Богиня-мать, пещеры и первые шаги из неолита
Пока в Египте и Шумере уже вовсю строили пирамиды и делили воду в каналах, на небольшом, но стратегически важном острове Крит, к югу от Греции, местные ребята ещё доскребали последние крохи неолита. Эти племена, которые мы сегодня зовём минойцами, облюбовали остров примерно за семь тысяч лет до нашей эры, и большую часть этого времени предпочитали не заморачиваться со строительством, а жить в готовых апартаментах — пещерах. Если вы бывали на Крите, то знаете, что это место просто создано для спелеологов и отшельников: сплошные горы, ущелья и гроты, куда можно спрятать и себя, и краденые сокровища. О ранней культуре этих людей известно до обидного мало, но, судя по тому, что археологи находят в этих пещерах целые залежи глиняных фигурок пухлых женщин, стискивающих в руках змей, можно предположить, что главным божеством у них была некая богиня-мать. Эта дама отвечала за всё сразу: за плодородие земли, за урожай, за жизнь и смерть, и, видимо, за все природные катаклизмы. А поскольку Крит находится в сейсмически активной зоне, землетрясения там — дело обыденное. Вероятно, древние критяне считали, что это их великая богиня просто недовольна обедом или, скажем так, испытывает некоторые проблемы с пищеварением.
Где-то в районе 3000 года до нашей эры эти протоминойцы, как их вежливо называют учёные, решили, что жить в пещерах, конечно, уютно, но пора двигаться дальше. Они начали строить первые деревни из того, что было под ногами: кирпича-сырца, глины и дерева. А свои старые пещерные квартиры они не забросили, а перепрофилировали в святилища. Видимо, решили, что богине так будет привычнее. Основным занятием стали три кита средиземноморской экономики: земледелие, скотоводство и рыболовство. Они выращивали так называемую «средиземноморскую триаду» — пшеницу, ячмень и овёс, а также потихоньку осваивали виноград и оливки, без которых жизнь в этом регионе и по сей день кажется пресной.
Самое интересное, что эти ребята не были ни семитами, как жители Ханаана, ни индоевропейцами, как будущие греки. Они были каким-то отдельным, самобытным народом. Однако, судя по всему, их остров был чем-то вроде древнего курорта или перевалочного пункта. К ним постоянно заглядывали гости со всего Восточного Средиземноморья: египтяне, шумеры, финикийцы, хетты из Анатолии. Видимо, к этому времени местные уже научились строить вполне мореходные суда, способные не развалиться в открытом море. Возможно, именно эти заезжие коммерсанты и научили минойцев премудростям агротехники и международной торговли, что и дало толчок их стремительному развитию. Первые экспортные товары были простыми, но востребованными: овечья шерсть и качественная древесина, которой на острове хватало. А потом они обнаружили, что на их скалистом острове есть и кое-что поинтереснее — медь. Тут-то и началось настоящее веселье. Минойцы быстро освоили металлургию и принялись делать изящные украшения и орудия труда. И надо сказать, получалось у них это на удивление хорошо.
Как научиться торговать и не прогадать
Первые крупные поселения, которые можно назвать городами, выросли на побережье — там, где было удобно принимать заморских гостей и отправлять свои товары. Так появились порты Закрос и Малия, а чуть позже к ним присоединились Фест, Агиа-Триада и, конечно же, будущая столица — знаменитый Кносс. Как была устроена их политическая система — загадка, покрытая мраком тысячелетий. Одни историки считают, что это была единая монархия с царём, сидевшим в Кноссе и правившим всем островом. Другие полагают, что каждый город был сам по себе, со своим правительством и своими амбициями, как у греков в классическую эпоху. Мы бы знали больше, если бы смогли прочитать то, что они писали. Но и тут засада. Сначала у них было иероглифическое письмо, очень похожее на египетское, но своё, уникальное. Самый известный его образец — знаменитый Фестский диск, глиняный блин, покрытый по спирали таинственными знаками. Что это — поэма, заклинание, древний комикс или меню из таверны — никто не знает. А позже, где-то в 1700 году до н. э., они разработали более продвинутую систему письма, которую учёные назвали Линейное письмо А. Это уже была не просто картинка, а полноценная слоговая письменность, но и она до сих пор не расшифрована.
