Когда Москва была усадебной и, если так можно выразиться, особняковой, дома ее в основном стояли обособленно, не соприкасаясь друг с другом. Но, как считается, при Петре Первом, которому возжелалось видеть русские города похожими на европейские, приступили к сплошной застройке, где фасады льнут один к другому «в один горизонт», «в одну стену».
Не буду говорить о Петербурге, но в Москве на набережных, на крупных магистралях, в том числе и Садовом кольце, это особенно заметно. Стройные ряды домов – как образец европейской фортификации, так что враг не протиснется.
Таков и дом №10 на Большой Садовой, зажатый с боков соседними постройками. А если войти под арку, то окажется, что выстроен он в форме каре с просторным внутренним двором. Но самое интересное то, что…
…Первоначально он не планировался как жилой
Я давно привык: все, что касается Булгакова – неоднозначно и непросто. В Москве исследователи и просто любители его книг называют не меньше восьми предположительных «домов Маргариты», а на Патриарших прудах насчитывается три лавочки, о каждой из которых утверждают, что именно на нее подсел Воланд к беседующим Берлиозу и Бездомному.
Непрост и дом под номером 10 на Большой Садовой улице, известный как дом №302-бис.
Дело в том, что этот участок в 1901 году приобрел под застройку купец и предприниматель Илья Давидович Пигит, владелец табачной фабрики «Дукат».
Он запланировал открыть здесь еще одно свое производство, но таковые запрещалось строить внутри Садового кольца. По другой версии, возмутились церковные власти, не желавшие, чтобы табачная фабрика открылась возле храма. По-видимому, имелись в виду храм Александра Невского, что располагается через два дома, и уничтоженный в 1930-х Ермолаевский, стоявший там, где сейчас пролегла аллея Архитектора Шехтеля.
(5 фото)
В итоге дом…
…В спешном порядке перепланировали под доходный
Его создатель и владелец поселился в бельэтаже с длинным балконом, смотрящим на улицу – тем самым, на котором теперь красуется витиеватая надпись «Булгаковский дом».
Авторами проекта пятиэтажного доходника в стиле модерн стали архитекторы Эдмунд Станиславович Юдицкий и Антонин Аристархович Милков. Именно Милков разработал облик фасада с пятью эркерами, узкими высокими окнами и выступающими козырьками подъездов, ажурным оформлением балконов и майоликой вдоль всего пятого этажа.
(9 фото)
Самыми дорогими и престижными сделались квартиры второго и третьего этажей того корпуса, что смотрит на Кольцо. Но, конечно, самой роскошной – жилище самого Ильи Давидовича Пигита. С лепниной в стиле барокко в гостиной, со столовой в модерне и неоклассическим парадным залом. Кабинет хозяина оклеили обоями под крокодилову кожу, а на потолке устроились лепные орел, фазан и утка, с виду как будто не гипсовые, а выточенные из дерева.
Не могу предположить, кому в лихие девяностые досталась эта квартира, но тот уникальный декор интерьеров, переживший и большевиков, и Великую Отечественную, показался новому хозяину лишним и был уничтожен.
Тогда же, во времена своего расцвета, доходный дом Пигита приносил владельцу 45 тысяч ежегодного дохода, а на его содержание – оплату работы дворников и сторожей, отопление, электричество, вывоз мусора и текущие ремонты – уходило не менее 10 тысяч в год.
(9 фото внутреннего двора)
Список жильцов необычного дома можно привести весьма длинный. Но думаю, достаточно будет назвать…
…Лишь несколько особенно известных имен
С конца 1900-х и по середину 1910-х годов одну из его квартир арендовал издатель художественного журнала «Золотое руно» Николай Павлович Рябушинский, про знаменитую виллу «Черный лебедь» которого я писал совсем недавно.
Рассказывают, квартира ему была нужна для времяпрепровождений вне семьи. В ней же он якобы предпринял неудачную попытку застрелиться – в связи с той самой историей, когда в один день расстались с жизнью Николай Журавлев, Ольга Грибова и Николай Тарасов.
Конечно же, никуда не деться от проживавшего в этом доме Михаила Афанасьевича Булгакова, которому здесь посвящены целых два музея в соседних подъездах, включая знаменитую «Нехорошую квартиру» №50, где и жил писатель со своей первой женой Татьяной Николаевной Лаппа, впоследствии на несколько месяцев переселившись в 34-ю.
(9 фото)
Вот уж честно, не знаю, хотел бы я жить в этом подъезде?
Помним, конечно, и о совсем небольшом Театре имени Булгакова в подвале дома. Впрочем, о нем не дадут забыть бронзовые Бегемот и Коровьев, установленные в 2011 году скульптором Александром Рукавишниковым.
(12 фото)
Еще можно упомянуть Сергея Владимировича Михалкова, Юрия Карловича Олешу, художника Петра Петровича Кончаловского с женой Ольгой Васильевной и дочерью Натальей Петровной. Кончаловского же здесь регулярно посещали писатель Алексей Николаевич Толстой, композитор Сергей Сергеевич Прокофьев, скульптор Сергей Тимофеевич Коненков, Валентин Петрович Катаев, художница-авангардистка Наталья Сергеевна Гончарова и многие другие члены «Бубнового валета».
(7 фото)
Жили здесь также революционер и крупный деятель большевистской партии Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич и даже Фанни Ефимовна Каплан, стрелявшая в Ленина на заводе Михельсона, что ныне зовется Московским электромеханическим заводом имени Владимира Ильича (он же ЗВИ).
Сам же Илья Пигит прожил в принадлежавшем ему доходнике до своей кончины в 1915-м. Но вплоть до 1938 года в нем продолжала жить его племянница Анна Савельевна Пигит, революционерка, репрессированная и расстрелянная на Бутовском полигоне своими же бывшими соратниками.
Дом национализировали в 1918-м. В нем устроили традиционные коммуналки, и вот что об одной из них – той самой, «нехорошей» – писала Татьяна Лаппа:
«Эта квартира не такая, как остальные, была. Это бывшее общежитие, и была коридорная система: комнаты направо и налево. По-моему, комнат семь было и кухня. Ванной, конечно, никакой не было, и черного хода тоже. Хорошая у нас комната была, светлая, два окна. От входа четвертая, предпоследняя, потому что в первой коммунист один жил, потом милиционер с женой, потом Дуся рядом с нами, у нее одно окно было, а потом уже мы, и после нас еще одна комната была. В основном в квартире рабочие жили. А на той стороне коридора, напротив, жила такая Горячева Аннушка. У нее был сын, и она все время его била, а он орал. И вообще там невообразимо что творилось»
Кстати, как раз упомянутая ею Анна Горячева и стала прообразом той самой Аннушки, что пролила подсолнечное масло на трамвайных путях на пересечении Малой Бронной и Ермолаевского переулка.
Сегодня те рельсы резервной линии, по которой составы шли в депо, закатаны под асфальт… Впрочем, это уже совсем другая история.
* * *
Большая и искренняя благодарность каждому, кто дочитал до конца. Буду очень рад вашим оценкам, репостам и комментариям. Они помогут другим читателям находить мои заметки.
И конечно, не пропустите новые истории, ведь продолжение следует!