Предыдущая часть:
Надежда выходила из себя и уже не могла остановиться. — Самому не смешно?
— Ну да, был не в командировке, у любовницы, — признался муж. — Довольна? Легче стало?
— Представь себе, — возмущённо ответила она. — Я тут с ума схожу, ты на звонки не отвечаешь.
— В итоге просто где-то развлекался, — добавила Надежда с горечью.
— Она не просто, — возразил Валера. — Мы любим друг друга, и Варя ожидает ребёнка.
— Прекрасно! — отреагировала Надежда. — А мы с существующим ребёнком, значит, пустое место?
— Учти, мирного развода не будет, — предупредила она. — Ты сам напросился.
— Да перестань, я пытался сохранить семью, — уверенно заявил муж. — Просто всё пошло не по плану.
— А теперь это так называется, — съязвила Надя. — В общем, я уезжаю к маме, а завтра подам на развод.
Она в слезах выскочила из комнаты и начала собирать вещи. Потом взялась за вещи Миши. Хорошо, что сын остался у бабушки и не видел этого скандала. В итоге с сумками на такси доехала до мамы. Та сразу всё поняла и лишних вопросов не задавала. А вот с Мишей пришлось поговорить. Сын принял новость о предстоящем разводе не слишком радостно. Правда, сам понимал, что родители уже почти не общались.
На следующий день Надежду снова вызвали к директору. Из кабинета, прямо перед ней, с наглой ухмылкой вышел Савинов. У неё замерло сердце.
Директор с порога сказал:
— Ну что, Сидова, снова жалоба на вашего сына? Что делать будем?
— Дмитрий Александрович, вы же с самого начала встали на его сторону, — ответила Надежда вопросом на вопрос. — И, кажется, решать по-хорошему не намерены.
— Мне проблемы ни к чему, — огрызнулся тот. — А вот уважаемый человек просит защитить своего ребёнка от нападок вашего сорванца.
— Да, по-вашему, Савинову исправительная колония уже светит в восемь лет, — заявила Надя. — Всё ясно. Давайте бумагу и ручку.
— Зачем это? — изумился директор. — Я вашу жалобу всё равно не приму.
— И прекрасно, — отозвалась Надежда. — А вот заявление на увольнение и перевод сына в другую школу вы обязаны принять.
— Я ухожу, а так как отпуск не отгулен, его и засчитаете в счёт отработки, — добавила она.
— Да кто вас посреди учебного года возьмёт? — усмехнулся директор.
— Вот и проверим, — ответила Надежда и набрала номер. — Тамара Рустамовна, здравствуйте, это Надя Сидова.
— Вашей школе нужен предметник? — продолжила она. — Да, и для Миши место во втором классе.
— Сегодня можно? — спросила Надя. — Замечательно.
— Куда это вы собрались? Я не отпускал, — директор подскочил и чуть не опрокинул кресло.
— В школу, где я когда-то училась, — улыбнулась Надежда. — Меня давно приглашали.
— Ну вот, теперь дождались, — добавила она. — У них как раз не хватает специалиста по химии.
— И биологию в старших классах некому вести, — заключила Надя.
— Я вас уволю по статье, — пригрозил директор. — Вы что себе позволяете? Где я учителя найду посреди года?
— А я тогда жалобу в трудовую инспекцию напишу, — парировала Надя. — Подписывайте заявление.
Через полчаса она вышла из его кабинета. Заявление он подписал. Надя прошла в класс сына и забрала его с уроков. А во дворе школы у калитки встретила Максима.
Тот спешил за своими девчонками и, узнав, что Миша больше не будет здесь учиться, сказал, что тоже переведёт девочек. Надя кивнула и предложила помочь с местами. Тамара Рустамовна согласилась принять ещё двух учениц.
