Катя смотрела на тест и не могла поверить своим глазам. Две полоски. Две чёткие, яркие полоски.
- Мам, я беременна, - тихо сказала она, входя в спальню.
Мама резко обернулась , лежа на кровати
- Что ты сказала?
- Я жду ребёнка. От Никиты.
Лицо матери побелело, потом покраснело, а потом приобрело какой-то нездоровый фиолетовый оттенок.
- Садись. Сейчас же садись и рассказывай всё с самого начала!
А начало было простое и светлое, как всё настоящее.
***
Катя любила деревню с детства. Каждое лето ездила к бабушке Томе, каждое лето - запах укропа, парное молоко и бесконечная свобода. Мама отправляла её туда охотно: сама пыталась устроить свою личную жизнь, а в деревне дочка была под присмотром и не мешала.
Никиту она знала всегда. Он жил через забор, был старше на пять лет, и до поры до времени казался ей просто соседским мальчишкой. Обычным пацаном, который может починить велосипед и не дёргает за косички.
Всё изменилось три года назад. Катя приехала уже не школьницей, а студенткой. Повзрослела, изменилась. И вдруг увидела Никиту совсем другими глазами.
Он тоже изменился. Плечи стали шире, руки сильнее. После армии устроился работать в местную строительную бригаду, но большую часть времени проводил дома - помогал маме с хозяйством. У них было всё: и коровы, и куры, и огород размером с футбольное поле.
- Никит, а давай сходим на речку? - робко предложила она в первый день того лета.
- Давай, - улыбнулся он. - Только сначала дай корову подою.
И пошло-поехало. Каждый день - на речку. Каждый вечер - долгие разговоры на лавочке под старой яблоней. Никита рассказывал про работу, про планы. Катя - про институт, про городскую жизнь.
- А ты не думал уехать в город? - спросила она как-то.
- Думал. Да только зачем? Здесь дело есть, мама одна. А там что? В офисе сидеть, в костюме? Это не моё.
Катя смотрела на его загорелые руки, и сердце колотилось как бешеное. Эти руки умели всё: и дом построить, и мотор починить, и телёнка принять. А когда он брал её за руку во время прогулок, весь мир останавливался.
Два лета пролетели незаметно. Просто дружба, просто тёплые вечера и разговоры до рассвета. Никита не торопил события, а Катя не решалась сделать первый шаг.
И вот - последнее лето. Диплом в кармане, впереди взрослая жизнь и работа. Месяц у бабули - и всё, детство закончится навсегда.
- Катька, - сказал Никита в первый же вечер, когда они сидели на их лавочке. - Мне надо тебе кое-что сказать.
Сердце ушло в пятки.
- Я тебя люблю, - просто сказал он. - Давно уже. И хочу, чтобы ты стала моей женой.
Катя не помнила, что отвечала, помнила только, что целовала его под звёздами и плакала от счастья.
- А как же твоя работа в городе? - спросил он позже.
- А какая разница? Тут тоже жить можно. Бабуля говорит, что дом мне оставит. А работу удалённую найду.
- Правда? Не пожалеешь?
- Дурак ты, Никит Петрович, - засмеялась она. - С тобой хоть на край света.
***
Тот месяц пролетел как один день. Они уже не скрывались, держались за руки при всех. Бабуля только посмеивалась:
- Я же говорила, что хороший парень. Золотые руки, доброе сердце. Таких поискать надо.
- Бабуль, а если мы поженимся...
- Конечно, женитесь! И живите здесь. Дом большой, места всем хватит. А потом детки пойдут...
***
В конце августа Катя поехала домой - уладить дела с мамой, забрать вещи и документы. Планировала вернуться через неделю.
- Мама, я выхожу замуж, - сказала она в первый же день.
- За кого? - насторожилась мать.
- За Никиту. Помнишь, соседский парень в деревне?
- Что?! За этого деревенского?! Катя, ты что, с ума сошла? Институт закончила, а теперь хочешь всю жизнь коров доить?
- Мам, я его люблю. И он меня. Мы будем счастливы.
- Какое счастье?! - взвилась мать. - Нищета это будет! Дети в школу за тридевять земель, больниц нет, культуры никакой!
Скандал длился до ночи. Мама кричала, плакала, убеждала. Катя стояла на своём.
А на следующее утро мама слегла.
- Сердце, - застонала она. - Совсем плохо стало. Наверное, от твоих новостей.
