Предыдущая часть:
Оба автомобиля сначала подъехали к библиотеке и оставили Марию на службе, а потом группа двинулась в офис. Нотариус базировался в строении с компанией, занимавшейся поставками бытовой техники. Он снимал помещение с разделителем, что позволяло обустроить и рабочую зону, и пространство для ожидания посетителей. Дверь офиса оказалась на замке. Подёргав ручку и осмотрев скважины, трое направились в примыкающий кабинет, где за компьютерами сидели девушки, и сумели выудить немного сведений. Но полученные данные вышли посредственными. Одна работница заверяла, что нотариус отсутствует уже третий день. Вторая возражала, настаивая, что вчера он появлялся. На вопрос, куда он мог подеваться, девушки ничего внятного не выдали. Одна упоминала, что нотариус всегда отъезжал на большом белом внедорожнике. Другая уверяла, что транспорт был светло-серым. О направлении, куда он убыл, они лишь недоуменно пожимали плечами.
— Смылся, выходит, — резюмировал итоги дня наследник. — Соберите данные об этом Дмитрии. Всё же интересно, что за тип этот мой полный тёзка.
Неясно, какими каналами пользовалась сеть, но через два дня её главарь уже располагал информацией, что у мужа Марии в отдалённом городе имеется любовница. И Дмитрий систематически навещал там в недельных или двухнедельных служебных поездках. Он обрёл данные об инциденте с машиной и о внушительных расходах на её восстановление. Правда, починку оплатила любовница, и это случилось примерно в период, когда крупная сумма наследства ещё покоилась на счету. «А парень-то ловок», — размышлял главарь сети, выслушивая отчёт помощника. «Обзавёлся пассией с капиталом. Что ещё?»
— А ещё эта особа разместила отремонтированный автомобиль на продажу, — доложил помощник. — Но предварительно приобрела свежий, подороже. И ещё одна сделка. Любовница взяла в новостройке трёхкомнатную квартиру, выставив свою прежнюю однокомнатную на рынок.
Встреча тёзок случилась возле офиса организации, где служил Дмитрий. Криминальный лидер пару минут с любопытством изучал ведущего инженера. Наконец, ухмыльнувшись, приветственно произнёс:
— Никогда не сталкивался с человеком, у которого такое же имя, отчество и фамилия, как у меня. Пожалуй, ничего выдающегося, но в подходящий момент может сгодиться. Ладно, я по поводу напоминания. Задолженности следует погашать.
Дмитрию уже растолковали, с кем он имеет дело, и он сообразил, что отрицать получение средств бессмысленно, но напомнил, что наследство зарегистрировано на него. А относительно происхождения денег — у него и впрямь есть родные с данными того индивида, который направил сумму. Правда, их он никогда не встречал. Знал только по повествованиям деда.
— Так что, полагаю, вы признаете, средства пришли ко мне на законных основаниях, — ещё раз акцентировал Дмитрий. — Бумагами занимался нотариус, так что я у вас ничего не похищал.
«А ведь он не ошибается», — подумал криминальный лидер. «Виновен тот, кто адресовал наследство не мне, а ему. Довольно размышлений. С нотариусом разберёмся впоследствии, как и с теми, кто допустил оплошность. Но средства нужно возвратить».
— Но у меня их нет, — выдохнул Дмитрий. — Приобрёл одной девушке жильё и транспорт, а остаток как-то сам собой улетучился.
— И как за столь краткий срок возможно израсходовать столько? — изумился бандит. — Не верю. Покажи-ка баланс на счету.
Дмитрий извлёк телефон, запустил приложение банка и подал.
— Это всё, что имеется? — по-настоящему удивился наследник.
— Ну нет, это же ещё и зарплата пришла, — разъяснил Дмитрий. — Те средства от наследства давно иссякли.
— Так, наследство, говоришь? — переспросил лидер. — Поскольку так вышло, что вроде всё по закону, то с сего дня отрабатывай задолженность. Ты ведь контактируешь с влиятельными предпринимателями?
