Предыдущая часть:
Надежда, попрощавшись, направилась к маме. Мишка вёл себя как-то необычно. Обычно сын был полон энергии, а тут весь вечер строил башню из конструктора и даже уроки выполнил без единой ошибки. Надежда насторожилась, но была слишком огорчена беседой с пожилым мужчиной.
Несчастного отца, лишившегося сына, было искренне жаль.
А на следующий день в школе прояснилась причина поведения Миши. Оказалось, что в пятницу он ввязался в драку. Да не с кем попало. Недавно в их класс перевёлся сын местного предпринимателя, владельца фабрики по фамилии Савинов.
Тот был неприятным, заносчивым мальчишкой. Надежда искренне радовалась, что сын Савинова ещё слишком мал и ей не приходится преподавать ему химию и биологию.
— Надежда Николаевна, вы же понимаете, мне скандалы ни к чему, — выговаривал ей директор в своём кабинете. — Поведение вашего ребёнка по настоянию отца пострадавшего сегодня будет обсуждаться на родительском собрании.
— Да вы что, это просто мальчишеская потасовка, — попыталась оправдаться Надя.
— Ага, так и вырастают нарушители, — парировал директор. — Ваш сын причинил мальчику ушиб, нос ему повредил.
— И есть подозрение на сотрясение мозга, — добавил он. — Как думаете, есть повод для волнения?
— А я думаю, отец Савинова сильно преувеличивает, — отстаивала она позицию. — Вы же из моего сына какого-то злодея лепите.
— А у меня есть официальная жалоба, и в ней всё подробно изложено, — заявил директор. — Так что вам не помешало бы помнить о своих учительских обязанностях не только в стенах школы, но и в семье.
Надежда вышла из кабинета с дрожью в коленях. Она отыскала Мишу на перемене.
Сын рассказал, что Костик долго измывался над двумя девочками-близняшками, Милой и Кирой, а Миша просто вступился за них. Но более крупный и сильный второгодник Савинов повалил его. Миша защищался и случайно попал ему в нос. После этого Костик кинулся звонить отцу.
— Мам, я не хотел тебя огорчать, — тихо сказал Мишка. — Думал, может, обойдётся без шума.
— К сожалению, не обошлось, жалобу подали, — вздохнула Надежда.
— Да, я слышал, Костик сегодня хвастался, — ответил сын с тяжёлым вздохом. — Сказал, что мы все из школы вылетим: и ты, и я, и те сестрёнки.
— Ну, это мы ещё посмотрим, — решительно произнесла Надя. — Никому не позволено запугивать других.
— Они же богатеи, — вздохнул её сын с такой грустью, что у Надежды защемило сердце. — Только папе не говори.
— Он же с этим Савиным знаком, — добавил Миша. — Всё мечтал сблизиться с ним получше.
— Помнишь, в начале года встречал меня, подходил, руку ему жал, — напомнил он.
— Ох ты! Нет, я не знала, — протянула Надежда. — Ладно, давай ты после школы к бабушке пойдёшь, а я останусь на родительское собрание.
Миша кивнул и прижался к ней, а потом побежал в класс. До вечера Надежда сидела как на иголках.
Даже в задаче по химии упустила важный аспект на потеху восьмиклассникам, но к собранию совсем расклеилась. Да ещё и в кабинете, где оно проходило, стояла невыносимая духота.
— О, а вот и главная виновница, — пробасил Савинов, заметив Надежду. — Мать Сидова, главного задиры класса.
— А ведь она ещё и педагог, — добавил он саркастически.
— Знаете что? Не устраивайте здесь судилище, — отрезала она. — Ваш сын измывается над другими детьми.
— Логично, что однажды кто-то даст ему сдачи, — продолжила Надежда.
— Вот, значит, как, — Савинов повернулся к другим родителям. — Видите? Все они здесь заодно, но мы, родители, не станем молчать.
— Сядьте и давайте начнём собрание, — пискнула из угла молодая учительница. — Итак, обсуждаем инцидент.
— Да что тут обсуждать? — бухнул кулаком по столу громила Савинов. — Сидова из класса исключить.
— Его мать уволить, — добавил он. — Требую голосования.
— Кто за? — продолжил Савинов. — Учтите, я за ремонт в этом классе платил и новые компьютеры в школу куплю.
— А если не проголосуете правильно, будут ваши дети учиться на старых машинах в обшарпанных стенах, — пригрозил он.
Родители один за другим поднимали руки. Надя смотрела на тех, с кем часто мило беседовала в школьных коридорах, и не понимала, почему люди стали такими робкими. Она прикрыла глаза, чтобы не видеть этого позора, и вдруг услышала голос.
— Я против, — встал папа девочек-близняшек. — Вы не имеете права.
— Миша защитил моих дочерей от Кости, — продолжил он. — Да ваш сын уже всю школу достал.
— Но другие родители, видимо, молчат и ждут, пока их дети начнут просить о помощи, — добавил Максим.
— Да кто ты такой? — рявкнул Савинов. — Хорошо подумал, прежде чем вмешиваться?
— Я онколог, спасаю жизни ежедневно, — резко ответил ему Максим. — А вот в полезности вашей фабрики сомневаюсь.
— Как там ваш суд с экологами? — добавил он. — Не анали сбрасывают стоки в реку?
И тут произошло невероятное. Иначе Надежда это и назвать не могла. Лес рук, выросший первоначально, заметно поредел. Светлана Ивановна подсчитала голоса. С перевесом в один голос победила Надежда. Савинов заорал, затопал ногами. А Надежда стояла, чувствуя, как подгибаются ноги. Потом собралась, побрела к выходу, а затем вернулась, чтобы поблагодарить Максима.
— Спасибо вам, — прошептала она.
— Я не мог оставить женщину в беде, — ответил он.
— Кстати, Надежда Николаевна, если что, мои девочки тоже готовы защищать Мишу, — добавил Максим. — Я еле отговорил их сегодня идти сюда.
— Вы воспитали хорошего сына, — заключил он.
— Спасибо, — отозвалась Надя. — Простите, а вы упомянули, что вы онколог?
— Да, оперирую в городской больнице, но в основном тружусь в частной клинике у бывшего однокурсника, — пояснил Максим. — Выхаживаем тех, от кого отказалась государственная медицина.
— Ой, а я бы хотела оплатить вашу консультацию, — сказала Надежда. — Правда, пациент, может, этому не рад.
— Ещё один отчаявшийся, — добавила она с грустью.
— А что произошло? — поинтересовался Максим. — Даже диагноза не знаю, но человек уже в хосписе.
И Надежда рассказала о несчастном пожилом мужчине, потерявшем сына.
— Понимаете, он жить не хочет, — объяснила она. — Какое тут лечение?
— Нет, платить не надо, — отмахнулся Максим. — Просто укажите, где он находится, а я по своим каналам запрошу историю болезни.
— Спасибо ещё раз, — улыбнулась Надежда. — Понимаете, у этого человека больше никого не осталось.
С собрания она поехала домой. Не было сил пересказывать маме всю эту историю, так что только написала сыну, что всё уладилось. Знала, что Мишка ждал новостей. А дома было пусто и темно.
Надежда удивилась. Муж давно должен был вернуться. Она набрала его номер, но никто не ответил. Сделала ещё несколько попыток. В итоге сидела до полуночи, уставившись в тёмное окно. Глаза слипались, а она всё равно набирала номер, чувствуя себя совершенно одинокой. На работу она пошла разбитая, в плохом настроении. А днём, как раз в перерыве между уроками, неожиданно зазвонил телефон. Она быстро ответила, но услышала голос не мужа, а Максима.
— Ну что, навестил я вашего дедушку, — сообщил он. — Вполне себе бодрый характер проявлял.
— Ух, здорово! — обрадовалась Надежда. — А историю болезни смотрели?
— Да, и даже выявил неточность, — ответил Максим. — В общем, забрал я его из того заведения.
— Пройдёт курс лечения, — добавил он. — У нас в клинике есть фонд для таких случаев от спонсора.
— Не ту стадию ему определили, — пояснил врач. — Поживёт он ещё при верном подходе.
— Он же на живой труп похож, — не могла поверить она.
— Понимаете, у вашего знакомого сильное истощение, — объяснил Максим. — Он годами недоедает, морил себя голодом.
— Оттого и выглядел так плохо, — добавил он. — Но не переживайте, случай не безнадёжный.
— Здорово-то как! — обрадовалась Надя. — А можно его будет навестить?
— Конечно, позвоните, я встречу, — ответил Максим. — Только посещения у нас с шестнадцати часов.
— Хорошо, запомню, — отозвалась Надежда и попрощалась. Пора было идти на урок.
Вечером они вместе с Мишей вернулись домой. Мужа всё ещё не было. Телефон по-прежнему молчал. Надежда отправила сына делать уроки.
Сама же безуспешно пыталась дозвониться ему вновь, но вместо этого получила новости от Даши. Она позвонила сама, что было крайне необычно, да ещё чуть не в слезах.
— Этот дом точно проклят, — кричала она в трубку. — Представляешь, я сегодня днём немного подремала, а проснулась — смотрю, в огороде двое мужчин с металлоискателем шастают.
— Такие уголовные типы, — добавила Даша. — Я Петру сказала, что мы здесь не останемся.
— Подожди, подожди, — остановила её Надя и рассказала историю бывшего хозяина дома.
— Это что получается? Мы вместе с домом какой-то клад приобрели? — поинтересовалась Даша после секундной паузы.
— Слушай, надо тогда самим всё перекопать? — предложила она. — Приедешь?
— А знаешь что? Пусть твой Пётр сам лопатой помашет, — отказалась Надя. — Я же говорю, ничего там нет.
— Но всё равно стоит проверить, вдруг этот дед забыл что-то, — пробормотала Даша. — Ладно, сами управимся.
Надежда положила трубку, и тут пришло сообщение от мужа: "Не звони, я в командировке, связи нет". Она пожала плечами. До конца недели всё шло без потрясений.
Надежда радовалась, что инцидент с сыном разрешился. Максим же информировал её о ходе лечения почти ежедневно. Были заметны первые улучшения в состоянии Игоря Семёновича. А в выходные Надежда поехала его навестить.
Врач сам провёл её в палату, и это место резко отличалось от хосписа, но пациент выглядел заметно лучше.
— Да уж, кормят здесь от души, — сразу сказал ей пожилой мужчина. — На пенсию так не разгуляешься.
— А в бараке у меня свет и газ за долги отключили, — добавил он. — Не на чем готовить было.
— Вот и перебивался с хлеба на воду, — заключил Игорь Семёнович.
— Ну и дела! — возмутилась Надя. — С этим мы разберёмся, но сейчас главное — лечение.
— Вы главное с врачами не спорьте, — посоветовала она.
— Здесь не забалуешь, — сообщил Игорь Семёнович. — А вот как ты думаешь, если недуг отступит, может, и сын отыщется?
— Ну, видишь, чудеса случаются, — отозвалась Надя дипломатично. — Вы главное сосредоточьтесь на выздоровлении, чтобы было кому сына встречать.
Она просидела у него почти до вечера, а потом ещё час расспрашивала Максима о состоянии Игоря Семёновича. Оказалось, что из-за истощения анализы действительно были ужасными. Потому-то и случилась ошибка в диагнозе, но теперь имелись все шансы на улучшение.
В итоге Максим проводил её до дома, а затем поспешил к дочкам, которые проводили время с его мамой. Надежда же смотрела вслед врачу и осознавала, что уже привыкла к нему. Их общение стало приятной отдушиной на фоне многочисленных проблем. А на следующий день из командировки вернулся Валера, бросил сумку и быстро прошмыгнул в ванную, заперся там и включил воду. Надежда удивилась такой поспешности. Обычно муж сначала требовал кофе, а уж потом занимался гигиеной. Валера всё не появлялся. Было ощущение, что он надеялся на её уход из дома, а Надежда решила из принципа остаться. В итоге легла на диван с книгой.
Муж наконец вышел. Причём шея у него сильно отличалась по цвету от лица и кожи на груди. Под толстым слоем тонального крема отчётливо проглядывал свежий след. Даже не синяк, а засос, практически отпечаток чужих губ. Надежда резко села на диване.
— И кто же это в командировке оставил тебе такой сувенир на прощание? — спросила она. — Деловые партнёры?
— Надя, не заводись, пожалуйста, — попросил Валера, поморщившись.
— А почему нет? Скажешь, случайность? — продолжала она. — Нет, это, наверное, в лифте коллега поскользнулась и оставила отметину.
Продолжение: