Не дожидаясь, пока девушка опомнится, он приблизился и протянул руку:
- Меня зовут Дани. При желании можно сократить до Дан, но все же предпочитаю первую форму.
- Дани от Данил? Или что-то в этом роде? – пискнула Мира, не отрывая взгляда от лица незнакомца и по совершенно необъяснимым причинам игнорируя раскрытую в ее сторону ладонь.
Почему-то столь невинный жест выражения благих намерений, понятный всем разумным существам на планете, не внушал ей доверия. Она нутром чувствовала скрытый подвох, да и царящая вокруг чертовщина подсыпала в ее «котелок» сомнений соли и перца.
- Нет, просто Дани, - спокойно повторил мужчина и добавил. – И давай говорить напрямую. Нам некогда расшаркиваться и соблюдать какие-то правила ведения светской беседы. Поэтому еще раз привет, я – твой новый босс.
Если бы он вдруг заявил, что явился прямиком из ада за ее не совсем уж невинной душой, Мира не удивилась бы больше, чем услышанному. Боясь выглядеть уж совсем глупо, она постаралась сдержать эмоции, но судя по насмешливо блеснувшим глазам мужчины, попытка с треском провалилась. С раннего детства в семье говорили, что она совершенно не умеет притворяться и на ее лице ярко мигающей бегущей строкой написаны истинные мысли и чувства.
- Тот самый, что сегодня куда-то срочно уехал? А потом появился совершенно необъяснимым образом в этой… забегаловке… - она обвела рукой помещение.
- Это не забегаловка, а весьма популярный бар, - возмутился Тим, маячащий за стойкой. – Местечко не центровое, но зато отбоя от клиентов нет.
- И неудивительно, - парировала Мира, начиная закипать ото всей абсурдности ситуации. – На этой окраине людям просто больше делать нечего, как пить!
Предупреждающий жест Дани остановил уже готового «броситься в бой» бармена, и он обиженно засопел на своем месте, нарочито громко стуча бокалами и бутылками с горячительным.
- Ты зря обидела Тимофея. Он парень дельный и очень-очень нужный, хотя это ты поймешь потом. Иногда тебе не мешало бы сдерживать свой норов и понапрасну не срываться на людей.
Краска мгновенно прилила к лицу, а в голове зашумело. Мира и без того глупо чувствовала себя практически с той самой минуты, как села в машину к Платону, попадая из одной нелепой ситуации в другую. А теперь ее еще и поучает совершенно незнакомый человек, чувствующий себя явно в полном праве так поступать. Он начальник, она подчиненная. Спускать такое Мира никому не собиралась! Но Дани, казалось, вовсе не заметил ее боевого настроя. Немного вальяжно он подошел к стулу и опустился на него, снисходительно продолжив:
- Впрочем, ты была такой с самого детства. Непокорной, любопытной и вздорной. Возможно, ты удивлена, но я знаю тебя довольно давно. Мне пришлось… в некотором роде присматривать за тобой.
Дани ожидал смятения и растерянности, но вместо этого натолкнулся на холодный и совершенно непроницаемый взгляд.
- Нянька что ли? Забавная работенка! – фыркнула Мира с хорошо читаемой ноткой презрения, отчего лицо мужчины перекосило, будто он разом засунул в рот несколько лимонов.
Смотря на стекающую с ухоженного лица ухмылку, Мира неожиданно почувствовала себя совершенно спокойно. Пропали ее нервозность, неуверенность и растерянность, вызванные переездом, новым шумным городом, странными снами и неожиданно пробудившимися воспоминаниями. Она снова стала собой. Словно вернулась в точку, от которой в силу необъяснимых обстоятельство отклонилась. Ненадолго сбилась с маршрута, чтобы опять вернуться на него. И благодарить за это нужно было именно Дани! Если уж быть честной, поведение потенциального начальника дало ей в разы больше, чем реально произнесенные им слова.
В первую очередь он был мужчиной. И при этом он подсмеивался, подтрунивал и позволял себе снисходительный тон, демонстрируя тем самым… полное равнодушие к ее чарам. Второй мужчина в ее жизни, никак не отреагировавший на ту особенную, излучаемую ее телом волну, которая безоговорочно подчиняла себе всех представителей сильного пола, стоило Мире захотеть. Дани попросту не заметил этого! Как и Платон! А это значило только одно – они не просто начальник и водитель. Они другие. И в чем именно их отличия только предстояло узнать. А то, что такой случай уже вскоре представится, девушка даже не сомневалась.
А еще, наконец, слетела дымка, до этого момента успешно маскируя настоящие причины ее переезда. С самого первого собеседования Миру мучила какая-то недосказанность. Она витала в воздухе, маяча перед глазами неким призрачным видением, но не принимая четкие формы. Теперь же все встало на свои места! Ее наниматель сделал все, чтобы она оказалась в этом городе в это самое время. И талант иллюстратора здесь вовсе не причем. Вряд ли ему вообще нужен иллюстратор в компанию… Ее попросту заманили, как глупую, наивную девчонку. Вот только зачем?
Как ни странно, но появившиеся вопросы не вызвали вполне закономерного страха. Скорее, наоборот! Мира с каким-то восторгом приняла вызов и в данную секунду чувствовала себя гораздо лучше, чем за последние 2 дня. Она сверлила взглядом Дани, откровенно наслаждаясь его растерянностью, а по венам растекалось нечто обжигающее и совершенно незнакомое, но оттого не менее волнующее и прекрасное. Что-то изменилось… Нет, не здесь. Не в эту секунду. Но… обратного пути, куда бы ни вела новая дорога, уже нет.
- Тебе ведь не нужен иллюстратор? – почему-то перешла на «ты» Мира, с удовольствием отметив, как он вздрогнул от вопроса.
В светлых глазах сверкнула сталь, и Дани окинул расслабившуюся девичью фигурку циничным, оценивающим взглядом. Меченая способна удивлять! Внутри невольно зародился интерес, которого волхв не испытывал с самого момента своей инициации. Дани не был молод по человеческим меркам. Возраст волхвов исчисляется иными категориями, если они выбирают для себя волшбу. И он прожил уже несколько жизней с точки зрения обычного человека. Он знал, какое влияние способен оказывать на женщин, и зачастую беззастенчиво пользовался своим обаянием. Для удовольствия. Самоутверждения. А порой и с более приземленными целями – добиться прочного положения в клане и безграничной власти, которую ему обеспечил бы статус главы Котерии. Он слишком много сделал для этого. И вот теперь, когда, по сути, остался всего лишь один маленький рывок, между ним и его мечтой встала эта девчонка, презрительно назвавшая его нянькой. Внутри Дани все бурлило от возмущения, но он отлично владел эмоциями, а вот девочка не особо. Потому он отчетливо видел, как вокруг нее разливается алое зарево. Возникшее где-то на уровне груди, оно двумя мощными потоками ливануло за спину, усиливаясь и уплотняясь, пока почти полностью не обхватило неожиданно расслабившееся тело.
Подобной волшбой ворожеи не обладали! Никто не обладал… Все внутри Дани ощущало чужую, дикую и необузданную силу, которая едва показала себя. Мелькнула и тут же погасла, оставив после себя горькое послевкусие, о котором невозможно забыть. Он не мог оторвать взгляда от нахально улыбающегося лица меченой, на которое зарево отбрасывала кровавые блики, и по телу мужчины пробежала волна дрожи. Главе клана не пристало бояться, но он впервые ощутил липкий животный страх перед человеческим существом! Дани так тщательно планировал их встречу. Превзошел самого себя, искусно расставляя силки в надежде переиграть Клару, но сейчас им владел лишь… безотчетный ужас перед девчонкой, которая даже не осознавала своей истинной силы. И истинного предназначения…
******
Обитель Безгласных оставалась самым закрытым и защищенным местом в Котерии. Она была сокрыта не только от людских глаз, но и от обычных представителей клана, которые тысячелетиями не подозревали о тех, кто живет с ними практически бок о бок. Добраться сюда лишь с помощью волшбы не представлялось возможным, уж слишком укрытым от любого вмешательства извне было место. Поэтому Марии пришлось сменить столь любимый ею деловой костюм на спортивный, а туфли на удобные кроссовки. Ее миссия не терпела отлагательств, и ворожея не собиралась разочаровывать архонтиссу.
