Прошло лето, и наступил новый учебный год. Софья Аркадьевна набрала новую группу, и работала в прежнем режиме.
Всё так же были и ссоры, и конфликты между ребятишками. И адаптация, и шум, и гам. В общем, обычная студенческая жизнь. Да и что тут говорить? Дети они, только хотят казаться взрослыми. Группа в этот раз попалась не в пример спокойнее предыдущей.
Начало тут
Учителя часто вспоминали последних выпускников, и радовались, мол, наконец то тишина и спокойствие.
Иногда видела Софья своих бывших учеников в городе, и всегда разговаривала с ними, узнавала, кто как устроился.
Чаще всего видела она Лизу, потому что та и жила недалеко от училища, и работать устроилась в магазин неподалёку.
От Лизы узнала Софья, что разъехались ребята, разбрелись, кто куда. Что многие работают не по профессии. Вон, Сашка Самарев в Новосибирск уехал, на стройке работает. А Лена Изотова в институт поступила, как и хотела. Юля Маринина у себя в посёлке в садик устроилась, нянечкой работает.
И как то вскользь сообщила Лиза, что дорабатывает последнюю неделю, мол, домой поеду, там возможностей больше.
.
- А бабушка как же, Лизонька? Отпустит тебя?
- А что бабушка, Софья Аркадьевна? Она же не древняя старушка. Молодая ещё. Да и я уже взрослая, могу сама решать, как жить.
Поговорив ещё немного о том, что жизнь идёт, и нужно стремиться к большему, Софья Аркадьевна попрощалась с девушкой, и пошла на работу.
В последующие дни Софья в магазине не была, а потом, когда зашла, то увидела нового продавца.
Значит уехала Лиза. Ну, даст- то Бог, всё у нее будет хорошо. Софья и сама не понимала, отчего так переживала она за эту девушку, чужую, постороннюю, но какое- то внутреннее беспокойство никак не двало ей покоя.
Бежит, летит время. И ещё один курс выпустила Софья Аркадьевна. Пролетело 3 года, как один день. Хотела женщина на заслуженный отдых пойти, да новых первокурсников себе набрала. Уговорили ещё поработать, мол, что вам дома сидеть, Софья Аркадьевна? Да и работать особенно некому.
Закончился очередной первый курс, быстро прошло лето, и не за горами новый учебный год. Вот- вот оживет училище. Наполнится помещение студентами, и зазвучат голоса детские, шум, гам, да смех. Хорошо станет, закипит жизнь.
У Софьи тогда здоровье немного пошатнулось, и в поликлинику она ходила как на работу. То на уколы, то на обследования. Там, в поликлинике, и увидела она Лизу. Только даже не сразу узнала её. Не сказать, что сильно изменилась девушка. Вроде всё та же Лиза, молодая, красивая девушка. Только та, да не та. Потухший взгляд, мешки под глазами, осунувшееся лицо. Словно устала она, да так, что сил жить нет у Лизаветы.
Лиза тогда сама подошла к Софье, мол, здравствуйте, Софья Аркадьевна!
Разговорившись, женщина узнала, что пришлось Лизе вернуться. Бабушка заболела. Инсульт. Вот, приехала ухаживать. Уже второй месяц в городе. Бабулю выписали, ей лучше. Мол, работу ищу, но, пока безуспешно. Не так много вакансий у вас, а то, что предлагают, совсем не подходит. Или зарплата мизерная, или график работы сутками.
Софья, улыбнувшись, сказала, мол, а ты к нам, в училище приходи, Лизонька. У нас Тамара Михайловна в декретный отпуск со дня на день уйдёт, а мастера не нашли ещё.
Лиза поначалу улыбнулась, даже обрадовалась, а потом поникла. Мол, кто же меня возьмёт? Я сама недавно студенткой была, и в мастера? Да и образования нет у меня педагогического. Вряд ли получится.
