К субботе Андрейка окончательно пришёл в себя и был готов идти на пустырь, чтобы запустить воздушных змеев.
- Пап, а мама не звонила? – тихо спросил он.
Предыдущая глава:
https://dzen.ru/a/aNloIEorFByIDdmE
- Нет, сынок, не звонила. Наверное, у неё много работы и другие дела.
- У мамы всегда какие-то дела, - нахмурился мальчик. – Пап, вот у тебя ведь тоже есть дела, но ты со мной много времени проводишь. Почему мама так не может?
- Я не знаю, сынок. Может, у неё дел больше, чем у меня…
- Пап, а вдруг я ей больше не нужен?
- С чего ты взял, Андрюша? – встрепенулся отец. – Нет-нет, даже не думай! Мама любит тебя, я это точно знаю.
- И я её люблю. И тебя люблю, папочка! – мальчик протянул к отцу руки и тот легко подхватил его.
- Я тоже тебя очень люблю, сынок.
Телефон молчал. Павел несколько раз порывался позвонить Любе, чтобы сообщить, что сын здоров, но каждый раз останавливался. Ему не хотелось нового витка конфликта, а её вечно холодный, деловой тон в телефонном разговоре ничего другого не предвещал.
За окном стояла чудесная апрельская погода, Павел с сыном порезвились от души, запуская змеев. Домой они пришли счастливые, немного уставшие и сразу сели обедать. Около двух часов дня в дверь позвонили. Павел, удивлённый, открыл. На пороге стояла Люба. Она выглядела так, словно пришла ругаться.
– Я за Андреем, – коротко сказала она, заглядывая через плечо Павла в квартиру. – Где он?
– Мама! Привет! – обрадовался Андрейка, подбегая к двери.
– Привет, сынок! Собирай вещи, поехали домой, – сказала Люба, не удостоив сына улыбкой.
– Люба, заходи, давай поговорим, – осторожно предложил Павел. – Андрей, иди, собери игрушки, которые хотел взять.
- Я только конструктор возьму, - ответил мальчик и остался стоять на месте.
- Ну же, сынок, иди, - повторил Павел. – И дверь в комнату закрой…
Андрюша, почувствовав напряжённость, послушно убежал в комнату. Люба, помявшись секунду на пороге, шагнула в прихожую.
– О чём нам говорить, Потапов? – скрестила она руки на груди. – Ты выполнил свою функцию – посидел с сыном, когда мне было нужно. Теперь я заберу его.
– Функцию? – Павел не смог сдержаться. – Это наш общий сын, Люба, а не поручение с работы! И… я не сижу с ним, если ты не заметила. Андрюша со мной ЖИВЁТ, причём уже достаточно длительное время! Ты надолго собираешься его забрать?
- Ты чего так всполошился, Потапов? Я забираю Андрюшу на выходные, аврал на работе у меня продолжается. Точнее, он в самом разгаре. Когда аврал закончится – посмотрим, думаю, я заберу у тебя Андрюшу насовсем.
- Нет, ты не можешь так поступить! – вспыхнул Павел.
- Это почему ещё? По решению суда местожительством Андрюши является моя собственная квартира, а не вот эта съёмная берлога! Так что только попробуй мне препятствовать!
- Я люблю своего сына, я переживаю за него, - тихо пробормотал Павел, не найдя других весомых аргументов.
– И я его люблю! – Люба стала переходить на повышенный тон. – И именно поэтому я пашу как лошадь на этой работе, чтобы обеспечить ему достойное будущее! А ты что можешь ему дать? С таким папашей, как ты, Андрюша может лишиться всех перспектив.
Павел глубоко вздохнул, стараясь сдержать гнев. Ссора сейчас была ни к чему, к тому же Андрейка наверняка всё слышал, находясь в комнате.
– Я не хочу ссориться. Я хочу понять. Что происходит, Люба? Ты стала какой-то отстранённой. Раньше ты хотя бы интересовалась, как он провёл день, что его волнует. Сейчас ты даже не позвонила, чтобы справиться о его здоровье.
Люба отвернулась, её взгляд скользнул по скромной обстановке съёмной квартиры.
– Ты ничего не понимаешь, Паша. Ты живёшь в своём уютном мирке иллюзий. А мир жёсткий. Чтобы в нём чего-то добиться, нужно быть жёстче. Я добиваюсь. У меня сейчас уникальный шанс сделать карьеру.
– Ясно. Теперь у тебя карьера на первом месте! Раньше был на первом месте богатенький муженёк Аркаша, а теперь – карьера! А Андрюша? Он когда-нибудь будет для тебя на первом месте? – прошипел Павел.
– Не смей меня судить! Я хочу для сына всё самое лучшее! – её голос звучал неубедительно.
- По-моему, ты хочешь всё самое лучшее для себя, а не для сына! – Павел продолжал говорить тихо, чтобы Андрюша не слышал. – Не сомневаюсь, что ты опять легко откажешься от родного сына, если тебе подвернётся богатенький ухажёр.
Люба стиснула зубы, ей хотелось наброситься на бывшего мужа с кулаками, но потасовка явно не была ей на руку.
– Моя личная жизнь – это не твоё дело, - рявкнула она. – Ты-то себе ещё бабу не нашёл? Или такой нищий неудачник, как ты, никому не нужен? Это только я по молодости была настоящей дурехой, что согласилась выйти за тебя. Если бы у меня на тот момент был жизненный опыт, я бы сразу разглядела, что ты ничего в жизни не добьёшься!
- Когда ты выходила за меня, ты была другой: деньги в те времена для тебя ничего не значили… Мне очень жаль, что нет больше той Любы, которую я так любил… - Павел отвёл взгляд в сторону.
