Глава 1. Чужой волос
Глава 12. Адвокат
В кабинете адвоката на столе лежат бумаги, составляющие историю падения человека. Но сильнее всего в воздухе витает запах мести.
Кабинет адвоката Марины Игоревны Заволжской находился в старом здании с видом на Верейку. Сама Марина Игоревна, женщина лет пятидесяти с острым взглядом и седыми волосами, собранными в строгий пучок, выслушала Анну не перебивая. На столе между ними постепенно вырастала стопка улик: распечатки звонков, фотографии, копия чека на серьги, распечатка кадра с регистратора с Катей.
— Вы хотите развода с разделом имущества и определением порядка общения с сыном в вашу пользу, — констатировала адвокат, снимая очки. — Оснований более чем достаточно. Измена, психологическое давление, факт рукоприкладства по отношению к ребенку. Но вы должны понимать, Анна Викторовна, Дмитрий Александрович — влиятельный человек в Верейске. Суд будет непростым. Он будет давить, использовать связи.
— Я готова, — твердо сказала Анна. — Я не хочу просто развода. Я хочу, чтобы он понял, что нельзя безнаказанно ломать жизни.
— Понимаю. Начнем с подготовки искового заявления. И... я бы рекомендовала вам сменить замки в доме. Иметь при себе диктофон. Ваш муж, узнав о иске, может повести себя непредсказуемо.
Выйдя от адвоката, Анна почувствовала не облегчение, а тяжесть принятого решения. Теперь точка невозврата была пройдена. По дороге домой она зашла в храм, стоявший на высоком берегу реки. Она не была особо верующей, но сейчас ей нужна была тишина и уединение. В полумраке, под сенью старых икон, она сидела на лавке и смотрела на огонек лампады. Что она оставит сыну после этой войны? Разрушенный образ отца? Травму на всю жизнь?
Вечером Дмитрий вернулся домой раньше обычного. Он был неестественно спокоен.
— Аня, нам нужно поговорить.
— Говори, — она не отрывалась от приготовления ужина.
— Я знаю, что ты была сегодня у Заволжской.
Анна похолодела. Как он узнал так быстро? Значит, у него действительно везде глаза и уши.
— И что?
— Прекрати это безумие. Ты что, хочешь оставить Сережу без отца? Развести скандал на весь город? Устроить ему травлю в школе?
— Травлю ему устраиваешь ты, когда поднимаешь на него руку! — резко повернулась она к нему.
— Я был не прав! Но это не повод рушить все! — он повысил голос. — Я прекращу все с Катей. Мы можем начать с начала.
Он говорил это с такой легкостью, как будто предлагал выбросить старую рубашку. Анна смотрела на него и понимала, что не испытывает уже ничего, кроме жалости и брезгливости.
— Слишком поздно, Дмитрий. Слишком поздно для всего.
Он понял, что слова не действуют. Его лицо исказилось злобой.
— Хорошо. Хочешь войну — получишь ее. Но я тебе обещаю, сына ты не получишь. Я предоставлю все доказательства твоей невменяемости. Ты же сама всем рассказывала, что за тобой следят, что тебе угрожают! Кто поверит сумасшедшей?
Он развернулся и ушел, хлопнув дверью. Анна осталась стоять посреди кухни. Первый открытый бой был проигран. Он был сильнее, циничнее. Но отступать было некуда.