— Не регулярно, но случается, — отозвался Дмитрий.
— Отлично. Тогда твоя миссия — накапливать компрометирующие материалы, ясно? На предпринимателей, на начальство твоей организации и на её учредителей, — постановил криминальный лидер. — Чем обширнее данные, тем меньше долг. Зачем мне это? А я намерен прибрать вашу организацию. Так что, если проявишь усердие, можешь даже встать во главе.
Когда беседа завершилась и автомобили исчезли за поворотом, Дмитрий ощутил не облегчение, а нечто такое, от чего сердце заколотилось учащённо. Наконец, кое-как придя в норму, он направился в квартиру. Встреча с бандитами, равно как и иные происшествия, не прошли для Марии даром. Из-за нервов у неё произошёл срыв. Её доставила скорая. В клинике положение нормализовали, но предостерегли, чтобы в дальнейшем исключала любые потрясения.
— Вы едва не лишились ребёнка, — пояснил врач. — Беременность с трудом удалось удержать, но если подобное повторится, вряд ли получится снова. Вы потеряете малыша.
Вернувшись из клиники, Мария, ещё на листке нетрудоспособности, старалась проводить часы дома в умиротворённой атмосфере и, если припоминала случившееся, то с абсолютным равнодушием. В этот период криминальный лидер, продолжая привычные занятия — то есть применяя фонд для обеления прибылей, — вынужденно примирился с утратой суммы. Нотариуса, организовавшего выплату, решили не разыскивать, и с ответственным за промах тоже ничего не выходило. Так что как-то вечером, отгородившись в коттедже от внешнего мира, глава сети внезапно припомнил сотрудницу библиотеки, предъявившую бумагу об отказе. Он ещё у дома приметил её, и ему почудилось, что где-то он уже замечал эту Марию, возможно, даже был знаком. Но восстановить, когда и где, не удавалось. Как обычно в запутанных ситуациях, он прибегнул к помощи своего аналитика, мастерски обращавшегося с любой информацией и отыскивавшего верные подходы, благодаря чему дела сети шли успешно. Лидер поручил ему накопать данные о Марии. Через несколько дней помощник управился, уведомив по телефону. Глава сети незамедлительно отправил за ним транспорт и вскоре внимал повествованию, которое перевернуло его существование.
— Давным-давно, — завёл рассказ аналитик, — вы состояли в отношениях с девушкой Светланой. Ваш роман тянулся около двух лет. Затем вы убыли и забыли о ней. По некой причине она умолчала о беременности, и прерывать её было поздно.
Аналитик описывал её быт после разрыва, перечислял имена тех, кто оказывал поддержку. Лидер внимал и ощущал, как внутри накапливается какой-то гнетущий ком. Он уже осознал: эта сотрудница библиотеки — его внебрачная дочь, о которой он, собственно, и не подозревал. Глава сети понимал, что нельзя никому раскрывать о дочери. А относительно аналитика — в нём он не сомневался, хотя этот индивид не был лоялен боссу, поскольку трудился под давлением. Его шантажировали, но распространять сведения он ни с кем не станет. Взглянув на продолжавшего отчёт аналитика, лидер обдумывал дальнейшие шаги. Разумеется, можно одарить Марию крупной суммой, приобрести ей жильё, надёжный автомобиль, всё потребное для быта. Но она ничего не примет. В этом он не колебался. Неясно, что спровоцировало внезапное ухудшение самочувствия главы криминальной сети, но его давняя болезнь, долго не проявлявшаяся, внезапно внесла коррективы в его бытие. Поначалу недомогание сдерживали на начальной стадии медикаментами, но постепенно их влияние ослабло. Потребовались мощные препараты.
— Да, как у вас всё запущено, — заметил врач. — Почему случилось обострение? Факторы могли быть разнообразными, иногда достаточно эмоциональных переживаний. То есть мог сыграть роль стресс. Если лечиться амбулаторно, о благоприятном исходе и речи нет. Вам требуется стационар. Тогда возникнет хоть какая-то перспектива.
