Зал аплодировал. Ноги тряслись. Кристина сделала нетвердый шаг на сцену и встала в начальную точку. Вокруг все искрилось и сверкало. В глаза ослепительно били софиты. Гремела музыка. Сотни взглядов восторженно уставились на ее точеную фигурку в сияющем платье. Кристина зажмурилась.
Ей хотелось бежать отсюда куда подальше. Она сделала еще один неуверенный шаг и замерла.
Мать сидела в первом ряду. Кристина видела ее надменный, но счастливый взгляд. Это был ее звездный час. Она гордилась своей куклой, которую восемь лет наряжала и причесывала. А музыка все играла, но Кристина не двигалась.
— Кристина, иди! Иди! — шептала мать, привстав с кресла.
Но дочь словно окаменела. Она стояла посреди подиума, как восковая фигура. В зале послышался ропот, сначала тихий, потом громче. Кто-то из подростков достал телефон и начал снимать, а Кристина не двигалась.
— Что происходит? — шептали в первых рядах.
— Я не хочу! — вдруг крикнула Кристина. — Не хочу быть моделью! Вешалкой для платьев! Я живой человек! У меня есть душа!
Ее звонкий голос усиливали микрофоны, расставленные по периметру сцены и подиума.
— Это твои мечты, мама, а не мои! — бунтовала Кристина. — Я не твоя кукла!
Мать побледнела, Елена Сергеевна ахнула. Ведущий в пиджаке с пайетками выбежал на сцену. Глупо улыбаясь зрителям, он попытался увести Кристину, но она вырвалась. Красная от стыда и возмущения Жанна выскочила из зала.
— Восемь лет ты делала из «серой мышки» куклу! — кричала ей вслед Кристина, размазывая тушь вперемешку с румянами и пудрой. — Да, мама? Оказывается, я никто без тебя, игрушка!
Потом все стихло. Кристина шумно выдохнула. Зал молчал. Все сидели, как парализованные. Кристина сделала неуверенный шаг по глянцевому подиуму, споткнулась, скинула неудобные туфли и босиком сбежала вниз. Изящные туфельки на тонких шпильках остались сиротливо лежать на подиуме.
Первый шок начал постепенно отступать. Зрители постарше принялись ворчать:
— Что за поколение растет!
— Неблагодарная!
— Мать в нее столько вложила!
А подростки, напротив, принялись аплодировать. Какая-то молодая женщина крикнула:
— Молодец, девочка! Правильно сделала!
Ведущий включил музыку громче и объявил следующую участницу. Но никто уже не смотрел на подиум. Все обсуждали случившееся. В соцсетях уже появились первые видео.
Кристина босиком выбежала на улицу. Накрапывал холодный октябрьский дождь. Шлейф дорогущего платья волочился по мокрому асфальту. Стразы отклеивались и осыпались на тротуар. И вскоре за Кристиной уже тянулся блестящий след.
Было холодно. Телефон она забыла в гримерке, денег тоже не было. Они остались в маминой сумке. Кристина брела сама не зная куда. Прическа за семь тысяч вся намокла, развалилась и напоминала воронье гнездо.
Кристина дошла до парка и села на мокрую лавочку. В голове крутились строки ее последних стихов. Кристина писала их с самого детства и прятала от мамы. Та все равно бы не поняла и не оценила. Мама считала талантом умение красиво ходить по подиуму и улыбаться судьям.
— Поэты и художники умирают в нищете, — любила повторять мать.
Кристина вспомнила, как учительница литературы Мария Ивановна однажды сказала:
— Пиши! У тебя талант от бога!
Жанна искала дочь сначала во Дворце культуры. Но нашла только телефон в гримерке и брошенные на подиуме туфли. Жанна поняла, что капризная дочь сбежала. Они как-то с ней разминулись. Жанна позвонила бывшему мужу Игорю.
— Сбежала прямо с подиума! — кричала в трубку Жанна. — Устроила истерику и сбежала!
— Может, это к лучшему? — сказал бывший муж. — Ты же видишь, девочка не хочет быть моделью.
— Ах, не хочет?! — возмутилась Жанна. — Можно подумать, я хотела идти в экономический. А теперь я мать! И я принимаю решения, куда ей идти! Да я все для нее делаю! Я живу для нее!
— Ты это делаешь для себя, — возразил Игорь.
— Обойдусь без твоих советов! — огрызнулась Жанна и бросила трубку.
Из Дворца культуры Жанна поехала к подруге Кристины Маше. Дверь открыла ее мать.
— У нас Кристины нет, — сказала она холодно. — И знаете, я считаю, что ваша дочь правильно поступила! Замучили вы ее своими конкурсами! Совсем детства лишили!
Жанна металась по городу четыре часа, парки, торговые центры, кафе. Она обошла все места, где любила собираться молодежь. Но девушку в конкурсном платье никто не видел. Зато многие успели посмотреть скандальное видео с конкурса «Юная Краса России».
Жанна вернулась домой уже в сумерках. Она вымыла руки и умылась, но слезы текли и текли сами по себе.
— Какая же я стала старая и неухоженная, — подумала Жанна, глядя в зеркало. — Еще ранний климакс… И одиночество. А теперь еще и дочь сбежала.
На кухонном столе лежали документы: заявка на следующий конкурс красоты, чеки за платье, расписание репетиций. Жанна со злостью смахнула бумаги со стола. И вдруг на пол шлепнулась тетрадь со стихами. Самая обычная тетрадка в клетку на сорок восемь листов.
Кристина исписала ее от корки до корки и теперь завела новую. А старую оставила на столе, видимо, забыла убрать. Жанна не сразу поняла что это. Но узнала почерк дочери и стала читать.
Там были десятки стихов о свободе и о праве на ошибку, о мечтах и хрустальной клетке. А еще в тетрадь было вложено приглашение на отборочный тур конкурса юных поэтов.
Жанна и не знала, что дочь писала стихи. Причем весьма талантливые. Почему она это скрывала? А ведь Жанна всегда считала дочь лентяйкой и бездарностью.
Между последним листком и обложкой лежало ее старое фото с кастинга в модельное агентство. Жанне на фото было всего двадцать. Длинноногая, с горящими глазами. Жанна перевернула фотографию. На обороте была надпись, сделанная Кристиной: «Мама, тогда ты была свободной. Почему не даешь свободы мне?»
Ближе к одиннадцати Жанна услышала шорох в прихожей. Дверь она не запирала, ждала возвращение дочери. Вошла Кристина в испорченном платье, какой-то ветровке с чужого плеча и мужских кроссовках на босу ногу.
— Где ты была? — набросилась на нее мать — Я с ума сходила!
— В библиотеке, — огрызнулась Кристина. — Мам, надо поговорить.
— Поговорить? После того, что ты устроила? Ты опозорила нас на весь Воронеж! Где ты вообще шлялась в таком виде столько времени?!
— Я больше не буду участвовать в конкурсах, — заявила Кристина. — Никогда. Или ты принимаешь это, или я ухожу к папе. Он готов забрать меня к себе. Он собирается переезжать в Москву. Я хочу поехать с ним.
— Ты была у него?
— Да. Он ждет моего решения.
— Умывайся и ложись спать! — проворчала мать. — Завтра поговорим!
Уснуть в ту ночь Жанна не смогла. Она вспоминала юность, вспоминала, как мечтала стать моделью. Но уступила матери и пошла в экономический. Потом родилась дочь, и она пыталась воплотить в ней свои мечты. Жанна встала и на цыпочках прошла в спальню Кристины, та тоже не спала.
— Я читала твои стихи, — сказала мать. — Они... талантливые. Я не знала, что ты можешь так писать, прости. Я, правда, не знала…
— Ты не хотела знать, мам. Ты видела во мне только себя!
— Да! — сказала Жанна. — Но это потому, что в свое время мне не дали стать свободной. А я мечтала так же, как и ты!
И Жанна заплакала. Она впервые позволила себе заплакать при дочери. Кристина подошла к ней и обняла.
— Мам, ты еще молодая. Ты можешь делать все, что ты захочешь. Ты можешь все изменить!
— Что я могу изменить, старая, уставшая женщина?
— Ты красивая, мам. Просто ты не веришь в себя.
В соцсетях еще неделю обсуждали скандал на конкурсе красоты. Елена Сергеевна даже написала в родительскую группу: «От Кристины мы такого позора не ожидали». Жанна не стала читать другие комментарии и покинула все сообщества.
Испорченное конкурсное платье она отстирала, отреставрировала и выставила на продажу. Первые покупатели появились через неделю. Это были мама с дочерью. Платье сидело на девочке идеально, но та состроила недовольную мину и шепнула матери:
— Я не хочу платье, оно дорогое. Давай, лучше купим планшет для рисования?
Женщина неловко улыбнулась и вздохнула:
— Капризная!
— Покупайте планшет, — сказала Жанна. — Нет, правда, если девочка хочет рисовать, покупайте!
Посетители ушли ни с чем. Из комнаты выглянула Кристина.
— Продала?
— Нет, — сказала мать. — Даже настаивать не стала. Девочка хочет рисовать. Так, пусть рисует.
— Мам, ты молодец! — улыбнулась Кристина. — Оказывается, я тебя совсем не знала по-настоящему.
В глубине души Жанна, конечно, переживала, но виду не показывала. Она записалась к психологу в реабилитационный центр для женщин. Кристина забросила платья и шпильки на антресоли. И переоделась в любимый оверсайз.
В их доме воцарился покой. Не стало утренних взвешиваний, репетиций и примерок. Кристина по-прежнему писала стихи, но они были уже не про клетку, а про полет и про выбор.
В Москву на литературный конкурс они поехали вместе. Жанна сидела в зале и слушала, как дочь декламирует собственные стихи. Слушала и плакала. На сей раз это были слезы гордости за дочь, которая нашла свой путь.
— Может, мне на курсы стилистов пойти? — как-то сказала мать. — Моделью мне уже не быть. Может, модельером стану?
— Почему бы и нет? — поддержала ее Кристина. — В жизни надо что-то менять.
Конкурсное платье они так и не продали, оно до сих пор висит в шкафу как напоминание.
Иногда Жанна открывает дверцу, смотрит на него и вздыхает, но уже с облегчением. У нее теперь новая жизнь, своя собственная. Запоздалая, не простая, но своя, курсы стилистов, новая работа и новые отношения. 🔔СКАЖИ АВТОРУ❤️СПАСИБО❤️ОТПРАВЬ❤️ДОНАТ 👈