Глава 24 по ссылке https://dzen.ru/a/aMqV41GLxkgZu6bL
Глава 25.
Баба Таня, конечно, заметила на руке внучки золотое кольцо. Оно появилось у нее после того, как Женя ухаживала за больным Сашей.
– Надо же, обручальное кольцо! – удивилась бабушка. – - Зачем ты надела его? Такие кольца надевают в день свадьбы, когда расписываются.
– Бабуля! – волнуясь и краснея, произнесла Женя. – Я не хочу от тебя скрывать. Мы с Сашей теперь муж и жена.
– Как это? – опешила баба Таня и тут же отругала себя: «Чего это я, дура старая, спрашиваю? Надо было мне самой сидеть с ним в тот вечер, когда он разболелся. А меня нелегкая понесла на станцию. Все равно как-нибудь бы прожили, а теперь переживай… Господи, совсем из ума выжила! Взяла, да еще оставила их на всю ночь одних. Вдруг девка забеременеет, что тогда? Вот и верь им, паразитам! Взял, да и охмурил бедняжку. Она разумом то еще как ребенок. Чему хочешь, поверит…»
– Бабушка! – решительно сказала Женя, словно прочитав ее мысли. – Ты Сашу не вини. Это я сама так решила – стать его женой. Я люблю его.
Баба Таня скептически посмотрела на нее и ничего не сказала. Только вздохнула и покачала головой: – Ох, Господи, Господи…
«Вот ведь, не знаешь, как и лучше», подумала она. «То переживала, глядя на нее, как она убивается и сохнет, а теперь думай, что будет дальше. Еще больше переживай. Вот он придет, я с ним поговорю!»
– Придет он сегодня к нам? – спросила она у Жени. – Или ты опять к нему пойдешь? Как его здоровье то?
– Он уже по дому ходит. Только на улицу врач пока не разрешает выходить. Но Саша сказал, сегодня он все равно к нам придет. Хочет послушать, что я сочинила нового, – оживленно сообщила Женя.
– Да, как же ему не выздороветь-то? – посмотрев на радостное лицо внучки, проговорила баба Таня. – Ты уже не отходишь от него. Третий вечер никак все с ним.
Женя вспыхнула как спичка, залилась вся краской и поспешила в свою комнату. «Разве же я так за тебя переживала, кабы ты была зрячей?» посмотрела ей вслед бабушка. Баба Таня приготовила муку и хотела замесить тесто, но все словно валилось у нее из рук. Она в сердцах сняла с себя фартук, бросила его на табуретку и пошла к внучке.
– Ты погоди-ка играть. Наиграешься еще. Давай поговорим, – сказала она, став около нее. – Вы говорили с Сашей, как дальше-то жить собираетесь? Что он-то думает? Вроде ведь желал на тебе жениться.
– Да бабушка, он сделал мне предложение выйти за него замуж, и я дала согласие, – спокойно ответила Женя. Она слегка побледнела, так как за внешним спокойствием скрывалось сильное душевное волнение. Женя опасалась вопросов на тему Сашиной прошлой жизни. Раскрывать Сашину тайну она не хотела, а лгать не умела. И поэтому боялась выдать себя.
– Мы поженимся с ним через несколько месяцев. Как только Саша купит квартиру. Мы хотим и тебя взять с собой, дать тебе отдельную комнату.
– Ишь, чего надумали! – рассердилась баба Таня. – Вы меня спросили? Куда это я пойду из своего дома? Я в нем родилась, в нем и помру. А сад наш? Разве же его не жалко бросить? И чего же ты таилась от меня столько времени? Я что тебе – чужая? – в голосе бабушки прозвучала горькая обида. – Или уже не нужна стала?
– Да что ты говоришь, бабушка! Миленькая, – бросилась к ней Женя, вытянув руки. – Ты для меня самый родной, самый близкий человек! Саша хотел сам поговорить с тобой, поэтому я и молчала. Женя обняла бабушку, мокрым от слез лицом прижалась к ее морщинистой щеке.
– Ну ладно, ладно, – растроганно промолвила баба Таня, готовая расплакаться сама. – Разве же я не хочу тебе счастья? Только и молюсь об этом. Но сердце то болит, а вдруг да что не так! Люди то разные бывают. Часто на кого больше всего полагаешься, кому больше всего доверяешь, тот к тебе спиной и поворачивается ежели что…
– Бабуля! – подняла Женя лицо и проговорила с горячей убежденностью. – Саша не такой! Ты понимаешь, я его сердцем чувствую. Я не вижу его лица, я не вижу его глаз. Я слышу только его голос! В нем бабушка столько всего, что моя душа сама рвется к нему. И я ощущаю, как его душа соприкасается с моей. Иногда мне кажется, бабушка, что наоборот, – зрячего легче обмануть, чем слепого.
– Люди порой сами обмануться рады, внученька. Внушают себе то, чего на самом деле нет. Потом спохватываются, да поздно, – задумчиво проговорила баба Таня. В душе Саша нравился ей своей серьезностью, своей добротой. Но она сама столько раз в жизни обжигалась, столько раз убеждалась в том, что внешность и внешние проявления чувств обманчивы, что давно уж перестала кому-то верить. Особенно в это время, когда у многих на душе не осталось ничего святого.
– Не переживай за меня, бабушка, – настойчиво и весело проговорила Женя. – Я тебе еще не все сказала! Только ты никому не говори, а то не поверят, будут смеяться.
– Это ты о чем? – насторожилась баба Таня. – Ну-ка выкладывай!
«Господи! Что же еще то может быть, после того, что она мне уже сказала?» с тревогой пронеслось у нее в голове. «Чего еще то они могли удумать?»
– Помнишь, я тебе рассказывала про цыганку? Как она мне нагадала, что в меня влюбится пригожий добрый молодец, у которого нет половины мизинца на левой руке? – загадочно спросила Женя.
– Ну, помню, – неуверенно ответила баба Таня. – Так вот, бабушка! Саша он и есть. У него нет половины мизинца на левой руке. И поселился он у тети Насти потому, что влюбился в меня. Чтобы иметь возможность со мной встречаться.
– Батюшки, что делается то на этом свете, – ахнула старушка и перекрестилась. – А ты не ошиблась?
– Нет, бабуля, – улыбнулась Женя. – Ему левую руку осколком повредило. Ой, если бы ты знала, как я его люблю!
– Вот как он то тебя любит, я знаю, – улыбнулась баба Таня, вспомнив, как Саша встал перед ней на колени, признаваясь в своей любви к Жене.
– А я ведь, признаться, все сомневалась. Слава тебе, Господи! Внял ты моим молитвам. Ну, занимайся, а то я тебе помешала.
После того, как исчезли переживания, терзающие ее, ранимое сердце и вновь появилась жажда жизни, в Жене с особой силой разгорелась страсть к сочинению музыки. Чем бы девушка не занималась: мыла ли полы, протирала ли пыль, которую она находила по запаху, помогала ли в чем-то бабушке, она вдруг все бросала и устремлялась к пианино. Ее нежные, тонкие пальцы нервно касались клавиш и по всему дому разносились удивительно гармоничные звуки. Они пленяли сердце случайного слушателя своей выразительностью и поневоле заставляли прислушиваться к себе. В такие моменты лицо бабы Тани выражало тихую радость. Если внучка вся растворилась в музыке, значит на душе у нее светло. А как играет-то! Женя сейчас играла не свое сочинение, а произведение великого композитора. Она словно для самой себя передавала музыкой то, что не могла передать словами. Только музыкой девушка могла выразить переполняющие ее чувства.
Как только последние звуки растаяли в воздухе, Женя вдруг услышала рядом с собой голос тети Зины, маминой двоюродной сестры: – Какая ты у нас молодец, Женечка! Я так люблю слушать, как ты играешь. Как будто дышать становится свободнее.
– Ой, тетя Зина! – безмерно обрадовалась девушка. – Я даже не слышала, как ты вошла.
– Ну и хорошо. А то бы не доиграла до конца и лишила меня удовольствия слушать тебя. Ну, рассказывай, как ты живешь? Давно я у вас не была.
– Мы с бабушкой хорошо живем, – смущенно ответила Женя, догадываясь о том, что бабушка, конечно же, рассказала тете о Саше.
– Ты мне бабушкой мозги не затуманивай, – засмеялась тетя. – Бабушка рассказала, что у тебя новый жених появился, хороший парень. Ты мне скажи – ты то его любишь или нет?
– Люблю…
– Ну и, слава Богу! Значит, все-таки дождалась своего принца. Молодец! Выходит, правильно сделала, что не послушала меня тогда. Не вышла за Николая. Ну, да ладно, не будем поминать старое. Я ведь за тобой пришла. В нашу городскую больницу приехали врачи из Чебоксарского центра по восстановлению зрения. Второй день прием ведут. Я договорилась с одной своей приятельницей, чтобы тебя им показать. Она в нашей больнице заведующей поликлиникой работает. Собирайся поживее, а то можем опоздать к назначенному времени. Бабушка пока найдет то медицинское заключение, которое вам дали в Имбирске.
= Я думаю, врачи из Чебоксар не скажут ничего нового. Диагноз установят тот же, без всякой надежды, – с горечью проговорила Женя. – Стоит ли идти мне?
– Ты должна как утопающий, за каждую соломинку хвататься. А вдруг? В последний раз вы были с бабушкой в Имбирске три года назад. Жизнь не стоит на месте и медицина тоже. Насчет денег, если потребуются на операцию, ты не волнуйся. И я помогу, и другие добрые люди найдутся. Так что давай собирайся. Не выводи меня из себя, – притворно сердито добавила тетя. Женя хотела сказать, что вопрос денег волнует ее меньше всего. Ей самой есть к кому обратиться за помощью в случае необходимости. Но вовремя прикусила язык. «Тетя Зина может неправильно понять меня. Не стоит ее обижать. Она все делает для меня от чистого сердца», – подумала Женя, начиная собираться в больницу. В душе девушки вспыхнула маленькая искорка надежды и постепенно стала разгораться все ярче. «Тетя Зина права. А вдруг?! Вдруг уже изобрели средство и от моей слепоты», с воодушевлением думала девушка.
– Подожди здесь. Я пока одна зайду, – оставила Женю тетя в коридоре поликлиники. Около кабинета, в котором вели прием врачи – офтальмологи из Чебоксар Женя прислонилась спиной к стене и сняла вязаную шапочку. Густые белокурые волосы рассыпались по плечам. Все кто проходили мимо, с большим сочувствием поглядывали на обаятельную, светловолосую девушку в черных очках. А Жене казалось, что она находится одна. В чужом, равнодушном и холодном мире.
– Ну, все. Пошли, – взяла ее за руку тетя Зина. – И не волнуйся, держись посвободнее.
Судя по голосу, Женя поняла, что врач, который ее принял, немолодой и душевный человек. Он с явным участием подробно расспросил девушку, когда и при каких обстоятельствах она начала терять зрение. Узнав о смерти ее мамы, о том, как Женя тяжело перенесла ее утрату, что она даже сейчас не может обойтись без слез, он долго сочувственно молчал. Словно о чем-то сосредоточенно размышляя.
– Так-с, ну давайте теперь посмотрим ваши глазки, – ласково промолвил он, усаживая девушку за как-то стол и устраивая ее подбородок на твердую полуовальную подставку. – Пошире, пошире раскройте глаза. Я не сделаю вам больно. Вот так хорошо. Ну что же, – вздохнул он. – Сейчас еще замерим глазное давление и на этом осмотр закончен.
Через несколько минут врач положил на Женину руку свою и с сожалением сказал: – Нечем мне вас порадовать, милая девушка. Ваши очаровательные глазки сами по себе не имеют каких-либо патологических отклонений. Все дело в нервной системе. Вы пережили страшное горе и в результате этого ослепли. Какие – либо лекарственные препараты в вашем случае, на мой взгляд, бесполезны.
Девушка слушала врача спокойно. Она подготовилась к тому, что ее диагноз подтвердится. Жаль только, было расставаться навсегда с неожиданно появившейся надеждой. Пожилой врач словно прочитал ее невеселые мысли.
– Но вы не отчаивайтесь, – мягко добавил он. – Есть у вас один шанс. Правда очень маленький, но есть. Вам может вернуть зрение чрезвычайно сильный всплеск бурных положительных эмоций.
Женя восприняла последние слова врача как слабое утешение и, грустно улыбнувшись, промолвила:
– Спасибо вам…
– Отвези меня поскорее домой, – попросила она тетю Зину. – У меня что-то голова разболелась.
Тетя Зина чувствовала себя виноватой в том, что уговорила девушку пойти к приезжим врачам, и они всю обратную дорогу молчали. Тетя довела Женю до калитки и ушла. Баба Таня только взглянула на вошедшую внучку и не стала ее расспрашивать.
– Тут только ты ушла, Наталья приходила. Передала, что опять зайдет, – сказала она так, будто Женя выходила погулять.
– Пусть заходит, – пожала плечами Женя и отдала бабушке листы бумаги. – Здесь то же самое написано. Больше я ни к кому не пойду и не поеду.
– Ну и ладно. Все во власти Божьей, вздохнула баба Таня. – Ты раздевайся, и будем обедать. Я тоже без тебя не садилась.
Раньше каждый приход самой близкой подруги становился для Жени праздником. Она спешила поделиться с нею своими самыми сокровенными мечтами. Подруга для нее являлась как бы открытым окном в остальной мир, недоступный слепой девушке. Сейчас же Женя относилась к Наташе более чем сдержанно, можно сказать настороженно. Она прекрасно понимала, что та никак не может смириться со своим поражением в отношении Саши. Он единственный из всех знакомых Наташе мужчин остался равнодушен к ее чарам. И это, видимо, настолько задело ее, что она продолжала прикладывать все усилия, чтобы завоевать его. На этом пути Женя вдруг сделалась ей неожиданной помехой и хорошо почувствовала на себе проявления плохо скрываемой ревности. Женя также отлично знала, что Наташа не выйдет замуж за Сашу, даже если он вдруг предложит ей это. Наташа и раньше не выходила замуж не потому, что был узок круг достойных претендентов на ее руку и сердце, а потому, что в глубине души не желала ни приспосабливаться к мужчине, ни чем-то жертвовать ради него. Ибо по настоящему она любила всегда только одного человека – себя. Поэтому каждый ее новый возлюбленный, кем она вначале восторгалась, потом быстро становился ей чем-то неугоден. Наталья привыкла равнодушно взирать на разбитые ею сердца, как палач на отрубленные им головы врагов своего короля.
«Неужели мне это открылось только сейчас?» спрашивала себя Женя. «Почему я раньше спокойно относилась к плохим чертам ее характера?»
– Приветики! – услышала Женя голос Наташи. Подруга появилась как всегда стремительно и плюхнулась на диван рядом с Женей. Та после позднего обеда присела немного отдохнуть, чтобы потом взяться за уборку. Хотелось до прихода Саши помыть пол и протереть пыль на мебели.
– Ой, как я устала сегодня! – потянулась Наташа. – У нас в садике ожидается комиссия, и заведующая всех на уши поставила. Заставляет все планы переписывать и новые мероприятия готовить. Официально я пришла просить тебя помочь мне подготовить музыкальное занятие со старшей группой по новой программе. Как у тебя настроение?
– Нормальное, – ответила Женя. – Если нужно, я помогу. Только скажи когда и во сколько мне прийти.
Она вытянула ноги и положила руки на колени.
– Ой, да у тебя кольцо на руке?! – с удивлением воскликнула Наташа, беря Женю за руку. – Однако ты делаешь большие успехи! Насколько я понимаю, Саша тебе уже предложение сделал?
– Да, – ответила Женя, непроизвольно закрывая руку с кольцом другой рукой. В голосе подруги она уловила открытую зависть.
– Быстро вы нашли общий язык, – усмехнулась Наташа. – Тебе можно позавидовать – такого мужика к себе приворожила. Поделись со мной опытом. Я хочу узнать, почему тебе повезло, а мне нет. Почему я такая невезучая? Впервые встретила настоящего мужчину и того лучшая подруга увела. Может, мне перекраситься в блондинку и тогда мне повезет так же как тебе?
– Помнишь, я тебе рассказывала про встречу с цыганкой? – резко оборвала Женя. – А перед Новым годом еще спрашивала у тебя, не заметила ли ты у Саши на левой руке отсутствие половины мизинца?
– Помню. И что ты хочешь этим сказать?
– Саша - это тот человек, которого мне нагадала цыганка, – с волнением проговорила Женя. Все приметы сошлись.
– Ну и дела! – пораженно произнесла Наташа. – Кому расскажешь, не поверят. Конечно, ты, не раздумывая, согласилась выйти за него замуж. Теперь мне понятно, что тут высшие силы замешаны. Но, между прочим, я хочу тебя спросить. Ты думала, как ты будешь жить с таким мужем всю жизнь слепой? Он не будет постоянно сидеть около тебя, и водить всюду за собой за ручку. А со временем, когда пылкая влюбленность пройдет, ему вообще может надоесть такая жизнь. Когда жене не столько муж нужен, сколько нянька. А появится ребенок, кто будет за ним ухаживать? Бабушка? Нужно это ему, чтобы с вами постоянно еще кто-то был? Ты же сама всегда твердила мне, что никогда не выйдешь замуж. Не хочешь быть никому обузой. А теперь изменила свое решение? Мне кажется, ты поступила неверно. Ты пойми, я желаю тебе только добра. Ваш брак никому из вас не принесет счастья. Тебе и так нелегко живется, а то еще плюс ко всему добавится разбитое сердце. Зачем тебе это надо? Страдать самой и заставить страдать другого человека. В принципе это, конечно, твои проблемы, но мне, честное слово, тебя жаль!
Жестокие слова подруги прозвучали для Жени как удар ножом прямо в сердце. Ей казалось, что она не может ни вдохнуть, ни выдохнуть. Ее лицо окаменело. Собрав воедино все силы, девушка сумела вымолвить только одно слово: – Уходи!
– Я уйду! – поднялась Наташа. – Сейчас ты на меня обиделась, а пройдет время – скажешь спасибо.
Когда после скорого ухода Натальи встревоженная баба Таня заглянула к внучке, та лежала неподвижно на спине, вытянув вдоль тела руки. Услышав приближение бабушки, Женя повернулась на бок, лицом к стене.
– Бабуля, – глухим голосом произнесла она. – Если Саша придет, скажи, что у меня сильно болит голова. Я не смогу с ним разговаривать сегодня.
Глава 26 по ссылке https://dzen.ru/a/aM1yrxC8SxImIrwJ