В августе 2024 года мы познакомились с новыми реалиями, привнесёнными в нашу жизнь мошенниками. Было очень поздно, но команда прошла не расходиться и ждать. Приехали две женщины. Одна привезла другую. Интрига нарастала. Мы познакомились с Эльвирой. Мы быстро поняли, почему Эльвира не смогла прибыть самостоятельно. Она просто отказывалась продолжать жить.
Как выяснилось, мошенники обманом и угрозами заставили её перечислить на подконтрольные им счета порядка 47 млн. рублей. Безусловно, это очень большая сумма, которой у Эльвиры никогда в распоряжении не было. Её заставили взять 4 кредита, продать квартиру, оставшуюся после смерти матери и отдать все накопления. Ситуация усугублялась тем, что отец Эльвиры был тяжело болен. Спустя год, его не стало. Всё имущество отца попадает под банковское взыскание долгов по кредитам, включая квартиру, в которой проживает Эльвира (не единственное жильё, поскольку нашлись доли в квартирах, расположенные в далёких регионах страны).
Таким образом, не сложно представить общее состояние Эльвиры. Проще всего было назвать её ненормальной и виноватой во всех своих бедах. Но как это можно сделать, если подобные истории имеют массовый характер, не являются единичными. В СМИ и в соцсетях появилась масса материалов, позволяющих ответить на вопрос – Почему люди перечисляют деньги мошенникам?
Внимательно изучив историю Эльвиры, мы приняли решение, сделать всё возможное, чтоб спасти её и выработать эффективный алгоритм защиты людей в подобных ситуациях.
Стратегия защиты Эльвиры
Задача оказалась для нас, далеко нетривиальной. Нам пришлось сформировать рабочую группу из юристов и адвокатов, занимающимися уголовной и гражданской практикой. Стратегия получилась следующая:
- заявляем о преступлении в полицию;
- уведомляем банки о преступлении и просим содействия (ВТБ, Сбер, Почта Банк и Т-Банк);
- обращаемся в суды с исками о признании кредитов недействительными сделками (ВТБ, Сбер, Почта Банк и Т-Банк);
- оспариваем сделку по отчуждению квартиры (риелторов навязали мошенники);
- оспариваем все процедуры взыскания по кредитам в судебном порядке;
- банкротим Эльвиру, если банки и суды нас не услышат.
Уголовное дело
Мои коллеги, умудрённые двадцатилетним опытом работы в следствии, оперативно подготовили заявление о преступлении. Уголовное дело по факту мошенничества было возбуждено в кротчайшие сроки. Однако, как выяснилось, к тому времени, следствие было переполнено подобными уголовными делами. К нашей Эльвире отнеслись с таким скепсисом, что стало ясно, полноценное расследование придётся добывать.
Основная проблема – «сам дурак». Все правоохранители, которые так или иначе касались дела Эльвиры, выражали своё недоумение поступком Эльвиры. Дескать, думать нужно было, прежде чем делать. Более того, сотрудниками правоохранительных органов неоднократно было озвучено, что надежды выявить и поймать преступников ввиду их базирования на территории Украины нет.
Однако, мы не могли оставить этот тезис без внимания. Мы согласовали аудиенцию у следователя, выразив мотивированно и предельно обоснованно, что тут ситуация существенно сложнее.
Речь идёт не только об обмане, но и о запугивании, об угрозе применения насилия. Другими словами, Эльвира перечисляла деньги под влиянием прежде всего угроз, а потом и заблуждений, сформированных на её страхе.
Тут следует сделать оговорку, что Эльвира проживает одна. За четыре года до событий, она похоронила свою маму. Детей у Эльвиры нет. Отец был сильно болен, на момент событий. И тут, поступают настырные и дерзкие звонки от представителей «ФСБ» и «Росфинмониторинга», под качественной легендой, проистекающей от бывшего коллеги по работе (чей мессенджер был взломан). Мошенники обвиняли Эльвиру в госизмене, финансировании ВСУ, пособничестве ТЕРРОРИЗМУ, угрожали здоровью близких, вели её по городским камерам (или через пособников, формировали у неё такое восприятие), звонили и удерживали на онлайн связи круглосуточно, в приказном и угрожающем тоне требовали совершения тех или иных действий (заявки на кредит, получение наличных, отправка наличных, скачивание специальных приложений, взаимодействие с определёнными риелторами, продажа квартиры, покупка дополнительного телефона и постоянная связь с мошенниками и вымогателями). Не советую никому поднимать руку и крутить у виска. По моему твёрдому убеждению, всё происходящее воспринимается достаточно реально и жутко. Никогда не забуду свои чувства, когда прочёл СМС, поступившее моему сыну, где его семье обещали перерезать глотки. Несмотря на то, что в квартире я был не один (присутствовали 2 сына и супруга), я испытал жуткие чувства. Не представляю, как бы я реагировал, если бы следом поступил звонок. Возможно, я завёлся бы и закусился бы. Но я служил в армии, у меня живы родители, со мной мои дети и супруга, у меня много надёжных друзей и так далее. Но тут одинокая женщина, без связей, без внешней помощи, в состоянии постоянного беспокойства за здоровье и благополучие единственного родителя. Как ей реагировать на отмороженных. Здесь должно реагировать государство, по всей строгости закона.
Возвращаясь к нашему уголовному делу, можно констатировать, что в отношении Эльвиры совершено 2 преступления – мошенничество (ст. 159 УК РФ) и вымогательство (ст. 163 УК РФ). Однако, несмотря на всю искусность моих коллег, до настоящего времени не удалось добиться доквалификации уголовного дела по вымогательству. Реагируя на наши мотивированные жалобы, районная прокуратура выписывает следствию «необязательные» указания к исполнению. Но следствие не готово слышать.
Вместе с тем, чтоб спасти «проданную» квартиру, мы ходатайствовали перед следствием о принятии мер по аресту квартиры. Следователь на словах соглашалась, но по факту игнорировала наши просьбы. Только после отстранения следователя, новый следователь вышел с ходатайством в суд об аресте квартиры. Однако суд, не услышал следователя, руководствуясь парадигмой «сам дурак», отказал в аресте. Забегая вперёд, мы добились ареста только под свой иск о признании сделки недействительной (об этом подробно ниже по тексту). Попав на аудиенцию к руководителю следствия, мы нашли некоторое понимание и добились направления представлений в банки по фактам выявленных нарушений закона, при выдаче кредитов.
Очень сложно добиться от следствия реализации некоторых вещей, которые очевидны, но многодельны:
- Обстоятельства понуждения к продаже квартиры изобилуют фигурантами. Вымогатели, требуя срочной продажи квартиры от Эльвиры, прислали несколько телефонов своих подконтрольных риелторов. Эти риелторы, за несколько дней нашли покупателя по цене чуть выше рынка, который за двое суток вышел на сделку. Следствие до сих пор не привлекло риелторов в качестве обвиняемых соучастников преступления, не запросило биллинг телефонных соединений риелторов и покупателей с абонентами из Украины.
- До сих пор не установлены лица, на чьи банковские карты были перечислены 47 млн. рублей.
- Не составлены фотороботы лиц, выходивших по видеосвязи с Эльвирой, от лица вымогателей.
- Не опрошены представители банков, принимавшие участие в выдаче кредитов за пределами макропруденциальных лимитов и без уведомления о превышении ПДН.
- Не допрошены сотрудники ДомКлик, сопровождавшие сделку.
К сожалению, не помогают ни заявленные следователю ходатайства, ни жалобы его руководителям и надзирающим прокурорам. Отговорка, по сути одна – перспектив нет, а работать некому.
Перечисленные недоработки следствия обуславливаются целым рядом объективных факторов. Но все эти факторы не связаны с Эльвирой. Трудно отрицать 30-40% недокомплект в следствии. Но во главе угла, критическое отношение к Эльвире и ко всем пострадавшим. Сотрудники являясь смелыми и самоотверженными по природе своей профессии, не способны проникнуться первопричиной проблемы.
Читая статьи о новых способах мошенничества в Интернете, всегда попадаются комментарии тех, кто считает жертв мошенничества непроходимыми дураками, при этом не осознавая, что попади такой комментатор завтра в такие жернова, то превратится просто в зомби, ведь мошенники и вымогатели используют конфиденциальную информацию, последние разработки в психологии, IT и научно-технического прогресса. Каждый считает себя умнее Эльвиры, не осознавая, что попади он завтра в такие жернова, превратится просто в зомби.
Отношение к таким как Эльвира должно быть другим. Всё наше общество должно сформировать консолидированное противодействие. Банки, должны направить все ресурсы своих служб безопасности на помощь следствию, а не выжимать последние жизненные силы из потерпевших. Следствие должно не посмеиваться, а систематизировать и унифицировать подобную работу, ввиду масштабности распространения подобной заразы. Все причастные к поддержке телефонных террористов должны признаваться соучастниками.