- Пойдешь отсюда, - заявила та и медленно подула на ладонь, с которой сорвался вихрь серебристой пыли.
Ни на секунду не сомневаясь в том, что ее распоряжения будут выполнены, Клара махнула другой рукой в сторону небольшого диванчика, на котором возник уютный костюм из футера и спортивная сумка, уже собранная в дорогу. Мария молча направилась переодеваться, все же косясь одним глазом на творящуюся архонтиссой волшбу.
Мельчайшие частицы завертелись в воздухе, складываясь в плоское изображение тоннеля. Оно зависло сплошным полотном, растянувшись от пола и до потолка и слегка покачиваясь на невидимых креплениях. Клара подошла поближе и, приложив обе ладони к переливающейся серебряным блеском картинке, зашептала заклятье, известное всего лишь 2-3 входящим в Котерию существам. Изображение дрогнуло. По нему пошла густая рябь, словно от брошенного в водоем камня, а потом от самого центра, куда возложила руки архонтисса, побежали круги, каждый из которых делал изображение все четче и четче. Последний с хрустальным звоном ударился о границы тоннеля и перед Марией открылся проход. Несмотря на охватившее девушку волнение, она не смогла не заметить, что пальцы архонтиссы слегка подрагивали, а на ухоженной гладкой коже появилось несколько морщинок, которых никогда раньше не было. Это открытие поразило Марию – архонтисса слыла самой искусной в волшбе не только среди ворожей, но и представителей других кланов. Ее уважали и боялись, преклонялись и восхищались. Но открытие тоннеля потребовало от нее слишком много сил. Значительно больше, чем она могла позволить себе потратить. А это значило лишь одно – великая и пока бессменная глава Котерии уступала Безгласным в силе и способностях.
- Пройдешь его до конца, - наставляла Клара, стараясь вернуть голосу прежнюю твердость. – Там будет ждать автомобиль. Внутри ключи, в навигатор забит маршрут. Тебе останется только следовать ему. Дорога займет около суток. Нигде не останавливайся и не отклоняйся – время не ждет. Я с каждой минутой все сильнее чувствую, как что-то сгущается над нашими головами. И неровен час разразится до того, как мы успеем понять суть угрозы. Как убрать усталость, ты знаешь. Используй любые способы, я не воспрещаю тебе идти даже на самые крайние меры.
Мария послушно кивнула. Распоряжения были просты, но слишком радикальны для архонтиссы. Обычно она предпочитала действовать более изящно и тонко, а здесь требовала идти напролом. И от этого беспокойство только усиливалось.
- Иди, моя девочка, - вдруг смягчилась женщина. – Макошь не оставит тебя.
Мария шагнула в тоннель, всей кожей чувствуя, как отсекся от нее тот кусок пространства, где только недавно стояла архонтисса. Внутри было достаточно светло и сухо. Воздух не имел запаха и вкуса, что вполне закономерно для созданных с помощью волшбы коридоров. Идти было легко и физическое напряжение постепенно отступило, чего нельзя сказать о беспокойных мыслях. Они то и дело возвращались к крупицам знаний о природе и причинах появления Безгласных, от которых мороз бежал по коже.
Тем более Мария однажды видела того, кому боги отвели удел войти в обитель Безгласных. И это зрелище до сих пор заставляло ее содрогаться от ужаса.
Для желающих поддержать канал и автора:
Номер карты Сбербанка: 2202 2081 3797 2650
Друзья мои, комментарии по-прежнему приветствуются! А вот попытки стырить произведение нет! Авторское право охраняется на законодательном уровне.