Криминальный лидер внял этим рекомендациям. В частной клинике ему выделили отдельную палату с полным оснащением. И уже в первый вечер Алексей Васильевич, получив доклады от подчинённых из ближнего круга и выдав им распоряжения, задумался о грядущем. Он осознавал, что доктор, повествуя о шансах приостановить недуг с применением передовых методов, просто смягчал правду, а значит, следует заблаговременно принять меры, чтобы предприятие, которому он отдал львиную долю жизни, не обрушилось. Впрочем, о участи членов сети он не тревожился. Больше беспокоили накопления на счетах. Можно завещать их родным, но так вышло, что Алексей Васильевич теперь не знал, где они и в каком состоянии. А единственным близким, как он уяснил, была родная дочь — та, что отвергла фиктивное наследство. «А может, попытаться оформить завещание на её имя?» — неоднократно размышлял криминальный лидер. «Чтобы средства она обрела не сразу, а спустя несколько лет».
Обдумывая способы поддержки, Алексей Васильевич в итоге пришёл к выводу, что оптимально сначала побеседовать с Марией. Он не представлял, как женщина воспримет весть, что они отец и дочь. То, что она не кинется к нему с радостными слезами, мужчина понимал, но надеялся на какое-то проявление эмоций. «Да, когда я расстался с её матерью, я повёл себя скверно», — судил о своём поступке Алексей Васильевич. «Но я не знал о беременности. Тысячи молодых пар расходятся и сходятся вновь. Хотя кто поручится, что я не оставил бы её в любом случае?» В итоге он решил, что непременно должен повидаться с дочкой. А там как сложится. Организовать её визит в клинику лидер доверил аналитику. Знал, что этот индивид справится лучше прочих. В результате свидание отца и дочери произошло.
Алексей Васильевич предложил ей присесть и, не прерывая, выслушать его. От этой вести Мария впала в настоящий шок. Весть о том, что этот мужчина — её отец, она приняла сравнительно спокойно. Конечно, изумилась и для верности уточнила, нет ли недоразумения. Тогда Алексей Васильевич изложил ряд подробностей, подкреплявших, что у него со Светланой действительно были тесные связи. Около минуты она хранила молчание, а потом решительно заявила:
— Нет, я не верю. Мой подлинный отец не может быть нарушителем закона. Мы с мамой и человеком, который хоть и считался отчимом, но фактически меня воспитал, снабдил всем возможным и никогда не вредил окружающим. А вы? Нет. Я не в силах признать вас отцом.
— Подожди, не уходи, — попросил он, заметив, что Мария встаёт к выходу. — Я ведь надумал завязать с прошлым. Да, искренне. Сейчас сворачиваю все операции, а без меня сеть просто распадётся, растворится. И львиную долю своих активов в скором времени перечислю на счёт детского приюта. Но, знаешь, мне хотелось бы оказать помощь и своей родной дочери. Понимаю, ты способна отвергнуть деньги, но эта сумма добыта честно. Она пришла ко мне по наследству, и эти средства всегда хранились обособленно.
— Пожалуйста, не упоминайте о деньгах, — настояла Мария, чувствуя, что вот-вот покатятся слёзы. — Я ничего у вас не приму.
— Знаешь, в завещании предусмотрят условие, по которому ты сможешь управлять тем, что от меня останется, лет через десять-пятнадцать, — постарался утихомирить её Алексей Васильевич. — За этот срок в твоей жизни всё может преобразиться, и, возможно, ты пересмотришь своё отношение.
— Нет, я вам не доверяю, — произнесла Мария.
Она в слезах выскочила из палаты, а на улице не села в транспорт, а направилась к библиотеке пешком, рассчитывая, что это её утихомирит. Алексей Васильевич и вправду отступил от дел. Как он и прогнозировал, в банде наметился разлад. Из всех участников лишь двое способны были вести автономную игру. Первым был аналитик, вторым — недавно привлечённый муж Марии. С деятельностью криминальной сети, руководимой его тёзкой, Дмитрий освоился довольно оперативно. Единственное, чего он не постигал, — причина пребывания в ней аналитика. Звали его Роман. Он выделялся познаниями, способностью молниеносно анализировать обстановку и отыскивать наилучшие выходы. Поручение Алексея Васильевича, недавно угодившего в клинику, Дмитрий исполнил. Компрометирующие материалы на генерального директора своей организации и на весь совет директоров были накоплены. Об этом осведомлены были только трое: сам лидер, Дмитрий и аналитик.
— Роман, спустя два дня после того, как босс очутился в клинике, — обратился к аналитику Дмитрий. — Шеф, как нам известно, в ближайшее время окажется неспособен действовать, так что о приобретении акций можно не вспоминать. Мне кажется, можно просто взять руководство компанией в свои руки.
— И что вы имеете в виду? — лаконично спросил Роман.
— Я ведущий инженер, и к концу года мне прочили продвижение, — развил мысль Дмитрий. — Ты ведь способен набросать сценарий, по которому меня включат в совет директоров, и чтобы я занял пост генерального.
Аналитик хранил молчание, ожидая развития.
— Мне думается, нам с тобой следует как можно скорее покинуть эту банду, — добавил Дмитрий. — Всё опирается на боссе. А он отстраняется. И после нашего отхода у братвы вспыхнет сумятица. В итоге кого-то упрячут за решётку, кто-то скроется. А если я займу директорское кресло, приглашу тебя на должность аналитика. Ну не станешь же ты обслуживать этих, неспособных самостоятельно ничего изобрести.
— Я попытаюсь, — оценивающе взглянул на Дмитрия Роман. — Но никаких гарантий дать не могу.
Вечером своими замыслами муж поделился с Марией. Выслушав его, она всерьёз встревожилась и начала отговаривать.
— Ты осмысли, я до сих пор не могу оправиться после того, что приключилось из-за завещания, — произнесла она. — Думаешь, это приятно, когда тебя увозят в автомобиле какие-то бандиты?
То, что этих бандитов вёл её отец, Мария умолчала. Она теперь остерегалась делиться с ним тем, что касалось посторонних финансов. А Дмитрий вполне мог отправиться в клинику к Алексею Васильевичу и что-то ему изложить, и в итоге ей бы на каких-то условиях зачислили сомнительные деньги, а она этого решительно не желала. О том, что супруг уже продолжительное время сотрудничает с её отцом, Мария не подозревала и даже вообразить не могла, что пробраться в совет директоров, а вероятно, занять пост генерального, её муж сможет благодаря усилиям аналитика, подчинённого её отцу. Дмитрий, чтобы не волновать жену, заверил, что ничего предосудительного совершать не намерен. Но если ему выдвинут предложение о повышении, он не станет отказываться. На воплощение плана, составленного Романом, ушло немного времени.
Компрометирующие материалы подготовили за три дня. Взорвался скандал. Генеральный директор заявил об отставке, но совет директоров её не одобрил. А на следующий день после их собрания появилась новая порция компромата, куда весомее. В итоге совет директоров был принуждён принять отставку генерального, а последующая доза компромата буквально выдворила нескольких начальников и значительную часть совета. Организацию начало штормить. Требовалось срочно стабилизировать положение. И в обновлённый состав совета директоров наряду с иными экспертами включили Дмитрия. В тот же день его назначили генеральным директором. Прошло всего две с половиной недели, а Дмитрий преобразился неузнаваемо. Из города, куда он отправлялся в служебные поездки, прибыла его любовница. Став теперь влиятельной персоной, он перевёл её на службу из филиала в центральный офис. Уладил вопрос с жильём для неё. Для этого организация приобрела двухкомнатную квартиру в новостройке, предоставив Екатерине шанс выкупить её за десять лет. Не таясь никого, большую долю досуга Дмитрий проводил с любовницей.
Продолжение: