Полина и Игорь переглянулись.
— Как объяснить пожилой женщине то, чего они сами до конца не понимали?
— Это сложно… — начала Полина. — Игорь…
Игорь тогда решил, что так будет лучше.
— Лучше? — голос Марии Петровны окреп. — Лучше для кого? Ты, Игорь, никогда не умел объяснять свои поступки. Еще мальчишкой таким был — натворит, а потом молчит, как партизан.
Игорь опустил голову. Мать была права. Всю жизнь он решал за других, что для них лучше.
И всю жизнь ошибался.
— А теперь Катенька пропала… — продолжала старушка. — Куда она могла поехать? У нее же, кроме нас, никого нет.
— А друзья у нее есть? — спросила Полина. — В школе? Может, к кому-то из одноклассников? Говорила про одну девочку… Машу, кажется. Но где она живет — не знаю.
Игорь достал телефон.
— Я Маше звонил еще вчера. Кати у нее нет.
Повисла тяжёлая тишина. За окном стемнело окончательно, и в маленькой кухне стало еще уютнее от света настольной лампы. Но никто из троих не чувствовал уюта.
— Значит, не у бабушки, — прошептала Полина. — Где же она?..
Мария Петровна встала, подошла к буфету и достала старую фотографию. Катя лет в десять, с косичками и широкой улыбкой.
— Такая умная девочка, — тихо сказала она. — Всегда спрашивала про родителей. Особенно в последние годы… «Бабуль, а папа и мама любили друг друга? А почему мама умерла так рано? А папа очень горевал?» — Я отвечала как могла. А оказывается, всё было неправдой…
Полина взяла фотографию дрожащими руками. Дочь улыбалась ей с карточки — такая живая, такая счастливая. А где она сейчас? Мы найдем ее, — сказал Игорь.
— Обязательно найдем.
— А потом? — спросила Мария Петровна. — Потом что будет? Будете дальше врать друг другу? Дальше мучить ребенка?..
Никто не ответил. Потому что никто не знал ответа на этот вопрос.
Утро третьего дня встретило их серым дождём. Мария Петровна с раннего рассвета хлопотала на кухне — варила кашу, жарила яичницу, словно пытаясь накормить боль, которая поселилась в доме вместе с правдой.
Полина почти не спала. Всю ночь она лежала на старом диване в гостиной и думала о дочери. Где Катя провела эту ночь? В тепле или на холоде? В безопасности или в опасности? Каждый час без вестей становился пыткой.
Игорь выглядел не лучше. Он так и не разделся, просидел всю ночь на кухне с матерью, пытаясь объяснить необъяснимое.
Мария Петровна слушала, качала головой и только повторяла:
— Господи, Игорёк, что же ты наделал?..
— Поедем в столицу, — сказал Игорь, допивая остывший чай, — проверим больницы, полицию. Может, там её видели?
— А если её там нет? — тихо спросила Полина.
Игорь запнулся:
— Тогда что?.. Куда ещё может поехать пятнадцатилетняя девочка с паспортом и несколькими тысячами рублей?..
— Тогда расширим поиски, — вмешалась Мария Петровна, подливая внуку свежего чая. — Милиция, объявления, интернет… Все средства хороши.
Полина кивнула, но в душе росла паника. Третий день. Кати не было уже третий день. Что, если с ней что-то случилось?.. Что, если они уже никогда её не увидят?..
За окном хлестал дождь, превращая деревенские дороги в месиво грязи.
Игорь завёл машину — и они поехали обратно в столицу, туда, где когда-то были счастливы, где родилась Катя, где всё началось.
В машине долго молчали. Полина смотрела на знакомые пейзажи за окном и вспоминала. Вот тот поворот, где Игорь первый раз сказал: «Я тебя люблю». Вот заправка, где они останавливались в день выписки из роддома с новорождённой Катей. Вот мост через речку, где Катя в три года впервые увидела утят и кричала от восторга.
Каждый километр дороги был пропитан воспоминаниями. Хорошими воспоминаниями о времени, когда они были семьёй.
— Расскажи мне про тот день… — вдруг сказала Полина. — Про день аварии. Что на самом деле произошло?
Игорь сжал руль крепче. Он знал, что этот разговор неизбежен. Но думал, что ещё есть время.
— Ты помнишь, как мы ехали к твоей подруге на дачу? — начал он осторожно.
— Помню. К Свете. Катя хотела купаться в речке.
— Да. И на повороте... — Игорь замолчал, вспоминая. — Тот чёрный БМВ, который выскочил навстречу... Визг тормозов. Удар. А потом — больница, реанимация и телефонный звонок от человека, который разрушил нашу жизнь одной фразой.
— И что? — нетерпеливо спросила Полина.
— Машина вылетела на встречную, — тихо продолжил Игорь. — Я успел увернуться, но нас всё равно зацепило. Ты ударилась головой, потеряла сознание. Катя плакала, но была цела.
— А потом? Что потом? — перебила Полина.
Игорь остановил машину на обочине. Руки дрожали. Во рту пересохло. Как рассказать Полине о том звонке? О голосе, который сказал: "Узнал тебя, Игорёк".
Думал, навсегда исчез? Придётся поговорить с жёнушкой о прошлом мужа...
— Потом, уже в больнице, мне позвонил один человек, — сказал он очень тихо. — Человек из прошлого. Он узнал меня по новостям об аварии... и пригрозил рассказать тебе правду.
— Какую правду? — Голос Полины стал жёстче. — Игорь, я в последний раз спрашиваю: что ты скрываешь?
Игорь посмотрел на жену. На женщину, которую любил больше жизни. Которая родила ему дочь. Которая не заслуживала той боли, что он ей причинил... Но и правду она не заслуживала — потому что правда бы её убила.
— Я был не тем, за кого себя выдавал, — выдавил он наконец. — Когда мы познакомились, я скрывался от прошлого. От людей, которые хотели со мной расквитаться.
— За что расквитаться?
— За ошибки молодости...
— Какие ошибки? — Полина схватила его за руку. — Говори прямо.
— Я... Я был не ангелом. До встречи с тобой. Делал вещи, которых не должен был делать.
— Что именно?
Игорь закрыл глаза. Нет, он не может. Не может сказать ей, что восемнадцать лет назад участвовал в ограблении ювелирного магазина. Что охранник, который пытался помешать, погиб от его рук. Что этот охранник был её отцом. Что всё их счастье было построено на крови.
— Неважно... — прошептал он. — Важно только то, что этот человек хотел всё разрушить. А я не мог этого допустить. Поэтому инсценировал нашу смерть. Поэтому исчез с Катей. А тебе сказали, что мы погибли...
Полина отпустила его руку и откинулась на спинку сидения. В её глазах читались боль, разочарование и что-то ещё. Что-то, что пугало Игоря больше всего — растущее понимание.
— Ты… ты убил кого-то? — тихо спросила она. — Это правда?
Игорь не ответил. Но его молчание было красноречивее любых слов.
— Господи… — прошептала Полина. — Я жила с убийцей. Родила ребёнка от убийцы…
— «Поля! Не смей!»
— Не смей меня утешать! Ты лжец и убийца! А я? Я дура… дура, которая восемнадцать лет ничего не понимала!
Полина выскочила из машины прямо под дождь.
Игорь бросился за ней, но она отмахнулась:
— Не подходи! Мне нужно время подумать.
Она стояла под холодными струями, обняв себя руками. Игорь смотрел на её дрожащие плечи — то ли от холода, то ли от ужаса, он не знал.
— Мы должны найти Катю, — тихо сказал он. — Всё остальное потом.
— Да, — прошептала Полина, не оборачиваясь. — Найти дочь… А потом я никогда больше не хочу тебя видеть.
Столица встретила их привычным хаосом: пробки, крики, суета. Но теперь этот шум казался враждебным. Где-то здесь, среди миллионов, должна была быть их дочь. Или уже нет…
Первым делом поехали в больницы. Игорь показывал фотографию Кати дежурным врачам, Полина шарила глазами по детским отделениям. Страшное, но необходимое дело.
В приёмном покое Боткинской больницы их встретила пожилая медсестра с усталыми глазами.
— Девочку ищете? — Она внимательно рассмотрела фото. — Красивая какая…
— А что случилось? — спросила она.
— Сбежала из дома, — пояснил Игорь. — Уже третий день…
— Ох, милые мои, — покачала головой медсестра. — Сколько таких к нам попадает? Кто от родителей бежит, кто к родителям… Но вашу не видела. В детское отделение зайдите, там Марья Семёновна работает, она всех помнит.
В детском отделении их встречала полная женщина в белом халате.
— Нет, такую не приводили, — сказала она, глядя на фотографию. — А у девочки с головой нет проблем? Может, наркотики, алкоголь?
— Нет! — резко ответила Полина. — Катя не такая…
— Мамочка… Все мамы так говорят. А потом… ну ладно, если что — звоните. Координаты оставьте.
Третья больница, пятая, седьмая — везде один ответ: не видели, не привозили. Обратитесь в полицию.
К вечеру они добрались до отделения полиции.
Дежурный офицер, лейтенант Козлов, выглядел измученным после 12-часовой смены.
— Сколько лет девочке? — спросил он, не поднимая глаз от бумаг.
— Пятнадцать.
— Паспорт есть?
— Взяла с собой.
— Денежка?
— Немного.
— Тогда не переживайте особо, — Козлов наконец поднял голову. — В этом возрасте они часто сбегают. Обычно — к друзьям или к родственникам. А через неделю-другую возвращаются. Голод — не тётка.
— Но мы проверили всех, — возразила Полина.
— Мамаша, вы бы удивились, сколько у детей секретов от родителей, — устало усмехнулся лейтенант.
— Ладно. Заявление писать будете?
— Будем, — твёрдо сказала Полина.
Пока Игорь заполнял бумаги, Полина вышла на улицу подышать. На душе было скверно — не только из-за пропавшей дочери, но и из-за того, что узнала об Игоре. Она сидела на скамейке у входа в отделение и думала о том, как могла восемнадцать лет жить с убийцей и ничего не чувствовать.
Как это возможно? Она помнила, как Игорь был нежен с новорождённой Катей. Как вставал ночами к плачущему ребёнку. Как целовал её, Полину, в лоб, когда она уставала. Неужели всё это было ложью? Неужели человек, способный убить, может так любить? Или любовь и убийство могут уживаться в одном сердце?
— Полина?
Раздался знакомый голос. Она обернулась и увидела Антона, своего бывшего коллегу по институту. Высокий, худой, с добрыми глазами за очками.
— Тоша? — удивилась она. — Ты что здесь делаешь?
— Работаю. Адвокат, — он внимательно посмотрел на неё. — А ты? Выглядишь неважно.
— Дочь пропала, — коротко объяснила Полина. — Ищем уже третий день.
— Боже… А полиция?
— Заявление пишем. Но они не очень оптимистичны.
Антон задумался.
— Слушай, я знаю одного частного детектива. Хороший парень, работает с пропавшими. Может, поможет?
Полина кивнула. Любая помощь сейчас была кстати.
— Дай номер. Мы готовы на всё.
Когда Игорь вышел из отделения, Полина рассказала ему о встрече с Антоном.
— Частный детектив? — нахмурился Игорь. — А вдруг он начнёт копать в нашем прошлом?
— А что там копать? — холодно спросила Полина. — Ты же всё рассказал.
Игорь промолчал. Нет, он не всё рассказал. Главного не рассказал. И надеялся, что не придётся.
— Позвони ему, — сказал он наконец. — Пусть ищет.
Детектив Сергей Михайлович оказался мужчиной лет пятидесяти, с внимательными глазами и спокойным голосом. Он выслушал их историю в небольшом офисе, заваленном папками и фотографиями.
— Покажите снимки девочки, — попросил он.
Полина достала несколько фотографий Кати: школьные, домашние, с последнего дня рождения.
— Умная? — спросил детектив, внимательно изучая снимки.
— Очень, — ответила Полина.
— Рассудительная или импульсивная?
— Рассудительная. Иногда даже слишком. Взрослая не по годам.
— Это плохо, — покачал головой Сергей Михайлович, доставая блокнот. — Такие дети планируют побег тщательно. Могут месяцами готовиться. А повод для побега какой был?
продолжение