Перед тем, как подняться по лестнице и зайти обратно в больницу, Елена Игоревна сказала важную вещь Амирану:
- Пойми, мой хороший, для тебя Настенька – просто жизненный период, но зато ты для нее – весь мир.
***
По пути домой в маршрутке у интерна в рюкзаке зазвонил смартфон. Голос Ани, его любимой девушки, был раздраженным.
- Ну, и где нас носит? – Спросила она строго, даже не поздоровавшись. – Я не видела тебя уже десять дней, дорогой. Что случилось?
- Я работаю, Анют. - Устало ответил Амиран, потирая виски, которые пульсировали от напряжения и невыносимой ежедневной нагрузки в больнице. – К нам каждый день привозят новых пациентов.
- Я поняла! – Возмущенно фыркнула девица. – Пациенты теперь стали важнее меня! Меня особенно удивляет твоя привязанность к той дефективной девочке. – Сказала барышня.
Она продолжила что-то кричать в трубку, но молодой интерн просто выключил телефон, не желая ехать в маршрутке и краснеть, ведь все, что она говорила, было слышно и другим пассажирам.
Да и не хотелось Амирану выслушивать очередную истерику. Были дела и поважнее. Он не хотел объяснять своей девушке, что теперь все вокруг меркнет по сравнению с тем, что парню приходится видеть каждый день в детской больнице.
Когда молодой интерн приехал домой, то позвонил отцу, надеясь на то, что хотя бы он поддержит морально. Но этого не случилось. Вместо этого молодого человека ждал выговор.
- Сколько можно себя изматывать? Да еще в таком молодом возрасте, когда свободное время нужно посвящать созданию семьи! Ты взял на себя слишком много, сын. – Папин голос звучал обеспокоенно. – Ты ведь в этой больнице трудишься только вторую неделю, а уже на себя перестал походить. Посмотри в зеркало, какие у тебя синяки под глазами от недосыпа.
- А на кого я раньше был похож, когда гулял по клубам, и настоящей жизни не видел? – Подумал парень. – Ведь я уже тогда мог приносить пользу, но предпочитал прожигать жизнь, не делая ничего существенного для общества. А теперь я чувствую себя нужным.
Во сне к парню пришла Настенька, она уже делала первые шаги, а ножки у нее были прямыми и сильными.
И девочка улыбалась. Амиран решил, что это знак, и усилил занятия с малышкой, стал оставаться еще на час больше в больнице, правда, валился с ног, еще не доехав до дома.
Иногда он засыпал в маршрутке и пропускал свою остановку. Но он все равно знал, что и завтра пойдет в палату отказников, и послезавтра, и через неделю. Ничто не способно было отвлечь парня от такого важного дела, как реабилитация ребенка. А все из-за того, что всего две руки любящего человека могут перевесить сотни доводов других людей.
Еще через месяц Настенька сильно изменилась. Ее кожа стала приятного, розового оттенка. Появился румянец, так как Амиран делал девочке мощные уколы с витаминами и другими полезными веществами, помогал ей выполнять комплекс упражнений каждый день. У малышки исчезла прозрачность вен, которая поначалу даже пугала молодого человека, ведь ребенка просто начали кормить по часам и не самой дешевой детской смесью.
Маленькие ручки и ножки уже перестали хаотично дергаться в воздухе, они производили вполне осознанные движения. Руки Насти тянулись к книжкам и игрушкам.
***
В один из дней, когда парень возвращался с обеденного перерыва, он услышал тихие голоса, которые раздавались из кабинета заведующей. Дверь осталась открытой, поэтому даже прислушиваться не пришлось. Он замедлил шаг и стал вникать в разговор, ведь говорили о Настеньке!
- Документы я подготовила. – Говорил чей-то женский голос, который Амиран слышал впервые. – Анастасию мы забираем через десять дней. Вы можете еще поделать ей процедуры. Результат занятий заметен даже невооруженным глазом! – Восхитилась женщина, даже не зная, что всем занимался молодой практикант, которому даже не платили за внеурочное время, которое он проводил с Настенькой. – Дело в том, что мы должны были раньше забрать ребенка. Такие у нас законы, ничего не поделаешь. Система так работает.
- Понятно. – Голос заведующего больницей звучал тихо и обреченно, ведь именно он разрешил Амирану заниматься с ребенком, хотя у того не было ни соответствующего образования, ни нужных навыков. Он мог навредить ребенку. Но заведующий поверил в успех, хоть были и риски. – Может быть, дадите еще немного времени на реабилитацию малышки.
- Иван Константинович, - она словно говорила с маленьким ребенком, снисходительно, объясняя очевидные вещи, - таковы правила, также у нас уже очередь из детей с ДЦП, нужно и других деток подлечить хотя бы немного.
Она поправила лацкан строго пиджака и продолжила разговор:
- Мы обеспечиваем проживание до усыновления или… - Она запнулась, даже не в силах договорить фразу.
- До совершеннолетия или до списания в утиль. – Продолжил про себя молодой интерн, который без зазрения совести подслушивал разговор важных людей, которые решали судьбы других людей, только маленьких и беспомощных.
Ведь дети не имели даже права голоса. Многие инвалиды даже говорить не умели, так как с ними попросту никто не занимался. Пальцы Амирана вцепились в косяк двери. Он весь сделался пунцовым от гнева. Да как они смеют выписывать девочку, которая толком не выздоровела от воспаления легких.
Ей ведь также нужен слуховой аппарат, который они в детском саду, конечно, даже покупать не станут, а положат деньги в карман. В душе парня что-то оборвалось: какая-то ниточка.
Он не мог поверить, что Настеньку забирают, да еще и так рано. Это было неправильно. Ведь всем в больнице было очевидно, что лекарств девочке было выписано достаточно, можно было и пролечить ребенка.
Те, кто решали чужие судьбы, были ненасытными. Они просто отмывали деньги, ссылаясь на то, что якобы в сфере медицины не хватает койко-мест или персонала.
Амиран больше не мог притворяться, что малышка для него – не просто один из пациентов. Она стала практически его дочерью, которую он так старательно выхаживал.
В кабинете Настенька лежала на столе для осмотра. Невролог провел по стопе ребенка. Ножка малышки дернулась, но судорог уже не было.
- Видите, как нервная система малышки реагирует? Раньше такого не было! Вы проделали очень хорошую работу. – Обратился доктор к заведующему.
Амир даже не стал злиться, что его имя никто не упомянул, каждый хотел для себя премию, так зачем хвалить молодого практиканта, который совершенно не разбирается в том, как лечить ДЦП, как реабилитировать детей. Он все равно стоял под дверью, не отрывая глаз от маленькой принцессы, с которой он оставался в больнице на три часа дольше положенного. Это было чудо.
Продолжение уже можно читать:
Первая часть доступна по ссылке:
Друзья! Оставьте несколько слов автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Она будет вне себя от счастья! Можете скинуть ДОНАТ, нажав на кнопку внизу ПОДДЕРЖАТЬ - это ей для вдохновения. Благодарим, желаем приятного дня или вечера, крепкого здоровья и счастья!)