- Всё, довольно лирики! Андрюша, ты готов? – крикнула она.
Мальчик вышел из комнаты с рюкзаком.
– Пап, я поехал, – он обнял отца. – Ты за мной завтра приедешь?
– Да, сынок… Во сколько его забрать? – обратился Павел к Любе.
- Не раньше семи вечера, я должна успеть накормить сына вкусным ужином. Представляю, какой баландой ты его кормишь!
- Андрюша не жалуется на мою стряпню…
- А толку жаловаться? Можно подумать, ты станешь готовить лучше, если он пожалуется…
- Мама, папа, опять вы ругаетесь! – в глазах мальчика вспыхнули слёзы.
- Ну, всё, идите, - Павел помахал рукой сыну.
- Пока, папа! – помахал в ответ Андрюша.
- До завтра, сынок…
Когда дверь закрылась, Павел почувствовал пустоту не только в квартире, но и внутри себя. Разговор с Любой лишь подтвердил его худшие опасения. Она становилась всё более циничной и надменной, зациклившись на карьере и деньгах, а их сын становился разменной монетой в её непонятной игре.
- Мам, между прочим, папа не так уж плохо готовит, - сказал Андрей, когда они шли к лифту.
- Ясно! По-твоему, я готовлю хуже твоего отца? – фыркнула Люба.
- Мамочка, не обижайся, но ведь ты сама не готовишь, ты только заказываешь всё готовое. Вот в прошлый раз ты заказала пиццу, а мне от неё плохо было.
- В этот раз я буду готовить сама, - пообещала сыну Люба.
Павел подошёл к окну и через несколько минут увидел, как Люба и Андрейка выходят из подъезда. Она шла быстро, не оглядываясь, а он почти бежал рядом, стараясь удержать её за руку. Сердце Павла сжалось.
«Нет, так нельзя», – твёрдо подумал он. – «Я не могу позволить, чтобы мой сын рос в такой атмосфере».
Он взял телефон и набрал номер начальника. Тот ответил не сразу.
– Валерий Васильевич, здравствуйте. Это Потапов. Простите, что беспокою вас в нерабочее время. Мне нужно обсудить один важный вопрос.
Павел договорился, что начальник примет его в понедельник. План, который начал вызревать в его голове по дороге в посёлок, теперь оформился в чёткое решение: он будет просить о переводе на удалённую работу. Полностью. На свой страх и риск. Если получится – у него появится шанс забрать Андрейку и уехать к матери, в тишину и покой, где сын будет чувствовать себя любимым и защищённым. Если нет… Он даже боялся думать, что будет, если нет.
«С Любой я договорюсь, - почему-то не сомневался Павел. – Да, конечно, она будет скандалить и орать, что никогда-никогда не позволит увезти сына в «эту ужасную глушь», но в конце концов Люба согласится. Чем больше я смотрю на неё, на её отношение к Андрею, тем больше убеждаюсь, что он для неё – обуза. Люба откровенно ломает комедию, пытаясь строить из себя любящую и заботливую мать. Нет, у неё сейчас явно другие планы на жизнь и Андрюша в эти планы никак не вписывается».
Павел позвонил матери. Нина Николаевна сообщила, что чувствует себя гораздо лучше и врачи говорят о выписке через пару дней.
– Прекрасные новости, мам! – обрадовался Павел.
- Как Андрюша, сынок?
- Его Люба забрала. До завтрашнего вечера, - уныло ответил он.
- Но ничего, не расстраивайся, должен же Андрюша с матерью побыть.
- Да, я понимаю, мам…
Павел положил трубку и снова посмотрел на залитый вечерними огнями город. Москва больше не казалась ему городом безграничных возможностей. Она была огромной, бездушной машиной, которая перемалывала судьбы.
В воскресенье с утра Павел бегал по продуктовым магазинам, закупая продукты, чтобы к приезду сына холодильник не пустовал. Ровно в семь вечера он стоял у двери Любиной квартиры.
Дверь открыла Люба. В квартире пахло вкусно: чем-то жареным и ягодным – видимо, Люба всё-таки исполнила своё обещание и готовила сама. Андрейка выбежал в прихожую с сияющими глазами.
- Пап! Мама ужин приготовила! Котлетки с картофельным пюре! И компот из сухофруктов!
- Это замечательно, сынок, – Павел потрепал его по волосам.
- Пойдём кушать! – Андрей за руку потянул отца на кухню.
- Я не собираюсь тебя кормить! – Люба встала в дверях кухни, скрестив руки на груди.
- Мама, пожалуйста, давайте поужинаем все вместе, - Андрюша стал тереть глаза.
- Нет-нет, сынок, я уже поужинал дома. Наелся до отвала, - улыбнулся Павел, стараясь не доводить дело до очередного конфликта с Любой. – Давай, кушай и собирайся. Я буду ждать тебя на улице.
Павел провёл на улице почти сорок минут, пока город не погрузился в густые синие сумерки, а окна в домах напротив не зажглись жёлтыми квадратами чужого уюта. Наконец, из подъезда выбежал Андрейка с рюкзаком за спиной.
- Папа, зря ты не стал с нами ужинать! Мама вкусно приготовила!
- Придётся мне пойти на кулинарные курсы, чтобы готовить не хуже, чем мама, - весело подмигнул сыну Павел.
- Пап, ты лучше у бабушки поучись готовить, она готовит вкуснее всех!
- Хорошо, буду учиться у бабушки, - не переставал улыбаться Павел, он был в прекрасном расположении духа.