Часто минойцев представляют этакими древними хиппи — мирным, беззаботным народом, жившим в гармонии с природой. В пользу этой теории говорит тот факт, что их города и дворцы не имели оборонительных стен. Мол, зачем стены, если воевать не с кем? Но тут стоит вспомнить, что у спартанцев, самой воинственной нации Древней Греции, тоже не было стен — они считали, что их стены — это их воины. Так что отсутствие укреплений — не всегда признак миролюбия. К тому же, хоть оружия находят и немного, но оно есть. Например, знаменитые двойные топоры-лабрисы, которые, возможно, были не только ритуальным, но и вполне боевым оружием. А ещё — огромные щиты в форме восьмёрки, которыми можно было прикрыться от копья. Есть версия, что свои боевые навыки минойцам приходилось применять в отношениях с соседями — культурой, процветавшей на Кикладских островах, что к северу от Крита. Эти ребята известны своими стильными мраморными статуэтками беременных женщин с длинными шеями, которые сейчас стоят бешеных денег на аукционах. Что стало с этой загадочной культурой? Она просто исчезла. Самая правдоподобная версия — их культура со временем уступила место более напористым соседям и в итоге растворилась в минойском мире. Точного ответа нет.
Дворцы, лабиринты и очень странные игры с быками
К 2000 году до н. э. минойцы окончательно встали на ноги. Улучшение сельского хозяйства и процветающая морская торговля привели к росту населения и накоплению несметных богатств. Жить в скромных глиняных домиках стало уже не солидно. Так на Крите началась эпоха дворцов. Это были не просто царские резиденции, а целые многофункциональные комплексы, объединявшие в себе административные, религиозные и хозяйственные центры. Самым знаменитым и грандиозным был, конечно же, дворец в Кноссе. Но и в других городах, таких как Малия, Фест и Закрос, были построены свои, не менее впечатляющие дворцовые комплексы.
Параллельно со строительством дворцов минойцы не забывали и о своей богине. Они строили для неё святилища не только в старых пещерах, но и на вершинах гор. Одно из таких святилищ, в Анемоспилии, недалеко от современного Ираклиона, преподнесло археологам находку, намекающую, что не всё было так уж радужно в этом обществе. Обстоятельства, запечатлённые там, говорят о ритуале, который был прерван самым драматичным образом, и о том, что богине порой требовались подношения куда более ценные, чем плоды земли.
Ещё одной визитной карточкой минойцев стала их керамика, особенно так называемая керамика стиля Камарес. Это были изящные, тонкостенные сосуды, расписанные яркими красками по тёмному фону. На них изображались рыбы, осьминоги, цветы и сложные геометрические узоры. Эта посуда была настолько качественной и красивой, что пользовалась огромным спросом по всему Средиземноморью и успешно конкурировала с изделиями финикийцев. Кроме керамики, минойцы экспортировали ювелирные изделия, ткани, бронзовое оружие и стеклянные бусы.
Примерно в 1700 году до н. э. богиня-мать, видимо, снова была не в духе. Мощнейшее землетрясение сотрясло остров, превратив многие великолепные дворцы в руины. Но минойцы оказались упрямыми ребятами. Вместо того чтобы собрать манатки и уплыть куда-нибудь, где не трясёт, они принялись всё восстанавливать. И не просто восстанавливать, а строить ещё больше и лучше. Именно после этого землетрясения дворец в Кноссе был перестроен и достиг своего максимального великолепия. Он превратился в гигантское сооружение площадью более 16 000 квадратных метров, с сотнями комнат, залов, коридоров и лестниц, расположенных на нескольких уровнях. Его планировка была настолько запутанной, что он действительно напоминал лабиринт. Неудивительно, что именно он стал прообразом знаменитого мифа. Этот дворец был всем в одном: и политическим центром, и резиденцией правителей, и главным храмом. В его центре находился знаменитый мегарон — тронный зал, где правитель или жрица восседали перед священным очагом и принимали важные решения.
Мифы, быки и одна очень неудачная семейная история
Именно с этим периодом расцвета Крита связаны знаменитые греческие мифы о царе Миносе. Согласно легенде, Минос был сыном самого Зевса и финикийской царевны Европы, которую верховный бог, превратившись в белого быка, похитил и привез на Крит. Минос стал могущественным царём, правителем морей. Однажды он попросил у бога морей Посейдона явить ему из моря прекрасного быка для жертвоприношения. Посейдон просьбу выполнил, но бык оказался настолько хорош, что Миносу стало жалко его убивать, и он подменил его другим, похуже. Боги таких шуток не любят. В наказание разгневанный Посейдон наслал на жену Миноса, Пасифаю, затмение разума, результатом которого стало появление на свет существа с телом человека и головой быка — Минотавра. Чтобы скрыть этот семейный конфуз, Минос приказал величайшему мастеру того времени, Дедалу, построить огромный лабиринт, куда и поместили это создание.
