Итак, жребий брошен. В прошлые выходные состоялась наша небольшая семейная бильбо-пати. По этому поводу испытываю смешанные чувства. С одной стороны, гора с плеч и конец мытарствам привези-отвези-покрась-привяжи-купи еще. А с другой очень жаль, потому что выдумывать и делать все это мне действительно нравилось, хоть и отнимало много ресурсов.
Ну и, как мне показалось, результат превзошел все мои самые смелые ожидания, незнакомые люди дважды за день назвали нас толкимистами, один раз посоветовали мне сменить работу на декоратора и оформителя мероприятий. Родня захвалила и выражала восторги, и, кажется, перестала считать меня сумасшедшей и теперь считает художником)
Похвастаться в доказательство, однако ж, мне пока особо нечем. В запаре я забыла что у меня вообще есть телефон и в итоге единственное фото, сделанное мной на память, - это натюрморт из хреновухи и холодца в форме сердечек. Что, впрочем, очень мило и тематично)
Ну и одна фоточка общего плана, сделанная до прихода гостей.
Было:
Стало:
Через недельку-другую фотографы подтянутся с настоящими красивыми (надеюсь) картинками, и тогда все покажем и расскажем как следует)
Тем временем жизнь продолжается. В ПЭКе уже томится новый набор саженцев, которые нужно забрать, дела продолжают требовать внимания, надо возвращаться в колею и продолжать строить коммунизм красоту в отдельно взятом саду.
И к вопросу о красоте сегодня я расскажу об одном необычном для наших садов хвойном растении, которое покоряет мое сердечко все сильнее. И возможно кто-то отважный и рисковый захочет тоже приобщиться и попробовать этого зверя у себя.
Я не большой любитель видовых хвойных растений, но везде всегда найдутся исключения. Сами по себе видовые сосны и ели имеют неудобную особенность расти огромными, занимать много места и наводить тень на наш и без того темноватый болотный уголок. Поэтому с самого начала своего хвоеводства я почти их не сажала.
Исключение же было сделано для двух растений, а именно сосен. Первая - сосна румелейская, которая уж очень хороша, пушиста и неубиваема. Она имеет особую миссию в нашем саду - отгородиться от соседей. А вот второй мой беспородный видовой пассажир - это спорная с точки зрения зимостойкости гималайская сосна - Pinus wallichiana или Pinus griffithii. Именно о ней сегодня и поговорим.
Если верить Вики, оно растет на территориях от восточного Афганистана до китайской провинции Юньнань, на высоте 1800-4300 метров. В своих привычных условиях гималайский хомячок может достигать размеров 30 на 20 метров. И самая интересная черта внешности этого вида - тонкие плакучие иглы длиной более 20 см.
Но, увы, у нас на гималайцах стоит клеймо незимостойкости, взрослых растений у нас я не знаю, и как в итоге она могла бы выглядеть в средней полосе, могу только предположить. Так почему бы не попробовать узнать на своем опыте?
Саженец появился у меня в 2022 году осенью в виде молодого двухлетнего растения - корнесобственного сеянца. Происхождение саженца сейчас установить сложно, но скорее всего это иностранный посадочный материал.
И уже сейчас могу сказать, что гималаец - одно из растений, которое мне интересно наблюдать в моем саду.
С течением времени он меняется быстро и заметно. К тому же проблем с ним оказалось пока что меньше, чем я ожидала. Поэтому хроники этого хвойного растения я веду с удовольствием, и в этом выпуске посмотрим, какой прогресс она показывает и как вообще поживает.
Первая же зимовка почти убила гималайца. И совсем не холодом) Его дурная репутация побудила меня сделать ему укрытие, которое в итоге само оказалось незимостойким, не выдержало гнета снега и рухнуло на бедолагу, размазав его по земле и буквально расщепив стволик молодого растения на три части. Об этой трагедии рассказывала тут:
К счастью, это не убило моего мохнатого друга. Он пару лет провел в "гипсе", срастил разорванный стволик и продолжил развиваться:
И это хороший урок всем, кто замахнется на выращивание такой сосны. Мы теперь знаем, что гималайцы очень хрупки, но при этом очень живучи. И что от укрытия вреда может быть намного больше, чем пользы. Оглядываясь назад, понимаю, что в первый год укрывать такое растение сейчас бы не стала.
