Я ловлю себя на том, что уже в третий раз поправляю идеально ровную салфетку. Пальцы сами тянутся к столовым приборам, проверяя расстояние между тарелками — ровно два сантиметра, как учила мама. В воздухе витает аромат запеченной утки и свежеиспеченной шарлотки — Мирина любимая.
— Мира, гости скоро придут? — слышу собственный голос, звучащий чуть более взволнованно, чем хотелось бы.
Мира, не отрываясь от телефона, закатывает глаза, но её губы растягиваются в счастливой улыбке.
— Мам, ну сколько можно! Через десять минут, максимум. Расслабься уже!
Её радость заразительна. Я ловлю себя на улыбке, проводя рукой по её шелковистым волосам — таким же, как у Сергея. Моя девочка. Наша девочка. Единственная и такая долгожданная.
— Ты кого в итоге позвала-то? Я так понимаю, твой день рождения обещает быть шумным? — спрашиваю, чтобы заполнить паузу, пока проверяю, все ли на месте.
— Да всех, мам! Папа так редко может проводить мой день вместе с нами, что я разошлась. Позвала близких подруг и всю родню. Даже Юльку пригласила!
Моя рука замирает над серебряной ложкой.
— Юльку?
— Ну да, твою двоюродную сестру. Ты же знаешь, что у неё второй ребенок уже вот-вот родится?
В горле внезапно пересыхает.
— Второй? Она... родила?
Мира разражается смехом.
— Ты что, правда не в курсе? У неё же дочке уже два года!
— Не знала...
В ушах начинает звенеть. Юля. Та самая Юля, с которой мы когда-то были не разлей вода беременна во второй раз, а я и не знала.
Сейчас наше общение почти свелось на нет. Она стала для меня почти чужой, но я все еще тоскую по тем временам, когда мы могли болтать сутками напролет.
— Мам, ты же не против ее визита?
— Нет, конечно. Это же твой праздник, и если ты ее пригласила, то я не против.
Из кухни доносится звон бокалов — это Сергей наливает шампанское. Его смех сливается с музыкой, доносящейся из Мириной комнаты. Всё так... нормально. Так привычно.
— Кого, говоришь, ты позвала? — его голос звучит неожиданно близко.
Мира смеется.
— Пап, ну ты даёшь! Юльку. Мамину сестру, не говори, что забыл ее.
Тишина. Слишком долгая тишина.
Я оборачиваюсь. Сергей стоит, сжимая бутылку так, что белеют костяшки пальцев. Его лицо — маска спокойствия, но я-то знаю эту едва заметную дрожь в уголке рта.
— Кхм, не забыл, — бросает он через плечо и торопливо уносит тарелку с канапе обратно на кухню.
— Пап! — Мира кричит ему вслед. — Куда ты ее потащил?
— Ой, да. Что-то я, видимо, тоже немного перенервничал. Давно вот так не собирались все вместе.
Что-то здесь не так. Я вижу это по поведению мужа, но вот что именно понять не могу.
Дверной звонок разрезает напряжение.
— Они приехали! — Мира стремглав бросается в прихожую.
Я медленно иду следом, поправляя складки на новом платье. В дверях стоит Юля. Беременная, цветущая, с характерным румянцем на щеках. Рядом копошится маленькая девочка в пышном платьице.
— Привет, Светик! — голос сестры звучит тепло, но в глазах какая-то странная настороженность. — Давненько мы с тобой не виделись.
— Привет, — отвечаю автоматически, замечая, как девочка прячется за мамину юбку.
Сергей появляется в дверном проёме бледный как призрак. Его взгляд остекленевший.
И происходит то, что переворачивает всё с ног на голову.
Маленькая девчушка делает робкий шаг вперёд, её глазёнки загораются, и она неожиданно выкрикивает...
— Папа!
Стекло бокала холодное под пальцами, но я чувствую, как дрожь в руке заставляет его тихо звенеть. Сергей усмехается, но в его усмешке чувствуется какая-то натянутость, будто он пытается скрыть напряжение. Он осторожно берет ребенка на руки, но я замечаю что это выглядит слишком естественно, слишком привычно.
— Ой, как легко она сказала “папа”! — Юля смеется, но смех звучит немного резко, как будто она сама удивилась произошедшему, но мне совсем не смешно.
Я вижу их взгляды. Они встречаются глазами всего на мгновение. Недолгий разговор, ничего необычного. Едва заметная искра узнавания. Но мне этого хватает.
Мира нервно хихикает, чувствуя, что атмосфера натянулась, как струна.
— Ну все, теперь у меня есть младшая сестра! — шутит она и пытается улыбнуться, но уголки ее губ нервно подрагивают.
— Свет, да ты так не напрягайся, — смеется Юля, оправдываясь. — Она еще маленькая. Всех мужчин папами называет.
— И где же твой муж? Его не смущает такое обращение? — мой голос звучит натянуто равнодушно.
— Он… да у него как обычно дела, — отмахивается она, искоса поглядывая на моего мужа.
— Теть Юль, вы… проходите. Я рада, что вы смогли приехать, — отмирает Мира.
Гости прибывают. Подруги дочери, родственники, все так по-семейному, но я никак не могу расслабиться.
Вокруг звучит искренний смех, музыка, шампанское пенится в бокалах. Но я больше не слышу слов. Вижу только руки моего мужа, которые так уверенно в очередной раз подхватывают этого ребенка. Вижу, как он поправляет ей челку — машинально, как-будто по привычке.
Нет. Я знаю, что мой муж безумно любит детей, но все это так… странно.
Я не могу есть. Не могу пить. Каждый его смех, каждое движение — как нож.
Дочь пытается спасти вечер. Ее подружки приходят к нам, и комната наполняется девичьим смехом, но он звучит где-то далеко, будто через толстый слой ваты.
Я улыбаюсь. И чувствую, как внутри меня медленно разливается лед.
Я сижу, словно прикованная к стулу, наблюдая, как Юля грациозно поправляет салфетку на коленях. Ее маникюр идеален. Нежно-розовый, с жемчужным блеском. Такие ногти не сделаешь, когда возишься с маленьким ребенком. Значит, у нее есть время на салоны. И помощь.
— Знаешь, Свет, — ее голос звенит, как хрустальный колокольчик, — я до сих пор помню, как с Викулей все получилось буквально с первого раза! — она смеется, и этот смех заполняет всю комнату. — Мы даже не планировали особо, просто... бац! И вот она уже здесь! Моя малышка.
Мои пальцы сжимают край стола так сильно, что фаланги белеют. Я вспоминаю наши с Сергеем бесконечные походы по врачам, горы таблеток, ночи, проведенные в слезах. И этот... этот банальный “бац”. Родственники притихают. Мира осторожно уводит подруг к себе в комнату.
— Ой, а со вторым вообще смешно получилось, — Юля продолжает, осторожно подмигивая Сергею через стол, но я замечаю это. — Один незапланированный вечер, и... ну ты поняла! — она поглаживает живот с преувеличенной нежностью.
Сергей откашливается, его глаза бегают по комнате, избегая моего взгляда.
— Юль, может, не стоит… Все же сегодня день рождения моей дочери, — начинает он, но она уже разошлась.
— Что не стоит? Правду? Да я же просто рассказываю. Мы так давно со Светой не общались, хочу поделиться с ней своей радостью, — она делает удивленные глаза, полные фальшивого непонимания. — Света же взрослая женщина, она все понимает. Правда, Свет?
Я чувствую, как по моей спине пробегает холодная волна.
— Конечно, — отвечаю я, и мой голос звучит чужим, плоским.
Юля наклоняется ко мне через стол, ее духи — что-то сладкое, удушливое. Они заполняют мое пространство.
— Ты знаешь, я вот думаю…, — шепчет она наигранно заботливо. — Может, тебе стоит сходить к моему врачу? Она просто волшебница! Вот у моей подруги тоже были проблемы, а после ее курса — раз и двойня!
Мира неожиданно возвращается в комнату.
— Мама, помоги мне на кухне, пожалуйста. Там Лиля попросила еще твоего фирменного салата, — говорит она, и я вижу, как ее глаза блестят от невыплаканных слез.
Но Юля не останавливается.
— Ой, простите, я, кажется, задела больную тему, — она прикладывает руку к губам в фальшивом жесте раскаяния. — Просто мне так жаль, что у тебя не получилось со вторым... Это же так прекрасно — чувствовать, как внутри тебя растет новая жизнь.
Я вижу, как Сергей напрягается. Его пальцы барабанят по столу нервной дробью.
— Юля, хватит, — говорит он сквозь зубы.
— Нет, правда, Свет, ты даже представить не можешь! Вот я сейчас, на пятом месяце, а он уже такой активный! Каждую ночь пинается, не дает спать, — она смеется, бросая взгляд на Сергея.
В моей груди что-то ломается.
— Мама, — Мира снова тянет меня за рукав, ее голос дрожит. Я вижу, как она ненавидит эту женщину в этот момент. Ненавидит ее за меня.
Но я не могу встать. Я прикована к этому месту, к этому кошмару.
— А знаешь, я уже думаю о третьем, — продолжает Юля, наслаждаясь моментом. Она поворачивается к моему мужу. — Сережа, представляешь, трое детей? Это же так здорово! Насколько я помню, вы со Светой еще в молодости мечтали о большой семье.Чтобы ваш дом был полной чашей.
Сергей улыбается. Не той усталой улыбкой, которой встречал мои попытки заговорить о втором ребенке после десятой неудачной попытки ЭКО. Нет. Сейчас его лицо озаряется настоящей радостью. Только эта радость натянута и он не может ее скрыть.
— Да, это... это прекрасно, — говорит он, и в его глазах я вижу то, чего не видела уже много лет — надежду, счастье, жизнь.
— Прекрасно, — повторяю я, и мое шампанское вдруг обретает вкус пепла.
Юля удовлетворенно откидывается на спинку стула.
— Ну конечно, не всем дано, — говорит она с фальшивым сочувствием. — Но ты хотя бы попробовала, и это главное. Да и у тебя есть Мирочка!
Она произносит имя моей дочери с какой-то снисходительной нежностью, будто говорит о кошке или собаке. Мира вздрагивает, ее губы дрожат.
— Да, — говорю я, поднимаясь на ноги, которые вдруг стали ватными. — У меня есть Мира. И этого достаточно.
Но Юля уже не слушает.
— Извините, — говорю я, и мой голос звучит странно ровно. — Мне нужно помочь Мире.
На кухне я вдруг понимаю, что не могу дышать. Воздух не проходит в легкие. Стены смыкаются. Где-то далеко Мира зовет меня, но ее голос доносится как сквозь толщу воды.
А из комнаты доносится смех. Их смех. И звонкий голос ребенка, который в очередной раз зовет моего мужа “папой”, а гости от этого начинают смеяться еще сильнее. Словно ничего не видят. Словно все происходящее вокруг лишь нелепый детский лепет.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Нам не по пути", Наталья Ван ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 2 - продолжение