Эта мрачная история находит удивительные параллели в археологических находках. Сам дворец в Кноссе, как уже говорилось, был настоящим лабиринтом. А культ быка, несомненно, играл у минойцев огромную роль. Об этом свидетельствуют многочисленные фрески и изображения. В большом центральном дворе Кносского дворца, вероятно, проходили ритуальные игры с быками, известные как таврокатапсия. Это был не бой быков в испанском стиле, а скорее акробатическое шоу. Юноши и девушки должны были на бегу схватить разъярённого быка за рога, совершить сальто через его спину и приземлиться позади — испытание, требовавшее нечеловеческой отваги и ловкости. Выглядело это, должно быть, захватывающе. Что это было — спорт, религиозный ритуал или обряд инициации — мы точно не знаем. Но очевидно, что бык был для минойцев священным животным, символом мощи и плодородия. Иногда этих быков приносили в жертву.
Кстати, об удобствах. Минойские дворцы были на удивление комфортными для своего времени. В Кноссе, например, была сложная система водопровода и канализации, с глиняными трубами и даже туалетами со смывом. Так что с гигиеной у них всё было в порядке. Руины этого великолепного дворца были обнаружены в 1900 году английским археологом Артуром Эвансом. Поскольку письменность минойцев прочитать не удалось, Эванс не знал, как они сами себя называли. Будучи большим знатоком греческой мифологии, он, недолго думая, назвал всю эту цивилизацию «минойской» — в честь легендарного царя Миноса.
Великий взрыв и медленный закат цивилизации
Восстановленные после землетрясения дворцы простояли недолго. Примерно в 1628 году до н.э. (хотя датировки постоянно уточняются) произошло событие, которое, по мнению многих учёных, стало началом конца минойской цивилизации. В 120 километрах к северу от Крита, на острове Фера (современный Санторини), произошло одно из самых мощных вулканических извержений в истории человечества. Взрыв был такой силы, что от острова остался лишь полумесяц, а в небо были выброшены кубические километры пепла и пемзы. Последствия для Крита были катастрофическими. Сначала на его северное побережье обрушились гигантские цунами, смывшие портовые города и флот, который был основой минойского могущества. Затем остров накрыло облако вулканического пепла, которое отравило почву и воду, погубив урожай и вызвав голод.
Минойская цивилизация так и не смогла полностью оправиться от этого удара. Она просуществовала ещё около полутора веков, но её золотой век был позади. Ослабевший Крит стал лёгкой добычей для новых хищников, набиравших силу на материковой Греции, — ахейцев, или микенцев. Около 1450 года до н. э. они захватили Кносс и установили свой контроль над островом. Об этом свидетельствует появление нового типа письма — Линейного письма Б, которое, в отличие от своего предшественника, было расшифровано в середине XX века и оказалось ранней формой греческого языка. Ахейцы приспособили минойскую письменность для своих нужд, в основном для ведения хозяйственных записей. Древняя, самобытная минойская культура начала угасать, растворяясь в новой, микенской.
Стоит сказать пару слов и о самом Артуре Эвансе. Он не только откопал Кносский дворец, но и весьма вольно его «отреставрировал». Желая показать публике, как дворец выглядел в период своего расцвета, он смело использовал железобетон, достраивая целые этажи и раскрашивая колонны в яркие цвета. Современные археологи хватаются за голову от такой «реставрации», обвиняя Эванса в том, что он создал скорее туристический аттракцион, чем восстановил исторический памятник. Но, как бы то ни было, именно благодаря его энтузиазму и трудам мир узнал о существовании этой удивительной, первой великой цивилизации Европы, которая задолго до греков научилась строить великолепные дворцы, создавать изящное искусство и бесстрашно прыгать через быков.
Понравилось - поставь лайк! Это поможет продвижению статьи!
Подписывайся на премиум и читай статьи без цензуры Дзена!
Тематические подборки статей - ищи интересные тебе темы!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера