Предыдущая часть:
А за дверью послышались шаги. Надя поспешила отодвинуть засов.
В комнату вошёл Валера, раздражённый, с сумкой в руках.
— Нужно уезжать, на работе возникли срочные вопросы, — он привычно чмокнул жену в щёку. — Ты ведь останешься? Кому-то надо завершить прополку этого огорода.
— Куда же я денусь? — обиженно отозвалась Надежда. — А ты, может, вернёшься ещё?
— Мы и так почти всю неделю не виделись, — добавила она с упрёком.
— Надя, ну ты же видишь, одно дело за другим, — отмахнулся он. — Ты же не хочешь, чтобы меня сократили?
— Так и сына почти не замечаешь, — заметила она с укором.
Но Валера уже закрывал за собой дверь. Она снова посмотрела в сад, но там уже стемнело. Где-то в доме заплакал маленький Митя.
Раздались голоса Даши и Марии Павловны, а Надежда, вздохнув, начала стелить постель. На удивление, на даче она прекрасно выспалась. Возможно, благодаря свежему воздуху.
Но утром, тем не менее, Надежда поднялась с постели полной энергии, быстро выпила кофе и направилась в огород. Нашла в сарае другую лопату, поновее.
К обеду она перекопала добрую половину грядок, включая то место, что отмечено на карте. Но ничего не обнаружилось. Зато свекровь вышла во двор к обеду и встала за её спиной, как надсмотрщик.
— Ну что ты здесь ковыряешься? — пробурчала она. — Решила в кладоискатели податься?
— Да нет, хочу поскорее подготовить грядки, — ответила Надежда спокойно. — Вы же сами хотели морковь посеять.
— Ну вот, к вечеру можно будет начать, — добавила она.
— Ой, да у меня и семян-то нет, — рассмеялась свекровь. — Ну ты расторопная, надеешься за день всё управить, а потом отлынивать от работы?
— Нет, милая, этот дом теперь наша общая ответственность, — продолжила она. — Каждые выходные будем приезжать.
Надежда трудилась до вечера, до боли в шее и спине. Даша оценила её усилия, накрыла стол к ужину, заварила крепкий чай. Свекровь же укачивала малыша.
В итоге две молодые женщины остались наедине. И Надежда решила подробнее расспросить о прежних владельцах.
— Слушай, а как вы вообще этот дом приобрели? — поинтересовалась она. — Такой участок запущенный, просто ужас.
— Ай, знаешь же, Пётр на своей машине для мусора не миллионы зарабатывает, — вздохнула Даша. — А мы больше не могли позволить себе снимать квартиру.
— Ну не сваливаться же к вам на голову, — добавила она. — Вот и искали вариант подешевле.
— А тут подвернулся такой выгодный, — продолжила Даша. — Мужчина был в возрасте, одинокий и продавал недорого.
— А где он теперь? — спросила Надя. — Даже странно. Вы купили так дёшево. То куда он сам подался?
— У него вроде в городе ещё квартира имелась, — пожала плечами Дарья. — В документах адрес указан, а этот дом, говорит, с ним плохие воспоминания связаны.
— У него сын был, уехал на вахту и исчез, — объяснила она. — Этот старик много лет его ждал, но в итоге сдался.
— Решил продать дом, но обязательно молодой семье, — добавила Даша. — Вот нам и повезло.
— Да ты сама подумай: шесть комнат, печка в порядке и участок солидный, — продолжила она с воодушевлением.
— А как старика зовут? — поинтересовалась Надя.
— Игорь Семёнович Клюев, — ответила та, взглянув на неё с подозрением. — Но я тебе его имя не называла.
— Ты вообще зачем это расспрашиваешь? — добавила она. — Ты что, хочешь его отыскать? Сказать, что он продешевил?
— Да нет, ты что, ерунда какая, — улыбнулась Надя. — Мне просто подкова не даёт покоя.
— Неужели он здесь лошадь держал? — продолжила она.
— Ой, да это деревня, — рассмеялась Даша. — Перестань. Здесь у каждого свои причуды.
— Может, этот дед любил в кладоискателя играть? — предположила она. — Когда мы приехали, по огороду ям было накопано, ты не представляешь.
— Слушай, а дай мне его городской адрес, — попросила Надя.
— Ну ладно, — пожала плечами Даша и полезла за документами. — Только учти, если из-за тебя возникнут проблемы с домом, сама будешь разбираться.
— Да я только про подкову спросить, — ответила Надя, фотографируя адрес на телефон. — Не беспокойся, пусть думает, что к нему заглянул ценитель старины.
— Сама знаешь, пожилые люди обожают поговорить, — добавила она.
— Э, точно, тот дед постоянно болтал, — кивнула Даша. — Всё про сына своего рассказывал.
— Мы с ним, пока дом осматривали, целую стопку альбомов пересмотрели, — продолжила она. — Думали, никогда не закончит.
— Но ради такой цены можно было потерпеть, — заключила Даша.
— И чем это вы здесь занимаетесь? — в комнату вошёл Пётр. — Меня в этом доме вообще кто-нибудь кормить намерен?
— Ой, сейчас, — засуетилась Даша, убирая документы. — Надя просто интересовалась бывшим хозяином дома.
— Любопытство кошку сгубило, — авторитетно заявил Пётр. — Послушай, чего ты суёшь нос в наши дела?
— За своим мужем уследить не можешь, — добавил он саркастически.
На следующее утро Надежда собралась домой. Даша уговаривала остаться хотя бы ещё на день, но Надежда отказалась. Сослалась, что ещё нужно проверить тетради, а потом поспешила к электричке.
— Вот вечно ты так, — шипела за спиной свекровь, когда невестка шла к калитке. — Люди в гости позвали, а ты ведёшь себя не по-людски.
— Это работа, — огрызнулась Надя. — Работать вы меня сюда позвали, как будто я в каком-то подневольном положении.
Она хлопнула калиткой и заторопилась на станцию, чувствуя спиной пронизывающий взгляд. Свекровь явно была недовольна её поведением, а главное, наверняка за это поведение Наде предстояла какая-то отплата.
Мать мужа не забывала обид и пренебрежения, но сейчас на это было наплевать. Этот необычный дом и его бывшие обитатели будоражили мысли.
А в городе она сразу направилась по адресу из документов. Долго звонила, стучала в дверь квартиры. Условия жизни здесь можно было назвать весьма скромными. Квартира находилась в бараке, в одном из старейших районов города, ныне превратившихся в окраину.
Никто не открывал. Зато через десять минут в коридор выглянула бабушка, подслеповато щурясь.
— Ну что ты стучишь да барабанишь? — сердито возмутилась она. — Сейчас в полицию сообщу.
— Я к Игорю Семёновичу, — сказала Надя, смутившись. — Его что, нет дома?
— Не живёт здесь Игорь больше, — ответила бабушка. — Ты из соцслужбы, что ли? Ваши должны были знать, что его в богадельню увезли.
— В какую именно? — удивилась Надежда.
— В православный хоспис, — пояснила бабуля, покопавшись в карманах. — Улица Победы, дом семь. Помирает Игорёк.
— Недолго ему осталось, — добавила она с вздохом. — Эх, так и не увидится со своим сыночком.
— А давно он там? — поинтересовалась Надежда.
— Да как дом продал, так и засобирался, — вздохнула бабушка. — В бесплатной больнице помочь уже не смогли.
— Домой отослали умирать, — продолжила она. — А кто за ним в бараке ухаживать будет? Вот и продал дом от безысходности, чтобы в богадельню пожертвовать.
Надежда попрощалась со словоохотливой старушкой, а потом поехала по указанному адресу. Ей казалось крайне важным разобраться во всём поскорее.
То, что бабушка именовала богадельней, оказалось вполне достойным заведением. Это была сестринская служба милосердия, своего рода хоспис при монастыре.
Её встретили там вежливо и без задержек пропустили к мужчине.
Игорь Семёнович удивился гостю, а купленным Надеждой пряникам обрадовался, но выглядел он действительно плохо. Тощий, измождённый, с ввалившимися щеками и лысой, как шар, головой.
— Вы кто такая? — поинтересовался он.
— Меня зовут Надежда, — ответила она. И вкратце изложила историю с подковой.
Пожилой мужчина в неё не сразу поверил.
— Вы ведь не из-за этого здесь, верно? — заметил он. — Но, в принципе, можете не придумывать дальше.
— Хотите узнать, почему я расстался с домом? — продолжил Игорь Семёнович. — Просто не мог терпеть воспоминаний.
— Я ведь сына один растил с двенадцати лет, — объяснил он. — Севушка мой вырос хорошим парнем.
— Всё мечтал стать геологом, как дед, — добавил мужчина. — Отец моей покойной жены был известным специалистом в этой сфере.
— Выходит, ваш сын стал геологом? — поинтересовалась Надя. — И пропал в экспедиции?
— Да, он много лет проводил в экспедициях, — подтвердил Игорь Семёнович. — Я привык к его отъездам, не тревожился, но в последний раз, пять лет назад, он не вернулся.
— Я пытался связаться с руководством, но мне сообщили, что Сева уехал с прииска, как обычно, с зарплатой, — продолжил он с горечью.
— Я подал заявление в полицию, но никого не нашли, — добавил мужчина. — Только отписки присылали.
— А вы сами не пробовали его разыскать? — Надя смотрела выжидающе.
— Да что я мог, больной пожилой человек, — чуть не всхлипнул он. — Ездил, опрашивал, всё без результата.
— А потом начались неприятности, — продолжил Игорь Семёнович.
— А у вашего сына имелись недоброжелатели? — поинтересовалась Надежда. — Может, кто-то желал ему зла?
— Да какие там недоброжелатели, — рассмеялся мужчина. — Севка был безобидным, как мотыль.
— Понимаете, — решилась Надежда на откровенность. — Ваш огород кого-то очень интересует.
— Какие-то посторонние люди пытаются отыскать там какой-то ящичек, — добавила она.
— Это уже пять лет тянется, — махнул рукой Игорь Семёнович. — Сын работал на приисках, искал месторождения золота и платины.
— Про нас такие сплетни ходили, просто кошмар, — продолжил он. — Все полагали, что сын на огороде клад зарыл.
— Я уж на это рукой махнул, — добавил мужчина. — Ведь почти каждую ночь после исчезновения Севы новые ямки появлялись.
— Интересно, а откуда эти сплетни взялись? — удивилась Надя. — За столько лет должны были утихнуть.
— Людская молва такая, — вздохнул пожилой мужчина. — Все уверены, что он золото с приисков воровал и здесь прятал.
— Но ничего там нет, — заверил он. — Это просто байки для доверчивых.
— А вы вообще чем страдаете? — спросила Надя с заботой. — Может, я помогу с лекарствами или ещё чем-то?
— Навещать вас могу, — предложила она. — Тут наверняка одиноко.
— Эх, девочка, в хоспис приезжают уходить из жизни, а не лечиться, — грустно улыбнулся Игорь Семёнович. — Да и жить мне вроде незачем.
— Сына нет, так какой смысл дальше тянуть? — добавил он. — Я уж теперь спешу на тот свет, чтобы с ним встретиться.
— Понятно, — вздохнула Надя. — Простите, что потревожила.
— Ну ничего, ничего, — отозвался Игорь Семёнович. — А вообще, заходите ещё, буду рад.
Продолжение: