Вечер продолжался своим чередом. Бар был погружён в полумрак, янтарный свет лампы расплывался на стойке. Запах виски и лимона смешивался с морским воздухом. Бармен наклонился ближе, его белая рубашка чуть отсвечивала в темноте, глаза блестели недоверчиво-добродушной хитрецой.
***
Такси остановилось у входа в отель «Магнолия». Из него вышел мужчина лет сорока пяти, в хорошем дорожном костюме. Соломенная панама, трость с костяным набалдашником в виде собачьей головы, ухоженная бородка-эспаньолка. На правом мизинце – перстень, неброский, но дорогой. Весь его облик напоминал о выцветшей элегантности двадцатого века.
Он решительно вошёл в холл. Администраторша улыбнулась:
– Добро пожаловать в наш отель! Для вас зарезервирован номер-люкс, с видом на море.
Мужчина кивнул. На стойку он положил книгу, вынул из нагрудного кармана «Паркер», размашисто расписался на титульном листе:
– Это вам для Книги почётных посетителей.
Подвинул книгу к появившемуся из глубин апартаментов седому, солидному пожилому человеку, явно хозяину отеля и направился к себе в номер.
Тот взял книгу, прочитал надпись, усмехнулся:
– К нам пожаловал живой классик!
– Толку-то, – скептически подняла бровь администратор, – заплатил всего за две недели, правда, номер-люкс…
– Ты памятную надпись читала? – спросил хозяин. – Автор благодарит администрацию отеля “Магнолия” за оказанное гостеприимство. Дата и подпись.
Так что, надо, чтоб он остался доволен отдыхом и заряжен позитивом! Поняла?
– Чего ж тут непонятного, – вздохнула женщина.
– Ну тогда постараемся сделать его отдых незабываемым. Он, я слыхал, недавно выпустил новую книгу, получил гонорар, и теперь отправился отдохнуть, а заодно и поискать сюжетец для нового романа. Ну что ж, приятного отдыха, господин писатель!
***
Первую неделю ничего интересного не происходило. Писатель вёл тихий, здоровый образ жизни, не стремился к новым знакомствам и вообще, к обществу. Рано утром уходил на пляж – купался, плавал, нырял. Днём закрывался у себя – то ли отдыхал, то ли работал. Вечером обычно приходил на открытую веранду бара, заказывал бокал хорошего виски, иногда ещё один. Охотно мог поддержать недолгую беседу – о погоде, море, последних новостях. Решительно уходил от разговоров о политике, писательской тусовке, жизни всяких звёзд и прочем гламуре. Флиртовал с молодыми девушками-постоялицами, угощал их ликёром, красиво танцевал, но никогда не позволял себе ничего лишнего, хотя многие девушки были не против более тесного знакомства.
В один из вечеров он, как обычно, сидел в одиночестве за столиком, допивая свой ежедневный виски.
Бармен подошёл к его столику.
– Вам больше ничего не нужно? Я бы хотел отлучиться на несколько минут. Приезжают наши постоянные клиенты, которые останавливаются у нас каждый год, и я желаю лично засвидетельствовать им своё почтение. Мы очень их ждём, без них дела не будет, – как-то странно произнёс он.
– Да, принесите, будьте добры, ещё скотча со льдом! –
Бармен, кивнул и ушёл выполнять заказ. Принёс виски, и тут же послышался шум подъезжающего автомобиля.
Ничего особенного вновь прибывшие из себя не представляли – обычный крепкий средний класс, не богема, не олигархи. Разве что внешность… Женщина являла собой классическую “серую мышь”, причём даже не стремящуюся выглядеть лучше, ярче, элегантнее. Стёртые черты лица, платье-балахон, не скрывающее довольно-таки обвисшую грудь, выцветшие брови и ресницы, грубоватая, мужская походка. Спутник же её, напротив, был элегантен, и по-мужски красив.
Но при этом, “догоняющим” в этой паре явно был именно он, красавец-мужчина. На первый взгляд эта пара выглядела как классический альянс “богатая леди-страшилка – красавец-альфонс”, но было в них какое-то противоречие этой версии.
Писатель наблюдал за ними, щурясь. «Вот оно. Сюжет. Тайна. Разгадка будет моей находкой».
Новые постояльцы оформили номер, отказались от ужина, и направились в свои апартаменты.
– Сегодня мы отдыхаем, очень устали, все дела завтра, а сейчас прошу нас не беспокоить! – обратился к администратору мужчина.