Работа продолжается.
Уведомления банков о преступлении
Странная реакция наблюдается нами, со стороны ВТБ, Сбера, Почта Банка и Т-Банка. На наши сообщения о преступлении мы не получили никакой реакции. Однако, мы получили многочисленные звонки от представителей служб безопасности, с требованиями о возврате полученных кредитов, , смс от банков с целью оказать давление на должника. Казалось бы, они правы на 100%. Но есть одно «но». При выдаче кредитов банки грубо нарушили требования закона. при предоставлении кредита. Были превышены макропруденциальные лимиты, не рассчитан и не доведён до Эльвиры показатель долговой нагрузки.
В своих обращениях в банки, мы просили привлечь службы безопасности банков для противодействия мошенникам и вымогателям, для оказания оперативной помощи следствию. Однако реакция, а точнее, её полное отсутствие, удивила.
При таких обстоятельствах, мы вынуждены констатировать безответственное отношение к своим клиентам, со стороны крупнейших и уважаемых банков страны. Возможно, это действие высокомерного человеческого фактора сотрудников, которые в глубине души или не совсем глубоко, посмеивались в парадигме – «сам дурак». Тем не менее, мы предоставили банкам возможность принять ответственное решение в отношении своего добросовестного клиента и не взыскивать денежные средства с потерпевшего от террора. Этой возможностью банки откровенно пренебрегли, а мы пошли дальше.
Оспариваем кредиты в суде
Для читателей, приведу некоторое разъяснение. Кредиты выданные Эльвире являются недействительными сделками по целому ряду оснований. В первую очередь, следует отметить, что Эльвира не нуждалась в кредитных средствах, поскольку не нуждалась в крупных покупках. За выдачей кредитов обратилась под влиянием заблуждения и угроз. Данные основания, в статье 179 Гражданского кодекса РФ предусмотрены как исключающие действительность сделки.
Тем не менее, мошенники тщательно отбирают своих жертв, изучая всю конфиденциальную информацию о ней. Как выяснилось, Эльвира принимала препараты, способствующие стабилизации её состояния, возникшего после смерти её мамы, тяжелой болезни отца и одиночества. Воздействие телефонных мошенников было настолько сильным и системным, что на момент воздействия Эльвира утратила способность отдавать отчёт своим действиям и осознавать последствия совершаемых ею действий. Простыми словами, к Эльвире применена техника гипноза или НЛП, в результате которой и Эльвира и иные потерпевшие теряют возможность критически мыслить и сопротивляться агрессивному давлению. Указанные обстоятельства были установлены психиатрической экспертизой, проведённой в рамках уголовного дела. Такое состояние человека, в силу положений статьи 177 Гражданского кодекса РФ, является основанием для признания сделки недействительной.
Тем не менее, в силу положений части 5 статьи 5.1. Федерального закона от 21 декабря 2023 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», банки были обязаны уведомить Эльвиру о том, что при получении каждого последующего кредита превышается показатель долговой нагрузки. Но не рассчитали его и не уведомили её. В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса РФ, сделка совершенная с нарушением закона, ничтожна. Следовательно, кредит является недействительным в силу закона, независимо от признания его таковым судом.
В соответствии со статьей 45.6 Федерального закона от 10 июля 2002 года N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" на основании решения Совета директоров Банка России в отношении потребительских кредитов устанавливаются макропруденциальные лимиты для кредитных организаций. Каждый последующий кредит был выдан за пределами установленных лимитов. В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса РФ, это уже второе основание ничтожности кредитов.
Все приведённые основания заявлены нами от лица Эльвиры в соответствующих исковых заявлениях и будут представлены судьям для принятия справедливых решений. Мы не исключаем, что суды возьмут за основу парадигму «сам дурак». Однако, мы надеемся на лучшее и уверены, что суд услышит нас и сделает шаг навстречу здравому смыслу и справедливости. В противном случае, почва для продолжения банкета станет ещё более благодатной. Но мы не остановимся, пройдём все необходимые инстанции, дабы сформировать системный ответ телефонным мошенникам и вымогателям.
На сегодняшний день суды рассматривают все дела по первой инстанции. А мы, идём далее.
