот, что Тьма изначальная ему положила. Гордыня обуяла его, возвысился над теми, кому призван был служить. Идём, я покажу тебе.
Светлояр поманил Куприяна и раскрыл перед ним большую книгу, рисунки в ней тоже стали оживать перед глазами парня, он глядел на великие битвы меж всех времён и миров, в которых ни одна сторона не могла одержать верх, потому что переменчива и подвержена слабости натура людская. За каждую Душу сражаются воины Света, отвоёвывая у Тьмы, вечная битва, пока живут Времена и Те, кто сотворил Миры.
- Куприян, нам пора возвращаться, - подал голос Ермил.
Всё это время он сидел в стороне, не прикоснувшись к угощениям, и сейчас он смотрел на Куприяна с беспокойством. А Куприян словно не видел этого, так увлекли его книги и рассказы Светлояра.
- Да-да, сейчас, - в который раз отвечал Куприян на зов помощника, - Только вот это ещё прочитаю.
Не замечал ничего Куприян… Ни того, что за окном уже сгущаются сумерки, солнце скрылось за возвышающимися на горизонте горами. А книги на столе сменяли одна другую!
- Отпусти его! Отпусти его, Светлояр! – крик Ермила, казалось, всколыхнул даже воздух за растворенным настежь окном.
Светлояр вздрогнул и провёл рукой по лицу, словно очнувшись от сна или раздумья. Он посмотрел на стоявшего у двери Ермила, потом на красное от заката небо за окнами.
- Уходите. Ты прав, Ермил, прости. Я, кажется, позабыл, что время только для меня уже не имеет значения, - Светлояр нахмурился, потом оглядел стол и комнату, как будто вспоминая, где он находится.
- Да я… ещё немного, - говорил Куприян, листая книги и не в силах оторваться.
Светлояр подошёл к камину, над ним висели три клинка, он взял один, иссиня-чёрной диковинной стали, его рукоять украшал чёрный турмалин, а на нём был изображён Навник.
- Это дар того, кому мы служили, - сказал Светлояр, сняв клинок со стены.
Лицо Светлояра изменилось, ушло отрешённое выражение, рукоять меча привычно легла в руку, горячила кровь. Воспоминания хлынули потоком, он вспомнил, кем он был, и кто он есть до окончания Времён.
Солнце отразилось от клинка, кровавыми бликами заиграло на стенах, Светлояр подошёл к Куприяну и подал ему клинок.
- Бери! Нет надёжнее оберега, но помни – никто не судья другому, лишь сам себе судья.
Удивился Куприян, холодная рукоять диковинного клинка согрелась в руке, ножны тяжело повисли на плече. А за окном догорал закат… как же так? Ведь они только пришли сюда? Или… нет?
- Пора уходить, - сказал Ермил и отворил перед Куприяном дверь.
Запомнил Куприян силуэт могучего Светлояра, он стоял на крыльце своего светлого дома, провожая путников, и странное выражение тоски было на его лице.
- Почему он так… несчастлив? – спросил Куприян увлекающего его на выход из города Ермила, - Ведь это же… похоже на рай? Я думал, мы пришли в рай, где все достойные…
- Рай? Ну, это кому как, - махнул рукой Ермил, и вздохнул с облегчением, когда оказались они за городскими воротами, и перед ними простёрлись великолепные луга, уже в синеющих сумерках, - Каждому своё, Куприян.
- А почему ты так опасался сюда идти? Ведь ничего опасного здесь нет, – Куприян покрутил головой.
- Нет? – фыркнул Ермил, - Да ты чуть здесь насовсем не остался! Если бы я не погнал тебя, там бы и сидел до заката, а написано, я прочитал, кто здесь задержится дольше дня, тому каждый час станет как минута. Нельзя долго быть там, где тебе не место!
- Спасибо тебе, Ермил. Но всё равно, хорошо всё сложилось! Я знаю, что Герберу сказать, а уж послушает ли… его дело.
- Хорошо сложилось? Ты погодил бы так говорить, покуда мы домой-то не вернулись, - Ермил недовольно поморщился, - Я вообще не понимаю, зачем мы спасаем этого Гербера! Он сам решил себя сгубить, и это надо Дарье Мефодьевне сказать. И самому Крошенинникову тоже, пусть запретит дочери такой брак! А Гербера наказать за дела его, сколько он зла наделал, вот пусть за то и отвечает!
- Прав ты, Ермил. А вот только не за тем нам помогают, чтобы мы это зло умножали, - вздохнул Куприян и огляделся, - Гляди… как всё изменилось… где это мы?
На самом деле хоть и шли они тем же путём, что и пришли сюда, но теперь всё было иначе… луга затянуло каким-то зеленоватым туманом, он наползал от реки подобно змеям, извиваясь по низинам. Лес встал тёмною стеной, а там, где утром видел Куприян светлое озеро, теперь булькала красновато-рыжая жижа, брызги от неё летели на берег, выжигая жухлую траву.
- Закрыт нам путь, каким пришли, - со страхом сказал Ермил, - Теперь через мёртвую землю нам идти придётся! Знал я, что не к добру он в твои руки попал, этот клинок! Силён, могуч, да! Только у каждой силы есть две стороны! Идём, вон тропа, может быть, выведет нас туда, откуда мы сможем Путь открыть.
Тропа шла чуть выше низины, зелёный туман пока не добрался до неё, и путники поспешили туда. Куприян поправил на спине широкие ножны с клинком, от него шёл едва уловимый гул… или это от того кипящего озера, что виднелось впереди, справа от тропы.
За деревьями показался просвет, невысокий пригорок скрывался в чаще, а перед ним раскинулась поляна. В пригорке Куприян увидал чёрный проём, это была пещера, у входа едва мерцал небольшой костерок в сложенном из камней очаге. У костра сидел человек в сероватой накидке, он палкой шевелил угли в костре и на пришлых не глядел.
- Ну? Чего тут надо? – спросил человек, не отрывая глаз от огня, - Али жить надоело!
- Пусти нас открыть Путь, - сказал Ермил, - Нам с Хранителем нужно попасть обратно!
- Я никому не помогаю! Уходите, пока живы!
Человек поднял голову, и Куприян увидел, что глаза его горят желтым блеском. Человек открыл рот, оттуда высунулся черный узкий язык с двумя концами, как у зме́я…
Продолжение здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025