Вечер продолжался своим чередом. Бар был погружён в полумрак, янтарный свет лампы расплывался на стойке. Запах виски и лимона смешивался с морским воздухом. Бармен наклонился ближе, его белая рубашка чуть отсвечивала в темноте, глаза блестели недоверчиво-добродушной хитрецой.
– Он при смерти был, после аварии его по кускам собирали, – произнёс тихо. – все так и решили уже – не жилец. А она выходила. С того света вернула.
– Вы о чём? – писатель безуспешно пытался сделать незаинтересованный вид.
– Всё о том же, – усмехнулся бармен, – вас ведь жутко заинтересовала эта пара! Вы же писатель, инженер, так сказать, человеческих душ! Вам же чертовски любопытно, что их держит вместе, таких разных. Вот вы и пытаетесь понять, что тут происходит. И, возможно, сюжетец какой-никакой выцепить! Тут я вам и рассказал подоплёку, так сказать, а вы уж думайте!
Писатель сжал стакан, лёд звякнул. «Из благодарности страсти не рождаются. Что-то тут не так». Он раздражённо покачал головой:
”Ну, мало ли что мог наговорить старый трепач-байковщик, это у них профессиональное!”
Но… какое-то зерно сомнения всё же запало в душу. “Интересно, он каждый раз повторяет эту байку, когда приезжают эти постоянные клиенты, или только сейчас придумал? Хм… А что, если…”
Он поднял руку, требуя тишины.
– Дамы и господа! Я хочу предложить вам одну интересную игру. Как вы знаете, писатель, и мне необходимы сюжеты для новых книг. Итак, я рассказываю вам историю моих героев, а вы должны будете придумать им историю: что их связывает, почему они вместе. Потом я выберу лучшую историю, и, может быть, она ляжет в основу моей новой книги. Все участники получают выпивку за мой счёт, а победитель – мою книгу с автографом и своё имя как автора идеи на обложке новой книги!
Постояльцы, бывшие в баре одобрительно зашумели, и писатель продолжил.
– Итак, моя идея получила одобрение. Тогда – вот вам наши герои. Он и она – неразлучная пара. Он – красавец, джентльмен, сердцеед. Она – простая серая мышка, некрасива и не желает приложить какие-нибудь усилия, чтобы выглядеть достойно рядом с ним. Но при этом в их тандеме “догоняющий” именно он, она как бы милостиво позволяет себя любить. Итак, что связывает эту пару? Позвольте считать историю, рассказанную нашим уважаемым барменом, как первую в этом конкурсе?
За соседним столиком пиво выплеснулось через край бокала, который слишком резко подвинули по столу… Румяный, тучный мужчина с шумным смехом повернулся к писателю:
– Ну конечно, по кускам его собирали! На самом деле в казино всё проиграл! Всю ночь ему пёрло, фишки грёб. Ну и как обычно бывает, куш сорвать захотел, поставил всё не на ту цифру. А она сняла фамильные драгоценности и отдала за него! Вот это любовь, а?
Пена блестела в его усах, глаза сияли.
Писатель морщился. “Слишком шумно, слишком театрально. Как будто анекдот рассказали.“
К его столику присела женщина с бокалом красного. Улыбнулась сквозь полуприкрытые веки:
– Ну, конечно – болел, проигрался, благородные отмазки для общества. Он сидел. Долго. Всё просто, какие-то махинации с недвижимостью, подлоги. Все отвернулись – жена, взрослые дети, друзья. А она ждала. Не просто ждала, нанимала каких-то супер-адвокатов, скостила ему срок, встретила у ворот тюрьмы. Верность – вот секрет.
Её голос был шелковый, но с иглой. Писатель почувствовал, что она наслаждается своей версией.
«Слишком гладко, слишком готово для бумаги. И всё же… я верю, что драма есть. Но не та».
Высокий сухой старик говорил медленно, тянул каждое слово. Откуда он появился, как оказался рядом, писатель так и не понял :
– Богатая невеста у него была. Свадьба века. Сняли роскошный замок под торжество, гости должны были приехать – кинозвёзды, политики, принц какой-то. А он отказался. Ради неё, сироты-официантки, которую просто любил. Вот и весь секрет.
Он говорил медленно, веско, и его паузы были тяжёлыми, глухими, как удары молота. Писатель слушал, но внутри уже возмущался. «И снова идеально в тему. Слишком литературно. Жизнь так не складывается. Или я просто не хочу верить?»
Юноша с ярким коктейлем в руке был громок и развязен, подошёл к нему почти вплотную, перегораживая выход из-за стола, фыркнул и ткнул писателя локтем в бок:
– Не слушайте всякий бред! Тут всё просто, как ясный день: она держит его за горло! Фотки, бумаги, флешки – кто их знает. Какие-то серьёзные вещи, вот он и пляшет! Это называется шантаж!
Юноша захохотал и втянул через трубочку пёструю смесь из своего бокала.
Писатель молчал, хотя внутри кипел от злости: «Всё. Хватит. Вот уже юнцы учат меня видеть очевидное. Но что очевидно? Похоже, что все это понимают, кроме меня. А я ничего не знаю. Ничего!»
Больше желающих высказаться не было. Писателя раздирала досада и злость: байки, преподнесённые ему, пытались выдать за чудо новизны, а на деле были глупые, надуманные, сюжеты затасканные А что он хотел от провинциалов, людей, далёких от искусства, которые и “Графа Монте-Кристо”, поди, не читали!
Он повернулся спиной ко всему этому балагану и отправился к себе.
Наверное, нужно съезжать отсюда – хватит искать сюжеты там, где их не может быть по определению!
Что он вообще себе вообразил? Ну, подумаешь, мезальянс, мало ли что в жизни бывает? Сам настроил каких-то дурацких баек у себя в голове, а потом вообразил себя Демиургом, кукловодом, творцом реальности! И над кем себя поставил, возвеличил? Над какой-то провинциальной раёшной публикой! Тьфу!
Он стал не спеша собирать чемодан, потом решил, что надо вызвать такси заранее, вечером в выходной немного найдётся охотников ехать за город.
Ну вот, так и есть! Свободная машина будет через час! Он заказал в номер бутылку виски – в бар идти не хотелось, пусть они сами там тусуются!
Он выпил полный стакан виски, пожалел, что сразу не заказал лёд. Теперь уже поздно, придётся пить как есть.
Через сорок минут приехала машина, и он стал спускаться к выходу. Решил пройти по чёрной лестнице, номер оплачен до конца недели, Он оставил записку и ключи на столе, добавил несколько банкнот – чаевые для горничной.
Пробираясь по тёмной лестнице, он увидел, что дверь служебного помещения приоткрыта и из-под неё пробивается свет. Он остановился. Слышался смех и знакомые голоса. Любопытство пересилило, и он открыл дверь пошире.
Внутри – гримёрка. На столе листы сценария: «Сцена 3. Бар», «Писатель реагирует». Камера на штативе, другая за решёткой вентиляции. Кабели свёрнуты в компактные бухты, их легко спрятать под плинтус.
«Серая мышь» стирала грим, и в зеркале отражалась яркая, красивая женщина. Её «Аполлон» сидел в майке, пил кофе из большой кружки. Бармен листал сценарий:
– Болезнь – сработала. Казино – тоже. Публика поверит!
Юнец хохотал:
– «Из благодарности страсти не рождаются!» – он передразнил его собственный голос так, что писатель вздрогнул. По гримёрке прокатился общий смех.
Из дальнего угла вышёл хозяин – уже в бейсболке с надписью Director*:
– Отлично! Камеры всё сняли. Его сомнения, его раздражение – живые, натуральные. Даже трость сыграла!
Они обернулись. Писатель стоял в дверях, побледнев.
– Это… всё? – хрипло спросил он.
Бармен усмехнулся:
– Всё съёмки, господин писатель, кино. А вы – его лучшая находка.
Режиссёр покачал головой:
– Никто не хотел вас обидеть. Но именно вы дали истории жизнь. Без вас – пустой текст. С вами – драма.
Писатель отступил назад, сжимая трость. Мир рушился. «Не кукловод… кукла. Марионетка».
Он сел в такси. Машина тронулась. В зеркале заднего вида мелькнула веранда. Пара, которая должна была дать ход сюжету, просто смеялась и целовалась. Над ними – фонарь с крошечной красной лампочкой камеры.
Машина скрылась за поворотом. А в монтажной уже раскладывали отснятый материал. На экране мелькнуло лицо писателя: недоверие, азарт, разочарование, унижение.
За кадром прозвучал голос:
– Рабочее название – «Марионетка». Как думаете?
(*) Director – здесь: режиссёр (англ.)
***
С приветом, ваш Ухум Бухеев
Дорогие друзья! Если вам понравился рассказ и есть такая возможность, поддержите, пожалуйста автора малым донатом по ссылке https://dzen.ru/id/5efdd5d6ff0a5d43f67029ff?donate=true
Или по кнопке под текстом. А то Дзен совсем жадный стал))