И Софья, улыбнувшись, сказала, мол, а ты попробуй, Лиза. Попытка- не пытка. Авось что и выгорит. Тем более, что Василий Васильевич тебя знает. Да и я за тебя словечко замолвлю, похлопочу. А то, что образования у тебя нет, так то ли беда? Опыт- то поди наработала за 3 года?
Лиза, улыбнувшись, кивнула головой, мол, опыт наработала. Как в город вернулась, устроилась в магазин брендовой одежды, так и работала там.
- Ну тем более. Я и сама много лет назад так же, после магазина в училище пришла, Лиза. Только я на продуктах всю жизнь. И так же с детьми работать не умела. Ничего, все получится, Лиза, если очень захотеть. Да и вообще, не Боги горшки обжигали.
Софья обещание свое сдержала. Поговорила с директором, мол, надо дать шанс девочке, тем более, что очередь из желающих на это место за воротами не стоит. Мол, Тамара Михайловна уйдет со дня на день, даже группу набрать не успеет. А нагрузка вся на меня ляжет. Не сдюжу я одна на две группы, Василь Василич!
Директор понимал, что Софья права. Но, в то же время, понимал он и то, что слишком уж молодая Лизавета. Сама вчерашняя студентка. Ну какой из нее мастер? А потом, махнул директор рукой, мол, так уж и быть. Пусть набирает группу, а там жизнь покажет.
Софья не сомневалась в своей бывшей выпускнице. Отчего- то верила она в то, что все у Лизаветы получится. Ну и что, что молодая. Молодость- не порок, и совсем не показатель. Иные смолоду цепкие да хваткие, все на лету схватывают, и любое дело у них в руках горит , любая работа ладится. А иные и до старости доживают никчемушками. Ни рыба, ни мясо. За что не возьмутся, только время зря тратят, а потом переделывай за ними.
Права была Софья Аркадьевна. Лиза с таким рвением приступила к работе, что только радовалась женщина. И за Лизу радовалась, и за себя. И девчонке помогла с работой, и себе тоже плюс.
И в коллектив влилась Лиза, и со студентами нашла общий язык. Девчонки из группы так полюбили Лизу, что слушали ее, буквально раскрыв рты. Софья иной раз заглядывала в кабинет, когда Лиза со своей группой работала, и улыбалась. Интересный у Лизы подход. Вроде вопрос о другом задан, а Лиза так ловко все к учебному процессу сводит, что даже она, Софья Аркадьевна, до такого не додумалась бы.
Верочка Анисимова, модница и красавица, махая густо накрашенными ресницами, с ног до головы оглядела Лизу, и спросила, мол, вы, Елизавета Павловна, как с обложки журнала! Так все сочетается, как будто вам стилист образ подбирал!
Лиза, улыбнувшись, ответила Верочке, мол, а я училась хорошо, Вера. И учителя у нас хорошие в училище. Ты на уроках главное не в окно смотри, а слушай, о чем тебе рассказывают. Очень много нового, я скажу вам по секрету, в нашем училище рассказывают.
И Верочка, фыркнув, скривила носик, мол, ага, расскажут нам тут! Как гречи побольше людям впарить, да тушенку красиво на полку поставить.
Софья Аркадьевна, услышав такое, хотела было уже зайти в кабинет, чтобы помочь Лизавете выйти из этой ситуации красиво, но Лиза справилась сама.
-А это, Вера, кому как. Кто к чему стремится, тот того и добивается. Если у человека мечта, как ты говоришь, гречу людям впаривать в сельпо, да банки с тушенкой с места на место передвигать, то можно три года просидеть , глядя в окно. А можно учиться, вникать в темы, и выйти вполне грамотным специалистом, который будет не только продавцом, но еще и стилистом, визажистом, консультантом, и даже психологом. И такого специалиста с руками оторвут, Верочка.
-Ну, вас же не оторвали с руками, Елизавета Павловна! Раз вы тут, с нами нянчитесь, значит тоже в окно три года глядели?
Лиза, улыбнувшись, ответила, мол, могу диплом принести, если кому интересно. А то, что я тут, с вами, как вы выражаетесь, нянчусь, так что же тут плохого? Кому-то и с вами нянчиться надо. А вообще, если бы бабушка не заболела, так и работала бы я на своём месте, где, к слову, научилась такие образы подбирать, которые хоть и выглядят дорого, а на деле стоят копейки.
В общем, приняли Лизу студенты, а это самое главное.
Софья Аркадьевна тогда в больницу попала, и Лиза вела две группы, свою, и Софьину. Ещё и кафе пришлось ей взять. До этого то Софья там заведовала, а теперь Лизе пришлось вникать. Там хоть и ничего сложного, и денег больших нет, но бумажных дел столько, что попросила Лиза директора, мол, пока Софья Аркадьевна не вернётся, давайте не каждый день выручку сдавать, а раз в неделю хотя бы.
Согласился директор, мол, пусть пока так, а как Софья Аркадьевна вернётся, всё как было сделаем.
Софья Аркадьевна вернулась, посмотрела на то, как ловко справляется Лиза с работой в кафе, и пошла к директору, мол, пусть Лизавета там заведует. Она молодая, амбициозная, со свежим взглядом.
Уж как не хотел Василий Васильевич допускать Лизу к кафе! Как чувствовал! Но поддался на уговоры Софьи. Всё же понимал, что тяжело ей, здоровья- то нет.
Лиза справлялась. Она же предложила расширить ассортимент в кафе, мол, напитки можно купить. Соки, лимонады. Чайник поставить, микроволновку, чтобы можно было погреть пирожки. Да и вообще, можно чуть больше печь, а то не хватает ребятишкам. Уже к обеду всё заканчивается.
Директор тогда спросил, мол, печь- то больше можно, а если не будут раскупать? Ты будешь в счёт зарплаты забирать?
Лиза сказала, что, мол, к вечеру можно скидку делать, по себестоимости остатки продавать.
Софья тогда радовалась, что расширяет Лиза кафе. Получается у неё. И выручка больше стала, и у студентов интерес, потому что на практике видят весь рабочий процесс.
Коллектив поддерживал Лизу, когда после нового года умерла у неё бабушка. Поддержали её тогда и морально, и материально. Скинулись, оказали помощь. Дали отгулы, чтобы девушка пришла в себя. Софья Аркадьевна тогда за неё работала, потому что надо девочке помочь. Совсем одна осталась, бедняжка.
Ну а дальше всё пошло по накатанной, своим чередом.
Всё так же повара жарили да пекли, продавцы продавали, а учителя учили. Всё шло своим чередом. Никто и не думал, что что-то пойдёт не так, пока Лиза не украла деньги из кафе, и не сбежала.
***
Долго думала тогда Софья, что делать ей и с письмом этим, и с деньгами, что Лиза прислала. А потом не выдержала, да пошла в бухгалтерию. Не честно это, если оставит она эти деньги себе. Не принадлежат они ей, а значит будет она преступницей, если приберет их молча к своим рукам.
Наталья Николаевна, бухгалтер, только плечами пожала, мол, а мне они зачем, деньги эти? Я- то что с ними делать стану? Как отчитываться буду за них? Мол, мой вам совет, Софья Аркадьевна. Купите себе что-то нужное, на память.
Руки так и чесались написать Лизе ответное письмо. Софья Аркадьевна даже садилась за стол, брала лист и ручку, но дальше приветственной фразы дело не шло. Никак не могла придумать женщина, что написать. Хоть и говорят, мол, бумага всё стерпит, но не всегда складываются буквы в слова, а слова в предложения.
В один из вечеров, когда погода особенно лютовала, решилась Софья. Всё же хотелось ей узнать, зачем украла тогда Лиза эти деньги. Там и денег- то было, кот наплакал. Если чебурек с картошкой и салом два пятьдесят стоил, а персик песочный на пятак едва вытягивал, много ли за неделю наторгуешь? Даже с учётом выездной торговли редко когда больше десяти тысяч выходило.
Спасибо за внимание. С вами как всегда, Язва Алтайская. Окончание ниже по ссылке