Советская опытная авиадесантная самоходная артиллерийская установка АСУ-57П, носившая заводской индекс К-73, разрабатывалась параллельно со своей “летающей конкуренткой” АСУ-57. По конструкции, она представляла собой легкобронированную машину-амфибию, ставшую воплощением самых смелых инженерных и тактических идей своего времени. Так же, как и ее “собрат”, она разрабатывалась специально для элитных Воздушно-десантных войск (ВДВ), и была призвана решить самую острую проблему «крылатой пехоты» — уязвимость перед бронетехникой противника в глубоком тылу. Но что же это была за машина и какой смысл был в ее разработке?
История создания
После завершения Второй мировой войны советское военное руководство, проанализировав опыт крупнейших десантных операций, пришло к выводу о необходимости качественного усиления Воздушно-десантных войск. Новая военная доктрина предполагала возможность массированной высадки десанта в глубоком тылу врага для захвата стратегических объектов и дезорганизации его обороны, однако была одна неприятная деталь - десантникам в тылу врага приходилось вооружаться лишь стрелковым оружием и легкими минометами. Никакой боевой техники, которую можно было бы перебросить по воздуху, в тот момент на вооружении Советской армии не было, и десант оказывался беззащитным перед контратаками с применением танков и бронемашин. Следовательно, возникала острая потребность в легкой, компактной и достаточно мощной самоходной артиллерийской установки, которую можно было бы десантировать парашютным или посадочным способом.
Для восполнения этого пробела, в 1947 году между конструкторскими бюро инициировали конкурс на разработку боевой машины, максимально отвечающей требованиям современных боевых действий, а также легкой по массе. В рамках конкурсной разработки несколько конструкторских бюро представили свои проекты, и одним из участников этой гонки стало Особое конструкторское бюро при Инженерном комитете Сухопутных войск (ОКБ ИК), которое под руководством главного конструктора Анатолия Федоровича Кравцева приступило к работе над проектом авиадесантной САУ-амфибии, получившей внутренний индекс К-73. Разработка велась в условиях серьезной конкуренции, ведь к то время, как я уже сказал выше, в одном из соседних КБ разрабатывали проект аналогичной машины, но в сухопутном варианте, без возможности преодоления водных преград. Кроме того, в том же КБ велась работа над плавающим бронетранспортером К-75, что предполагало унификацию некоторых узлов и агрегатов между проектами. Эта особенность была не просто инженерным изыском, а еще одним фактором, косвенно способным повлиять на принятие машины на вооружении, а также на условия боевых действий на европейском театре, изобилующем реками и озерами. Для подразделения, действующего в изоляции от основных сил, способность форсировать реки без помощи инженерных средств могла стать решающим фактором выживания и выполнения боевой задачи. В 1949 году работа перешла от чертежей к металлу: на Московском Военно-ремонтном заводе №2 Главного бронетанкового управления были изготовлены два опытных образца САУ К-73 для проведения всесторонних испытаний.
И здесь история самоходной артиллерийской установки завершилась - на этапе государственных испытаний, исход которых оказался для проекта роковым, несмотря на блестящие технические результаты, К-73 забраковали. В начале 1950 года, когда опытные образцы К-73 были представлены на полигонные испытания, где машина продемонстрировала полное соответствие тактико-техническим требованиям, в первую очередь по мобильности, она показала явные преимущества перед своим главным конкурентом — АСУ-57 от завода №40. Мощный 70-сильный двигатель ГАЗ-51Н обеспечивал К-73 максимальную скорость 54 км/ч, в то время как АСУ-57 с ее 56-сильным мотором развивала лишь 45 км/ч. Во время испытаний конструктор Кравцев лично демонстрировал комиссии выдающиеся ходовые качества своей машины. А ее врожденная способность плавать без какой-либо предварительной подготовки ставила ее на совершенно иной уровень тактических возможностей.