Сейчас место расщепления уже не перевязываю, так как стволик активно набирает толщину. Но опора под ветки при такой травме - обязательная процедура для снижения нагрузки.
На второй год я, ругая себя, решила, что с укрытиями покончено и пересадила страдальца на новое место - у забора. Несколько раз меня спрашивали, а не слишком ли близко?
Забор в данном случае работает как обогреватель, как опора и как ветрозащита, и неплохо справляется с этими задачами. Поэтому местом я вполне довольна. По мере того, как сосна будет набирать высоту (а делает она это довольно шустро), нижние ветки все равно нужно будет удалять, чтобы никто никому не мешал.
А мешать оно непременно будет всем, кто растет под ней в силу особенности этой сосны - гималаец сам по себе широкий и к тому же не приспособлен к большим снеговым нагрузкам. Его ветки очень пластичны и их плющит к земле и завязывает узлом от снега, если не зафиксировать их как следует.
Свой саженец я каждый год фиксирую к опоре не только стволом, но и всеми ветвями. Вот такой несуразной тряпочкой он выходит после зимы:
Если не фиксировать ветки, они лягут на землю и там от сырости будут портиться. А вот разломов от нагрузки я не наблюдаю - ветки мягкие и хорошо гнутся, в отличие от веймутовых, гималаец в этом плане молодец. Пока.
Но в целом неприспособленность гималайца к нашему климату несколько лет проявлялась на моем саженце именно так: самая большая уязвимость - неспособность нормально держать снеговую нагрузку. Даже при отсутствии разломов ветви жмет к земле и форма получается такая себе. А приросты там даже в юном возрасте сантиметров по 30-40, ветви длинные, завалить их очень легко.
В то же самое время никаких признаков обмерзания пока замечено не было.
В этом году мой питомец впервые, наверное, показал, на что он способен в плане внешности. Бальзам на душу елковода, когда страшная несуразная сосна-саженец вдруг наконец обретает хоть немного приличный вид.
Во-первых, хвоя у нас наконец приобрела нормальный цвет. Прежде она была, пожалуй, слишком зеленая, а теперь видим положенную синеву и полосатость:
Ну и конечно самое главное - мы научились плакать. Это больше не ершик для унитаза, это классическая длиннохвойная сосна с поникающими иглами. И все благодаря тому, что мы начали наконец отращивать хвою положенного размера. Длина моей ладони около 18 см, примерно такого же размера и иглы у саженца. Под собственным весом они и плачут:
Ну и вся конструкция теперь выглядит достаточно густой и изящной:
Ветвление у моего гималайца не очень активное - максимум по три почки на ветку. Поэтому густота достигается в основном за счет пушистости иголок. Немалую роль играет и опора для клематисов, которая у меня сейчас держит и упорядочивает ветки.
Незакрепленная лапа некрасиво болтается в стороне и показывает, что будет, если убрать опору:
В таком виде гималаец мне очень нравится. Наконец я вижу в нем долгожданные грацию и утонченность, ради которых вся эта дискотека и затевалась. К тому же с каждым годом моя вера в него крепнет, и зимой я за гималайца уже не переживаю.
В прошлом году я на волне энтузиазма пыталась обуздать еще одного питомца из этого вида - пестрое сортовое растение. Увы, безуспешно. Оба саженца отошли в мир иной, и я поставила на этой своей затее жирный крест.
Видовой же гималаец видится мне хорошим компромиссом для всех, кто тоскует по экзотике в своем саду. Даже начинающий сможет провести такой эксперимент. Наблюдаемая мной сосна пока что не требовательна, очень живуча, быстро растет и не нуждается в плясках с бубном.
К тому же такой саженец стоит не дорого и его легко найти. Сейчас на Оптхозе к примеру можно его заказать за 880 рублей.
Мне интересно, как мой зверь будет развиваться дальше, и в каком возрасте начнет более или менее самостоятельно держать ветки, если вообще начнет. Пока у нас есть забор и всякие подпорки, чтобы помогать сосне сохранять форму. Но хотелось бы, чтобы и в нашем климате она в итоге научилась разбираться с этим сама. Впрочем, пока мой гималаец меня радует, и я верю, что он сможет преодолеть и эти сложности. Посмотрим, как он будет жить дальше и что нам покажет.