Через час директору в кабинете стало плохо с сердцем. Максим Репин тоже подал заявление на перевод детей. Директор пытался его отговорить, но не находил убедительных доводов. А главное, наглый врач тоже пообещал пожаловаться, теперь уже в министерство. Дмитрий Александрович понял, что проблем не избежать, но было уже поздно. Через неделю в школу, где ранее работала Надя, нагрянула масштабная проверка. К инспекторам потянулись родители с многочисленными жалобами, в том числе и на сына Савинова, который всем уже надоел. В итоге предпринимателю пришлось отправить своего сына в специнтернат. По результатам психологической экспертизы неуравновешенный ребёнок просто не мог учиться с обычными детьми. Директора же за халатность сняли с должности. Все эти новости Надежда узнавала от бывших коллег и искренне за них радовалась. Их начальник всегда был настоящим самодуром, так что его уход стал большим облегчением.
Ну а с Максимом они теперь виделись ежедневно. Как и раньше, он водил девочек в один класс с Мишей, но теперь всегда поджидал Надю после работы. В итоге все вместе с детьми, которые сильно сдружились, гуляли в парке, ходили в кино или в кафе на мороженое. От мужа новостей не поступало. Да Надя их особо и не ждала, ведь на развод подала уже сама.
А по вечерам Надежда прогуливалась во дворе клиники с Игорем Семёновичем. Он больше не выглядел измождённым и смертельно больным, а явно шёл на поправку. Но Максим пока настаивал, что пациент должен оставаться под наблюдением. Он прекрасно понимал, в бараке здоровье пожилого мужчины может снова ухудшиться.
— Ох, дочка, привязалась ты ко мне, — улыбался ей Игорь Семёнович.
— Вот мама вам котлет домашних передала, — протянула Надежда вкусно пахнущий свёрток. — Тёпленькие ещё.
— Мы тут рядом живём, — добавила она. — А вот пирожки. Сами ешьте и медсестёр можете угостить.
— Ой, мне тебя сама судьба послала, — прослезился дедушка. — Скажи-ка, с Максимом у вас что?
— Сама не знаю, — вздохнула Надя.
— Сердце у него к тебе лежит, — тихо сказал дедушка. — Не упусти своё счастье.
— Он ведь вдовец, — продолжил Игорь Семёнович. — Жена при родах ушла.
— Он мне сам рассказывал, когда пытался поддержать, — добавила Надя. — Думаю, у вас всё сложится.
— И будешь его девчонкам хорошей матерью, — заключил он. — А твоего мальчишку Макс не обидит?
— А вдруг вы ошибаетесь? — спросила Надя. — Вдруг это просто обычная человеческая вежливость, а мы принимаем её за чувства?
— Нет, нет, нет, сама увидишь, — загадочно произнёс Игорь Семёнович. — Только не прозевай.
Надя и сама осознавала, что всё больше сближается с Максимом, но ждала инициативы от него. Сама ничего не предпринимала.
И наконец Максим решился. Однажды пригласил её без сына, повёл в ресторан поужинать. Надя сильно смущалась, но Макс старался сгладить неловкость и лишь в конце ужина перешёл к главному.
— Давно хотел тебе сказать, — начал он. — Я был уверен, что после потери жены никогда никого не смогу полюбить.
— Но сейчас понимаю, ты так прочно вошла в мою жизнь, — продолжил Максим. — И Мила с Кирой тебя просто обожают.
— Как думаешь, могли бы мы стать одной большой семьёй? — спросил он.
— Думаю, да, — не раздумывая, ответила Надя. — Я тоже понимаю, что мой прошлый брак превратился в какой-то нелепый фарс.
— Но ты заставил меня поверить, что настоящие мужчины всё же существуют, — добавила она.
— Да, я знаю, тебе ещё предстоит развод, — смутился Максим. — Я готов подождать.
— Но, пожалуйста, пока прими это кольцо как обещание того, что мы будем вместе, — предложил он.
Надя улыбнулась и надела украшение на безымянный палец, туда, где белела свежая полоска от прежнего обручального.
Колечко с небольшой россыпью бриллиантов сверкнуло. Максим угадал с размером, да и дизайн пришёлся ей по душе. Тем же вечером оба они рассказали о своём решении детям. Но через пару дней после этого Надежде неожиданно позвонила Даша. Она была в истерике, рыдала в трубку.
— Надя, ты представляешь, дом сгорел! — кричала она. — Полиция сказала, поджог.
— Как это? — изумилась Надежда. — А вы сами не пострадали?
— Мы как раз у мамы в городе ночевали, — ответила Даша сквозь слёзы. — А в это время кто-то взломал дверь, пробрался внутрь.
— Может, ограбить хотели, не знаю, — добавила она.
— Куда теперь идти? — продолжала Даша. — Мы все деньги в этот дом вложили.
— Больше ничего не осталось, — всхлипывала она. — И вещи сгорели, и документы.
— Так может, у мамы поживёте? — предложила Надя.
— Мы вообще хотели у вас в квартире? — осторожно сказала Даша, всхлипнув. — Ну там Валера с какой-то беременной девицей живёт.
— Надя, что происходит? — спросила она.
— Ну, твой брат решил, что ему надоела прежняя жена, — ответила Надежда.
— Мама в шоке, — сообщила Даша. — Требует тебя вернуть.
— Говорит, новую невестку не примет и вообще настаивает на тесте ДНК, — добавила она. — Поговори с Валерой.
— Ну пусть он для нас квартиру освободит, — предложила Даша. — Нечего её с любовницей занимать.
— Даша, это вообще-то ваши семейные дела, и ко мне они больше не относятся, — ответила Надя раздражённо.
— Вот ты когда, — прорыдала Даша. — Мы столько лет дружили.
— Ладно, успокойся, — попросила Надя. — Ну, в любом случае, выгонять Валеру из квартиры я не поеду.
— Может, этим твой Пётр займётся? — предложила она. — Скажи, я одобряю ваше проживание там.
— Ой, спасибо, Надюша, — обрадовалась Даша. — А то в маминой однушке мы все друг у друга на головах сидим.
— Да уж, представляю, — кивнула Надежда. — А что там с этим пожаром?
— Слушай, может, съездишь туда со мной? — попросила Даша. — Ну, посмотреть, что уцелело. Не хочу оставаться одна с этими мыслями.
— Мама с Митькой посидит, — добавила она. — Мне одной туда страшно ехать.
— Ладно, давай, — неожиданно для себя согласилась Надя. — Могу сегодня после работы, чтобы не тянуть с этим.
— Здорово! — крикнула в трубку Даша. — Давай в три часа на вокзале.
Поездка выдалась невесёлой. Сестра мужа по дороге туда не прекращала рыдать, а увидев пепелище, и вовсе потеряла способность соображать. Дом сгорел дотла.
Рассчитывать найти там вещи или документы было наивно. Но Надя упорно ходила и осматривала, вдруг заметит что-то существенное.
Среди обгорелых остатков она наткнулась и на подкову, ту самую, что повесили на удачу. Надя подняла её и стала оттирать песком от копоти, как вдруг осознала, что под наружным слоем проступает какой-то жёлтый металл.
— Даша, иди сюда! — крикнула она. — Слушай, похоже, те, кто искал клад, не так уж ошибались.
— Смотри, может, это золото? — добавила Надя.
— Не знаю, — ахнула Даша. — Слушай, она же тяжёлая.
— А вдруг этого хватит, чтобы всё отстроить заново? — предположила Даша. — Золото ведь ценное.
— Ай, не фантазируй, — ответила Надя. — Кому вообще нам с этой подковой идти на оценку?
— Нет, ну с этим-то мы разберёмся, — повеселевшая Даша стала выглядеть энергичной и бодрой. — Давай в город поедем, покажем маме.
Продолжение: