Перевод новой книги Лесли-Энн Джонс о тайной дочери Фредди Меркьюри "С любовью, Фредди".
Глава 6. Дислокация
Один из хороших друзей Фредди по Илингскому колледжу, Тим Стаффелл, играл в группе Smile. Они поддерживали Pink Floyd в Имперском колледже Лондона, где учился Брайан Мэй, а также выступали на разогреве у Family, Yes и T. Rex. Фредди стал частым гостем на их концертах. В начале 1969 года Тим познакомил его с барабанщиком Роджером Тейлором и гитаристом Брайаном Мэем во время одной из их репетиций. Фредди был настолько увлечен ими, что стал появляться на их репетициях при любой возможности. Обладая схожими музыкальными вкусами, Роджер и Фредди вскоре сошлись и стали неразлучны. Их верная дружба продлилась до конца жизни Фредди.
"Они оба пережили тяжелые времена примерно в одно и то же время", - комментирует Б., имея в виду с* насилие, которому Фредди подвергся в школе, и болезненный развод родителей Роджера (ну да, как же не выплеснуть ложку дегтя, напомнить о том, факте, который может и фактом не является, но почему-то нам опять тыкают некими подробностями школьной жизни, которые ничем не подтверждены).
"Те ужасные переживания, которые они пережили в детстве, очень важны, - говорит Б., - но были и другие факторы, которые сблизили их, и в обоих случаях речь шла о близких друзьях. Когда Фредди покидал Занзибар, он не знал и никогда в жизни не узнает, что стало с юными друзьями, которых он считал братьями." Что касается Роджера, то он попал в ужасную дорожную аварию в Корнуолле в феврале 1967 года, когда его прежняя группа The Reaction направлялась на концерт.
За руль сел семнадцатилетний Роджер, который только что сдал экзамен по вождению. Когда их потрепанный старый фургон проезжал по шоссе А30 через Госс-Мур недалеко от Труро, опустился густой туман, и фургон врезался в припаркованный грузовик. Их автомобиль перевернулся, и Роджера выбросило через лобовое стекло. Он избежал серьезных травм, но большинство других пассажиров получили тяжелые травмы. Лучший друг Роджера Питер Джилл-Кэри должен был стать врачом, но не смог получить медицинское образование. Полиция предъявила Роджеру обвинение, но после семилетнего судебного разбирательства с него сняли все обвинения. Психологический ущерб и чувство вины за то, что он выжил, будут мучить его гораздо дольше. Фредди точно знал, что он чувствует.
"Их поддерживала искренняя дружба", - говорит Б. - "Фредди и Роджер никогда не ругались. Фредди нравилось звучание Smile и он видел их потенциал. У него было много идей по поводу освещения, костюмов, визуальных эффектов и так далее. О том, как они должны взаимодействовать и как лучше всего выстроить отношения со своей аудиторией."
В июне того же года, в возрасте двадцати трех лет, "постоянно проживая в Великобритании и колониях" в течение предыдущих пяти лет, Фредди подал заявление на регистрацию в качестве полноправного гражданина Соединенного Королевства и колоний в соответствии с Законом о британском гражданстве 1948 года. Он назвался "Фредерик/Фаррух Булсара", а его нынешний адрес - "Глэдстоун авеню, 22, Фелтем Миддлтон". Он также указал два предыдущих адреса семьи: 19-й Гамильтон-Клоуз, Фелтем, небольшой кирпичный дом с тремя спальнями и террасой в А-Клоуз, в котором Булсара жили в течение четырех месяцев с 4 мая 1964 года по 31 августа 1964 года; и 122-й Гамильтон-роуд, Фелтем, более просторный дом с тремя спальнями, где они прожили два месяца в сентябре и октябре 1964 года, прежде чем переехать в свой невзрачный постоянный дом.
Когда он закончил колледж в Илинге, и его отец отказался от финансовой поддержки, экономическое положение Фредди стало еще более шатким, чем когда-либо. Но лето принесло долгожданные перемены. Они с Роджером открыли киоск на Кенсингтонском рынке. Фредди встретил продавщицу в магазине по имени Мэри Остин и влюбился в нее. И он присоединился к Ibex, своей первой настоящей группе. Как и в случае с Smile, Фредди был полон энтузиазма и идей о том, как развивать группу. Но на этот раз он действительно был в группе и был в полном восторге. Он сосредоточился на том, чтобы развивать их в соответствии со своим собственным видением, работая над своим сценическим образом и совершенствуя свои сценические навыки.
Торговля на рынке никогда не принесла бы им состояния, но Фредди и Роджер с удовольствием продавали все, что попадалось им под руку: старую одежду, обувь, предметы искусства, антиквариат, даже картины и рисунки Фредди. Фредди обожал атмосферу рынка. Ребята завели там много друзей. Но у них по-прежнему не было ни гроша за душой, и они голодали, так что яичница с беконом представляла собой королевский банкет. Они стали жить вместе с другими друзьями.
"Фредди любил те времена большого товарищества и взаимной поддержки", - делится Б. - "Они играли музыку и писали песни вместе так часто, как только могли. С этого все и началось. Фредди сказал, что они с Роджером были сообщниками в преступлениях и братьями по оружию. Они сблизились благодаря общим трудностям и горячему желанию добиться успеха, несмотря ни на что."
Фредди заметил, что Брайан Мэй, похоже, не разделял их жгучих амбиций на том этапе, и пришел к выводу, что это, должно быть, из-за того, что у него было счастливое и стабильное детство.
"Фредди считал, что в Брайане нет отчаянной потребности быть кем-то другим", - объясняет Б. - "Когда Джон Дикон позже присоединился к нам, - добавляет она, - у него было собственное неблагополучное детство, так как в детстве он потерял отца. Фредди чувствовал, что это происхождение и психология объясняют связь между ним и Роджером, а также между ним и Джоном. Он никогда не чувствовал себя способным установить такую же глубокую связь с Брайаном. Это в какой-то мере объясняет отношения Джона, Роджера и Брайана после смерти Фредди."
Фредди жил богемной жизнью до весны 1970 года, когда переехал к своей девушке Мэри. Пара впервые увидела друг друга прошлым летом, когда у Фредди приближался двадцать четвертый день рождения. Мэри, родившейся 6 марта 1951 года, было всего восемнадцать.
"Он зашел в магазин Biba, где она работала, а она зашла в его киоск на Кенсингтонском рынке, где работал он, - рассказывает Б. - Они посмотрели друг на друга и сразу поняли, что между ними что-то особенное. Но в течение нескольких месяцев ничего не происходило. Только в конце года, когда Фредди снова пригласил ее на свидание, застенчивая Мэри наконец набралась смелости согласиться. С тех пор они жили вместе и оставались вместе до самой его смерти. Брайан Мэй позже вспоминал, что это он их познакомил, поскольку до этого сам встречался с Мэри, - говорит Б. - Фредди никогда не упоминал Брайана в этом контексте, так что, возможно, Брайан их не знакомил. Это была группа молодых людей, которые ходили в паб, на концерты и проводили время вместе. Говорят, что Брайан был влюблен в Мэри, и, как говорят, они сходили на одно свидание. Но влюбленность была безответной. Затем Фредди и Мэри начали узнавать друг друга."
Фредди безмерно восхищался Мэри за то, что она в столь юном возрасте жила самостоятельно. Вскоре он узнал, что оба ее родителя были глухими, и что ее молчаливость и отсутствие яркости объяснялись тем, что в их доме в основном царила тишина. Она также трагически потеряла свою мать, когда ей было около пятнадцати.
"На него произвели впечатление ее невероятная смелость, практичность и сообразительность", - отмечает Б. - "Ему понравился ее стиль, находчивость и чувство юмора. Она заставляла его смеяться. Он сказал, что с самого начала знал, что проведет с ней остаток своей жизни. В глубине души он просто знал, что она - его единственная. Он не мог этого объяснить – да и кто сможет? По его словам, он просто чувствовал, что они знают друг друга всю жизнь. Он верил, что им суждено быть вместе, и что они вместе состарятся. С точки зрения Фредди, они были похожи. Как две капли воды. Они говорили на одном языке, разделяли одни и те же ценности, одинаково видели и понимали мир. Он настаивал на том, что “влюбиться” в нее (falling in love) - совершенно неподходящее слово, потому что то, что он испытал, было возвышением (an uplifting), а не падением. Они ставили свою любовь друг к другу превыше всего. Они дополняли друг друга."
В маленькой квартирке по адресу Виктория-роуд, 2, на углу Кенсингтон-Гарденс, за 10 фунтов в неделю, где Мэри и Фредди делили кухню и ванную с другими жильцами, Мэри и Фредди могли часами беседовать до поздней ночи. Ложась спать, они лежали, обвивая друг в друга, и рассказывали истории из своего детства. В те дни, когда Мэри не нужно было вставать на работу, они оставались в постели весь день, просто разговаривали, слушали музыку, занимались любовью и наслаждались совместным времяпрепровождением. Фредди поделился с Мэри своими самыми болезненными секретами и был поражен тем, что она смогла залечить некоторые из его ран. Их отношения стали для каждого из них надежным убежищем. До этого Фредди тяжело переживал отвержение своих родителей. Он обвинял их в том, что они разрушили его жизнь, отправив в школу. Он все еще обижался на некоторых своих сокурсников по школе Святого Петра за то, что они унизили и предали его.
Он также был зол на тех, кто плохо обращался с ним, когда он только приехал в Англию. Но Мэри помогла ему избавиться от страданий. Она распознала его страхи и неуверенность еще до того, как он поделился с ней хоть одним откровением. Она заверила его, что никогда не отвергнет и не предаст его. Она пообещала поддерживать его во всем, что бы он ни делал, и оставаться его безусловной любовью до конца дней.
"Он инстинктивно понимал, что у них были редчайшие отношения", - рассказывает Б..- "Эта чистая, бескорыстная любовь была чем-то, чего Фредди никогда раньше не знал. Она держала его за руку. Она заботилась о нем, понимала его чувства и давала ему почувствовать себя особенным и защищенным. С тех пор как его отдали в школу-интернат, он не чувствовал себя центром чьего-либо мира. Он очень дорожил ею за это. Для него она была идеальной женщиной и матерью его будущих детей. Он не скрывал, что обожает детей. Он любил играть с ними, учиться у них и никогда, ни за что не боялся их – в отличие от своего друга Кенни Эверетта, который был в таком ужасе от детей, что находил их отталкивающими!"
Фредди всегда мечтал стать отцом. Он считал отцовство самым важным и приносящим удовлетворение делом своей жизни. Но всему свое время. Сначала нужно было добиться великолепных результатов. Жизнь в рок-группе означала бы длительные разъезды вдали от дома, что, как он знал, было неподходящей жизнью для ребенка.
"Он также знал, - говорит Б., - что гастроли будут лишь временным этапом в его жизни. После этого они с Мэри остепенятся, создадут дом и заведут свою семью. Ему нравилась идея взять на себя ответственность и быть практичным отцом. Задолго до того, как Запад осознал равенство мужчин и женщин, в культуре парсов глубоко укоренилось представление о том, что обязанности по дому и уходу за детьми должны разделяться между мужем и женой."
В 1970 году он присоединился к другой группе под названием Sour Milk Sea. Но всего через несколько недель он ушел, поняв, что они мешают его стилю. Его уход совпал с уходом Тима Стаффелла из Smile в группу под названием Humpy Bong. После обсуждения будущего Smile было решено, что Фредди может присоединиться к их составу в качестве вокалиста и фронтмена.
"Queen зарождались, - говорит Б., - а Фредди был их движущей силой. У него было свое видение группы, и он знал, какими они должны быть. Поэтому он с головой ушел в работу, посвящая все свое время и энергию написанию музыки, совершенствованию своих композиций, изучению и экспериментам с идеями, а также репетициям так часто, как только они могли собраться вместе. Большая часть тех грошей, на которые он с трудом сводил концы с концами, также была вложена в группу."
Несколько недель спустя, все еще под названием Smile, они дали свой первый концерт: в субботу, 27 июня 1970 года, в ратуше Труро. Концерт был организован матерью Роджера, которая все еще жила в Корнуолле, в качестве мероприятия по сбору средств для Красного Креста. Когда группа прибыла на место, Фредди опроверг рекламу их выступления, объявив, что отныне они будут называться Queen.
Когда Фредди и Мэри переехали в свою первую совместную официальную квартиру на Холланд-роуд, 100, в Кенсингтоне (за 19 фунтов стерлингов в неделю), их дом стал одновременно и штаб-квартирой группы. Теплая, уютная гостиная стала местом их встреч, а также фотостудией. Здесь состоялась их дебютная съемка. Некоторые из ранних снимков, сделанных фотографом Дугом Паддифутом, попали на заднюю обложку их первого альбома.
Мэри всегда была приветлива и внимательна и никогда не возражала против вторжения, которое было сделано ради благой цели.
"Она также помогала Фредди создавать свой сценический образ, - говорит Б. - Она никогда не сомневалась, что у него все получится, и не позволяла ему сомневаться в себе. Ее поддержка была единственным, на что он всегда мог положиться, и он действительно зависел от нее. Она также предоставила ему его первые костюмы. Она нашла замечательную одежду для всей группы в Biba, а также сделала им грим. Иногда они всю ночь напролет обсуждали, какой образ был на уме у Фредди. На следующий день она приносила домой все эти невероятные наряды.
Она была не только первым дизайнером Фредди, но и дизайнером Queen. У нее был потрясающий личный стиль и чутье. Она точно знала, что ей идет, какие цвета подчеркивают ее бледную кожу и светлые волосы, и она никогда бы не позволила кому-то другому ходить с ней по магазинам! Единственным человеком, которому она позволяла указывать ей, что надевать, был Фредди. Иногда он просил ее надеть платье вместо ее обычных джинсов/ джемпера, рубашки/брюк. Она надевала свои красивые платья, чтобы доставить ему удовольствие, и он был в восторге, когда она это делала. Она знала, как доставить удовольствие своему мужчине, удивив его новой одеждой и изменив свой внешний вид. Ее способность делать это очаровала его."
Басист Джон Дикон присоединился к группе в 1971 году. После нескольких месяцев, потраченных на сочинение и репетиции материала, Queen тем летом приступили к работе над своим сценическим номером. Удача привела их на порог лондонской студии De Lane Lea Studios, где они записали свою первую профессиональную демо-запись. Фредди был на седьмом небе от счастья. Он прекрасно понимал, насколько это важный шаг. Они воспользовались всеми возможностями студии. Вскоре после этого начались переговоры с Барри и Норманом Шеффилдами, основателями и владельцами студии Trident Studios в Сохо, о том, чтобы они подписали соглашение об управлении группой.
"Trident в то время была отличной возможностью для Фредди, - сообщает Б. - Они были на шаг впереди любой другой студии. Queen была обещана возможность экспериментировать, импровизировать и разрабатывать свое собственное уникальное звучание во время простоя в студии, например, посреди ночи. Они не упустили эту возможность и в полной мере воспользовались ею. Фредди заметил, что это была идеальная среда для их разноплановых и очень требовательных натур."
Но путь был долгим. Они были далеки от подписания контракта, не говоря уже о том, чтобы заключить контракт со звукозаписывающей компанией. Выпуск их первого альбома все еще казался далекой мечтой.
"Как мы знаем, они добились своего", - говорит Б. - "Когда их дебютный альбом Queen был в конце концов записан и выпущен лейблом EMI Records 13 июля 1973 года, Фредди не мог дождаться, когда он отправит первый экземпляр своим родителям. Как только вышел первый альбом, группа вернулась в студию, чтобы приступить к работе над следующим, Queen II. Фредди также приступил к работе над своей “первой” оперой о фантастической стране Рай.
Именно девушки легкого поведения из переулка Сент-Эннс-Корт, где находилась студия “Трайдент”, отчасти вдохновили его на написание "Killer Queen". По словам Фредди, это была одна из немногих песен, для которых он написал слова раньше, чем музыку."
Отношения между группой и братьями становились все более сложными. Фредди злился на них, потому что, по его мнению, они не уважали Queen как артистов. Это напомнило ему о том, как в первые два года его пребывания в Англии совершенно незнакомые люди заставляли его чувствовать себя чужаком. Он начал задаваться вопросом, стоило ли все это того: они даже не зарабатывали достаточно денег, чтобы жить как приличные люди.
"Фредди разрывался на части, - рассказывает нам Б. - Он верил в Queen. Хотя он не мог заставить себя пойти на уступки в музыке, он, безусловно, был готов пойти на попятную на всех уровнях бизнеса, чтобы все получилось. Он знал, что должен быть терпеливым, хотя терпение не было его сильной стороной. Они достигли точки невозврата, когда Барри и Норман, как известно, отказали Джону Дикону в авансе, который он запросил, чтобы купить дом, в котором он нуждался, потому что они с женой Вероникой ждали своего первенца. Это стало той соломинкой, которая сломала хребет верблюду. Фредди был в ярости. Он решил, что отношения Queen с Норманом и Барри Шеффилдами закончились."
К началу 1975 года, увязнув в контрактной неразберихе, из которой они не видели выхода, Queen были на грани того, чтобы поставить точку. Но они были так глубоко в долгах, что не могли просто взять и уйти. У них не было другого выбора, кроме как выполнить свои обязательства и найти способ выпутаться из сложившейся ситуации. В конечном счете они добились независимости от Trident с помощью нового менеджера Джона Рида, дерзкого шотландца, хорошо известного в музыкальном бизнесе своими отношениями, как деловыми, так и личными, с Элтоном Джоном.
(Как говорила в интервью Шарон Осборн, она познакомила их с Ридом, интервью есть у меня на канале)
Единственный раз, когда Фредди был по-настоящему публично мстителен по отношению к кому-либо, это когда он выступил против Шеффилдов со своей песней “Death on Two Legs”, - напоминает нам Б. Но он написал эту песню не из личных побуждений и не только из-за денег. Он признал, что переговоры с братьями могли бы продолжаться до тех пор, пока они не пришли бы к соглашению. Но, по его мнению, точка невозврата была достигнута, когда они отказали Джону в авансе. Поскольку он сам был таким чувствительным и ориентированным на семью, он считал это глубоко бессердечным. С этого момента он уже не мог продолжать работать с ними.
Позже Норман Шеффилд признал, что им следовало больше разговаривать, и что ему следовало быть более внимательным к их чувствам. Мы можем только гадать, что произошло бы, если бы они удовлетворили просьбу Джона. Возможно, Queen продолжала бы заключать с ними контракт до тех пор, пока они не обрели независимость. Возможно, они не подписали бы контракт с Джоном Ридом, тогда Пола Прентера не было бы рядом, и у него не было бы шанса втянуть Фредди в мутную воду. Фредди мог бы встретить подходящего мужчину – и со своим партнером по одну руку и Мэри по другую, он был бы очень счастлив." (Что??? хочется перечеркнуть это, но раз уж тут нет совсем уж откровенной чернухи, придется оставить этот текст. Плавно и мало-помалу Лэсли начинает двигать ход событий в излюбленную сторону. Хотя на данном этапе вообще ничего не предвещает ничего плохого, но ведь нужно начать намекать хоть как-то. Эх.)
Фредди сделал Мэри предложение в 1973 году, вечером на Рождество. Он преподнес свое обручальное кольцо с нефритовым скарабеем, спрятанное – как это было типично для Фредди – в маленьких коробочках внутри огромных коробок, которые Мэри пришлось переоткрывать, пока она не добралась до самой крошечной.
"Это дата, которую он записал в своих записных книжках", - сообщает нам Б.. "Если вы посмотрите на фотографии, сделанные во время презентации альбомов Queen II и Sheer Heart Attack, или на фотографии с вечеринок 1974 года, то увидите, что Мэри носит обручальное кольцо.
В документальном фильме Би-би-си Брайан Мэй утверждает, что в интервью NME 1978 года Фредди сказал, что "he was “as gay as a daffodil” ;
(Кстати, это можно сказать почти цитата известного стихотворения английского поэта Уильяма Вордсворта "Нарциссы", о поле нарциссов. И там герой говорит: "A poet could not but be gay, In such a jocund company", что означает - "Поэт не смог, но будь весел в такой радостной, веселой компании". Вот такое слово с двойным переводом, но раньше в старые времена это было лишь слово "веселый". То есть да, веселый как танцующий в поле желтый нарцисс, который радует глаз. Игра слов. Человека спрашивают, г.. ли ты? а он отвечает, я также весел как нарцисс. А не так как вы думаете :)))) Причем стихотворение довольно известное, даже мы в 90е в школе с учительницей на дополнительном кружке английского его читали. А нарцисс ведь символ Уэльса, части Великобритании, важный цветок)
и еще: “Это не тот мужчина, который отрицает свою се***ть”. Проблема с комментариями Брайана в том, что интервью, о котором идет речь, на самом деле состоялось в начале 1974 года, до выхода "Queen II". И это все изменило. Фредди только что сделал Мэри предложение. Его комментарий для NME был сделан в стиле Меркьюри: как его сценической персоны, а не как Фредди Булсара. Он сказал это в дерзкой и провокационной манере, незадолго до выхода Queen II, в период, когда все четыре участника Queen были одеты в женские блузки. Все они имеют доступ ко всем архивам Queen." Хотя его запоминание дат, несомненно, было подлинной ошибкой со стороны Брайана, понятно, что вводящие в заблуждение комментарии распаляют Б..
(Извините, но женские блузки... А тот, кто это писал, видел рокеров того времени, 70-х? По меньшей мере это странное заявление. Так было вообще-то модно и круто в среде рок-музыкантов.)