Сегодня, 29.10.2025 первое дело было выиграно. Басманный суд отменил исполнительную надпись Нотариуса на кредитном договоре СБЕРА, через которую приставы передали для реализации на торгах единственную квартиру Эльвиры, признав её не единственным жильём (поскольку в других регионах у неё есть доли в квартирах, полученные в рамках наследования).
Оспариваем отчуждение квартиры
Как уже было рассказано выше, вымогатели заставили Эльвиру продать квартиру через своего риелтора, своему покупателю (как нам кажется) и отдать им полученные денежные средства.
Юридическим основанием для оспаривания сделки выступают два фактора.
Первый – заключение сделки под влиянием обмана и угроз. То есть, злоумышленники обманывали Эльвиру в части того, что они являются «сотрудниками ФСБ» и продажа квартиры – это оперативное мероприятие, направленное на изобличение мошенников. Угрожали привлечением к уголовной ответственности за финансирование ВСУ и соучастии в ТЕРРОРИЗМЕ. Всё это сопровождалось психологическим давлением, грубой бранью и прямыми распоряжениями делать то, что требуется, не препятствовать следствию. Юридическое основание обжалование сделки – положения статьи 179 Гражданского кодекса РФ.
Второй - утрата Эльвирой способности понимать значение своих действий или руководить ими. Как сказано выше, на Эльвиру в течение продолжительного времени оказывалось сильнейшее эмоционально-психическое, травмирующее воздействие. В таких условиях, Эльвира и иные жертвы преступлений теряют возможность критически мыслить и сопротивляться агрессивному давлению. Представили суду результаты психиатрической экспертизы. Юридическое основание обжалование сделки – положения статьи 177 Гражданского кодекса РФ.
Представленные факторы, усиливаются наличием весьма сомнительных обстоятельств совершения сделки. Риелторы навязаны вымогателями. Аванс в 150 тыс. руб. покупатели внесли без оформления договора. Цена сделки вымогателями заявлена задолго до приезда в квартиру покупателей. Квартира продана выше рыночной стоимости. Первое требование вымогателей о продаже квартиры 17.08.2024, 24.08.2024. – покупатель первый раз видит квартиру, а 27.08.2024 – совершена сделка.
Все представлено суду. Ждём судебного вердикта, надеясь на справедливое решение, которое защитит интересы Эльвиры и возложит бремя последствий на соучастников и пособников преступлений.
Банкротство как последний шанс спасти квартиру, где живёт Эльвира
Работа по защите интересов Эльвиры велась нами в плановом режиме, соответствующем фактически складывающейся обстановке. Но внезапно, произошло непоправимое. Ушел из жизни отец Эльвиры. А с ним ушла не только последняя семейная опора и близкий человек, но и островок имущественной безопасности Эльвиры. Теперь, всё имущество, нажитое семьёй Эльвиры, может уйти с молотка. А самое главное – это квартира, в которой Эльвира проживает до настоящего времени. Именно потому, что имеются доли на праве собственности в квартирах, находящихся в далёких регионах, статус единственного жилья в квартире проживания утрачивается.
В том случае, если суды нас не услышат, не признают кредиты недействительными сделками, не признают отчуждение квартиры недействительной сделкой, то последняя квартира проживания Эльвиры уйдёт с молотка, в счёт уплаты долгов по кредитам.
В этом случае, существует только один шанс сохранить квартиру. Это личное банкротство Эльвиры, с признанием финансовым управляющим её квартиры проживания единственным жильём. Безусловно, многое зависит от честности и порядочности арбитражного управляющего. Тем не менее, все мероприятия проведены. Мы вступаем в процедуру личного банкротства, которая незамедлительно будет прекращена, если суды встанут на защиту Эльвиры, предложив банкам принять ответственность за 2-е нарушение закона о потребительском кредитовании.
ВЫВОДЫ:
1. Позиция «сам дурак» безусловно удобная. Но, это до тех пор, пока на месте Эльвиры не оказался близкий или родной человек.
2. Каждый, кто в силу своих должностных обязанностей (судья, следователь, нотариус, арбитражный управляющий, банкир…) встречается с подобными явлениями, должен действовать с пониманием того, на чью мельницу он льёт воду. Если на мельницу Эльвиры, то мошенники и вымогатели потеряют всяческий интерес, поскольку никто не захочет быть пособником криминала и террора. Тогда, мы закроем второй фронт и сохраним множество жизней.
Тем временем, рынок недвижимости лихорадит от устойчивой судебной практики, по истребованию квартир от добросовестных приобретателей.