Казалось, успешные испытания и очевидные достоинства должны были открыть машине дорогу в серийное производство. Однако в судьбу проекта вмешались не технические, а административные и, вероятно, промышленные факторы. Произошел, как описывают источники, «неудачный поворот событий». Постановлением Совета Министров СССР было принято решение прекратить дальнейшие работы по проекту К-73 и передать техническую документацию на завод №40 — предприятие, которое вело разработку конкурирующей машины АСУ-57. К тому моменту завод №40 уже испытывал свой вариант плавающей САУ, «Объект 574» (АСУ-57П), который представлял собой лишь адаптацию существующего шасси АСУ-57. Это было заведомо неправильное решение по сравнению с изначально амфибийным корпусом К-73 - по сути, «Объект 574» был той же АСУ-57, на которую добавили средства обеспечения плавучести. Вероятнее всего, решение было продиктовано не техническим превосходством проекта завода №40, а его производственными мощностями и влиянием. Для советской промышленности было намного проще поручить выпуск плавающей модификации уже осваиваемому в серии предприятию, чем запускать с нуля производственную линию для совершенно новой, пусть и более совершенной, машины от другого КБ. Таким образом, К-73 стала жертвой не конструкторских просчетов, а производственной логики и советского “планирования”. После закрытия проекта один из уцелевших прототипов был отправлен в Военно-исторический музей бронетанкового вооружения и техники в Кубинке, где и находится по сей день, являясь немым свидетелем своей драматической истории.
Описание конструкции
Конструкция К-73 представляет собой яркий пример инженерного искусства, направленного на достижение сложного компромисса между, казалось бы, взаимоисключающими требованиями. Создателям необходимо было уместить в предельно малый вес и габариты мощное вооружение, обеспечить приемлемую мобильность на суше и на воде, и при этом сохранить хотя бы минимальный уровень защиты для экипажа. Четвертый, и самый главный, ограничитель — возможность авиационной транспортировки и десантирования — заставил конструкторов применять нетривиальные и новаторские решения в каждом узле машины, от бронекорпуса до ходовой части.
Бронированный корпус
Основой машины служил клепано-сварной корпус открытого типа, изготовленный из катаных броневых листов. Выбор открытой компоновки был продиктован жесткой необходимостью экономии веса, ведь конструкторам приходилось экономить каждый грамм веса. При этом для защиты от непогоды сверху боевое отделение могло закрываться съемным брезентовым тентом. Компоновочная схема была выполнена с передним расположением силовой установки и кормовым размещением совмещенных боевого отделения и отделения управления. Такое решение было нетипичным для многих боевых машин СССР того времени, но оно давало определенное преимущество: массивный двигатель и трансмиссия, расположенные спереди, служили дополнительной защитой для экипажа при фронтальном обстреле.
Экипаж самоходной установки состоял из трех человек. Рабочее место механика-водителя находилось в кормовой части корпуса, справа от орудия. Для наблюдения за местностью он использовал смотровой блок в лобовом листе и смотровую щель в правом борту корпуса. За ним располагался заряжающий. Слева от пушки размещался командир машины, который также выполнял функции наводчика. В его распоряжении были смотровые щели в лобовом и левом бортовом листах, а также приборы наблюдения и прицельные приспособления.
Уровень броневой защиты классифицировался как противопульный, способный защитить экипаж от огня стрелкового оружия и мелких осколков. Толщина брони была минимально возможной: верхний и нижний лобовые листы имели толщину 6 мм, бортовые листы — 4 мм, а днище — всего 3 мм. В погоне за массой конструкторы пошли на смелый шаг, выполнив кормовой лист корпуса из дюралюминия толщиной 1.5 мм. Из этого же легкого сплава был изготовлен и топливный бак, который для дополнительной защиты от повреждений имел снаружи 8-миллиметровый слой протектированной резины. Такая конструкция явно указывает на тактическое предназначение машины - К-73 не была рассчитана на ведение затяжного боя или дуэль с танками, ее выживаемость строилась на принципе «первый увидел — первый выстрелил — быстро сменил позицию». Это была классическая машина для засадных действий, где мобильность и малый силуэт ценились гораздо выше толщины брони.
Вооружение
Огневая мощь К-73 была сосредоточена вокруг 57-мм полуавтоматической пушки Ч-51. Это орудие, разработанное в ОКБЛ-46 под руководством Е.В. Чарнко и производившееся на заводе №106, обладало превосходными для своего калибра баллистическими характеристиками и устанавливалось также на основного конкурента К-73 — САУ АСУ-57. Таким образом, соревнование между проектами шло не в плоскости вооружения, которое было идентичным, а в плоскости шасси, которое должно было это орудие нести. Пушка Ч-51 имела длину ствола 4227 мм (74.16 калибра) и вес качающейся части 435 кг. Она обеспечивала практическую скорострельность от семи до десяти выстрелов в минуту, максимальную дальность стрельбы до 6100 метров и дальность прямого выстрела до 1100 метров. Орудие монтировалось в лобовом листе корпуса в специальной установке, обеспечивавшей углы горизонтального наведения в секторе шестнадцати градусов и углы вертикальной наводки в диапазоне от −4.5 до +15 градусов.
Боекомплект к орудию состоял из 30 унитарных выстрелов. Номенклатура боеприпасов была весьма широкой и включала осколочно-фугасные снаряды О-271У весом 3.75 кг, а также несколько типов бронебойных снарядов: БР-271, БР-271К, БР-271М и БР-271Н. Наиболее эффективным противотанковым средством был подкалиберный снаряд БР-271П весом 1.79 кг, начальная скорость которого достигала 1250 м/с. Бронебойный снаряд с баллистическим наконечником БР-271М весом 2.8 кг был способен на дистанции 1000 метров пробить 105 мм гомогенной броневой стали, расположенной под прямым углом, а более совершенный БР-271Н — до 140 мм на той же дистанции. Этого было достаточно для уверенного поражения большинства средних танков вероятного противника того периода. В качестве вспомогательного вооружения на САУ устанавливался спаренный с пушкой 7.62-мм пулемет СГ-43 с боекомплектом 400 патронов.
Двигатель, трансмиссия и ходовая часть
Сердцем машины являлся карбюраторный шестицилиндровый двигатель ГАЗ-51Н, развивавший мощность 70 л.с. (что эквивалентно 51 кВт). Этот силовой агрегат был заимствован от грузового автомобиля ГАЗ-51, что демонстрирует выдающийся прагматизм конструкторов: применение серийного, проверенного и широко распространенного автомобильного двигателя не только удешевляло и упрощало производство, но и кардинально облегчало последующую эксплуатацию и ремонт в войсках. Для облегчения запуска в условиях низких температур двигатель оснащался котлом-подогревателем, также взятым от ГАЗ-51. Мощность двигателя обеспечивала 3,4-тонной машине высокую удельную мощность, позволяя развивать максимальную скорость по шоссе до 54 км/ч. Запас хода составлял 234 км по шоссе, 134 км по проселочным дорогам и до 46 км на плаву.
Механическая трансмиссия также в значительной степени состояла из автомобильных агрегатов. В ее состав входили главный фрикцион сухого трения и трехходовая четырехступенчатая коробка передач, заимствованные от того же грузовика ГАЗ-51. Крутящий момент передавался через главную передачу, два бортовых фрикциона с ленточными тормозами и бортовых одноступенчатых редукторов (две штуки). Ходовая часть применительно к одному борту состояла из шести однодисковых опорных катков с наружной амортизацией, литого ведущего колеса кормового расположения и направляющего колеса. Подвеска машины была индивидуальной, торсионной. На последних узлах этой подвески устанавливались гидравлические амортизаторы, конструкция которых была заимствована у легкового автомобиля представительского класса ЗИС-110.
Однако главной отличительной чертой К-73 была ее способность плавать. Если для наземного движения конструкторы широко использовали доступные автомобильные компоненты, то для передвижения по воде была создана оригинальная и высокоэффективная система. В кормовой части корпуса, по образу довоенного легкого танка Т-40, монтировался водоходный движитель, состоявший из трехлопастного гребного винта. Винт устанавливался на внешней поворотной части валопровода, позволяя механику-водителю осуществлять маневрирование на плаву с помощью специального штурвала, отклоняя весь узел по горизонтали. При движении по суше внешняя часть вала, вместе с гребным винтом пряталась в специальную нишу в левой части кормового листа корпуса. Эта система обеспечивала машине неплохую маневренность на воде и скорость до 8 км/ч.
Приборы наблюдения и связи
В условиях боевой обстановки экипаж вел наблюдение за местностью через простые, но надежные смотровые приборы. Механик-водитель использовал смотровой блок в лобовом листе корпуса и смотровую щель в правом борту. Командир машины располагал смотровыми щелями в лобовом и левом бортовом листах корпуса. Для обеспечения внешней и внутренней связи машина оснащалась полным комплектом оборудования, что подчеркивало ее роль как полноценной боевой единицы, способной действовать в рамках единого тактического замысла. Внешнюю связь обеспечивала радиостанция 10-РТ-12. Для координации действий внутри машины, в условиях шума двигателя и боя, экипаж использовал танковое переговорное устройство ТПУ-47 — систему внутренней связи, позволявшую членам экипажа общаться между собой и выходить на внешнюю связь через радиостанцию. Наличие такого комплексного оборудования на столь малой САУ свидетельствует о том, что она рассматривалась не как изолированное огневое средство, а как интегрированный элемент в системе управления и связи десантного подразделения. Кроме того, машина была полностью приспособлена для десантирования как посадочным способом с помощью планера Як-14, так и парашютным — на специальной платформе, отдельно от экипажа.
Электрооборудование
Система электрооборудования самоходной установки была выполнена по однопроводной схеме, стандартной для советской бронетехники того времени. Напряжение бортовой сети составляло 12 В, а источниками тока в ней служили генератор ГТ-1500 и две аккумуляторные батареи марки ЗСТЭ-100. Для десантной группы, действующей в тылу врага, крайне важно было сохранять возможность вести радиосвязь даже при выключенном двигателе (например, находясь в засаде или на наблюдательном пункте), для чего и нужен был второй аккумулятор - он обеспечивал необходимый резерв энергии, позволяя длительное время питать радиостанцию, не рискуя при этом разрядить основной источник, необходимый для запуска двигателя и быстрой смены позиции.
Заключение
История опытной авиадесантной самоходной установки К-73 — это история одного из самых новаторских и многообещающих проектов в советском бронетанковом строении послевоенного периода. Эта машина стала воплощением передовой инженерной мысли, направленной на создание узкоспециализированного, но высокоэффективного инструмента для нового вида войны. В ее конструкции гармонично сочетались мощное для своего класса вооружение, превосходная подвижность, уникальная амфибийность и выдающийся прагматизм в использовании серийных автомобильных агрегатов. К-73 была не просто самоходным орудием; она была целостной боевой системой, идеально приспособленной для нужд воздушно-десантных войск, действующих в глубоком отрыве от своих баз на пересеченной местности Европы.
Ее судьба наглядно демонстрирует, что в сложном мире военных разработок и промышленного производства техническое совершенство не всегда является гарантией успеха. Проект, блестяще проявивший себя на испытаниях, принесли в жертву административных решений и советской бюрократии. И нет бы принять ее на вооружение и дать десанту тактическое и боевое преимущество, К-73 оставили в истории как один из самых интересных прототипов, так и не пошедших в серию. К-73 навсегда останется забытой главой в истории ВДВ и ярким примером того, какой могла бы быть советская десантируемая бронетехника.
С вами был Историк-любитель, подписывайтесь на канал, ставьте «лайки» публикациям, впереди ещё много интересного!
Подписывайтесь также на Телеграм-канал - в нём можно узнавать о выходе новых публикаций.