Катя испугалась, вызвала врача. Тот прописал покой и лекарства.
- Никуда не уезжай, - шептала мама. - Я же одна. Если что со мной случится, кто поможет?
- Мам, ну что с тобой случится? Врач сказал, ничего серьёзного.
- Врачи всегда так говорят. А вдруг инфаркт? А вдруг инсульт?
Катя металась между желанием уехать к Никите и чувством вины перед матерью. Каждый день - новый приступ, новые жалобы на здоровье.
- Кать, а ты знаешь, Анатолий Сергеевич спрашивал о тебе, - как бы невзначай сказала мама на третий день.
- Какой Анатолий Сергеевич?
- Сосед наш. Помнишь, в пятом доме живёт? Такой солидный мужчина, бизнесом занимается.
Катя помнила. Дядька лет сорока пяти, который всегда пялился на неё, когда она проходила мимо. Неприятный тип.
- И что он спрашивал?
- Да так, интересовался. Говорит, что ты красивая девушка стала, умная. И что он не женат пока.
- Мам, ты что несёшь?
- Ничего не несу! Просто говорю - есть варианты получше твоего деревенского жениха. Анатолий Сергеевич и машину хорошую купить может, и квартиру, и...
- Хватит! - взорвалась Катя. - Я за Никиту выхожу, и точка!
Мама снова слегла с сердцем.
Прошла неделя. Никита звонил каждый день, спрашивал, когда она вернётся. Катя отвечала, что скоро, как только мама поправится.
А потом Катя почувствовала тошноту и головокружение и чтобы подтвердить свою догадку, купила тест.
***
- Значит, беременна, - мать выглядела так, будто её ударили молотком. - От этого... деревенского.
- От Никиты. Мы любим друг друга, мам. Это же прекрасно! У тебя внук будет!
- Какой внук?! - взвизгнула мать. - Какая любовь?! Катя, ты губишь свою жизнь! И жизнь ребёнка!
- Ничего я не гублю! Мы поженимся, будем растить малыша...
- В деревне? В нищете? Нет! - Мама вскочила с кровати, и Катя поразилась, как быстро прошла её болезнь. - Нет и ещё раз нет!
- А что ты предлагаешь?
Мать помолчала, потом кивнула:
- Аборт. Ты молодая, вся жизнь впереди. Выйдешь за достойного человека, родишь детей в нормальных условиях.
- За кого? За твоего Анатолия Сергеевича?
- А что плохого? Он обеспеченный, серьёзный. Тебя на руках носить будет.
- Мама, ты в своём уме? Мне двадцать три, а ему сорок пять! Он мне в отцы годится!
- Ну и что? Зато у тебя всё будет! И машина, и квартира, и...
- А любовь? - тихо спросила Катя.
- Любовь - это ерунда. Без любви можно легко прожить. А вот без денег - точно пропадёшь.
Катя смотрела на мать и не узнавала её. Когда она стала такой? Когда деньги стали для нее важнее всего?
- Я никого не брошу и ничего делать не буду, - твёрдо сказала она. - Завтра же уезжаю к Никите. Скажу ему про ребёнка и мы поженимся.
- Погоди! - мать схватила её за руку. - Ты хоть подумай! Может, действительно не стоит торопиться? Сделай аборт, а через годик-другой ещё подумаешь насчёт замужества.
- Нет.
- Катя, прошу тебя! Я же мать, я плохого не посоветую!
- Нет, мам. Решение принято.
Мать уговаривала, но Катя была непреклонна. Вечером она легла спать с твёрдым намерением уехать. Мама как в детстве посидела рядом, пытаясь успокоить дочь. Заварила чай с травами.
А утром Катя проснулась от дикой боли внизу живота.
- Мама! - закричала она. - Мам, мне плохо!
Кровь. Много крови. Скорая. Больница.
- У вас был выкидыш, - сказал врач. - Но есть осложнения. Нужна операция.
После операции - ещё один удар:
- К сожалению, из-за осложнений вы больше не сможете иметь детей.
Катя лежала в палате и смотрела в потолок. Всё рухнуло. Мечты, планы, будущее. Что скажет Никита? Какая она теперь жена?
- Катенька, милая, - мама сидела у кровати с заплаканными глазами. - Я же не хотела... Я думала...
- Что ты думала? - хрипло спросила Катя.
- Я... я добавила тебе в чай лекарство. Чтобы... чтобы случился выкидыш. Но я не знала, что будут осложнения! Я хотела как лучше!
Катя закрыла глаза. Мать убила её ребёнка. Собственными руками.
- Мне в таком положении осталось только за Анатолия Сергеевича замуж выйти - с сарказмом почти шёпотом сказала она.
- Он... - мать всхлипнула. - Когда узнал, что ты больше рожать не сможешь, сказал, что ему такая жена не нужна. Он детей хочет.
Катя засмеялась. Страшный, истерический смех.
- Значит даже старому жениху я не нужна. Зато ты довольна?
- Катя, прости меня! Я не хотела! Я думала...
- Уйди, - прошептала Катя. - Уйди и не показывайся мне на глаза.
***
После выписки она не разговаривала ни с кем. Сидела дома, смотрела в окно и медленно сходила с ума. Никита звонил, но она не отвечала. Что ему сказать? Как объяснить?
Через месяц её положили в неврологическое отделение.
А еще через две недели появился он...
- Катька, - сказал Никита, входя в палату. - Я тебя забираю.
Она посмотрела на него и заплакала. Первые слёзы за полтора месяца.
- Никит, я не смогу родить тебе детей, - прошептала она. - Никогда.
- Знаю, - он сел рядом, взял её руки в свои. - Твоя мать рассказала.
- И что теперь?
- А что теперь? - он улыбнулся той самой улыбкой, которую она помнила с детства. - Теперь едем домой. Поженимся и будем жить.
- Но дети...
- А дети у нас будут. В детдомах полно ребятишек, которым нужны родители. Усыновим, удочерим. Какая разница, родной или нет? Главное - любить.
Катя смотрела на него и не верила. Такие мужчины ещё остались на свете?
- Ты пожалеешь, - тихо сказала она.
- Не пожалею. Я тебя люблю. Не за детей, не за что-то ещё. За тебя. И точка.
***
Домой они ехали молча. Катя смотрела в окно на мелькающие пейзажи и думала, что жизнь даёт второй шанс. Не всегда, не всем. Но ей повезло.
Поженились тихо, без торжеств. Только бабуля, мама Никиты и свидетели.
Первый год был трудным. Катя долго отходила от пережитого, боялась довериться счастью. Но Никита терпеливо ждал, согревал её своей любовью, и оберегал от всего.
- Не работай на огороде, - говорил он. - Найди что-то по душе.
И она нашла. Удалённая работа в маркетинговом агентстве. Сидела дома, за компьютером, и зарабатывала больше, чем иной сельский житель. Современные технологии - великая вещь.
Через пять лет они поехали в детский дом.
- Хотим девочку, - сказал Никита. - Лет трёх-четырёх.
Им показали Машеньку. Маленькая, худенькая, с огромными глазами. Родители погибли в аварии, бабушка не потянула.
- Дяденька, а у вас есть собака? - спросила девочка.
- Нет, а ты хочешь?
- Хочу! И кота. И хомячка.
Никита засмеялся:
- Будет тебе и собака, и кот. И хомячок.
Маша стала их дочкой. Настоящей, родной, любимой. А через два года они взяли Серёжку, мальчика четырех лет. Тихого, серьёзного, очень похожего на Никиту характером.
- Пап, а мы богатые? - спросил он как-то за ужином.
- Почему ты спрашиваешь?
- А у нас есть всё. И дом, и мама с папой, и сестра, и собака. Значит, мы богатые.
Никита и Катя переглянулись и улыбнулись. Да, они были богатыми. Самыми богатыми людьми на свете.
Иногда, когда дети спали, они сидели на той самой лавочке под яблоней и вспоминали.
- А если бы тогда всё получилось? - спрашивала Катя. - Если бы родился наш ребёнок?
- Не знаю, - честно отвечал Никита. - Может, мы бы не взяли Машку с Серёжкой. А они бы остались в детдоме.
- Получается, всё к лучшему?
- Получается, что бывает разное счастье, - говорил он, обнимая её. - И наше - не хуже других.
***
В городе мать Кати жила одна в пустой квартире, каждый день смотрела в окно и ждала. Ждала, что дочь простит, приедет, привезёт внуков.
Но прощения не было. И внуков не было.
Только пустота, которую не купишь ни за какие деньги.
- Мам, смотри, какую собачку мы нашли! - Маша вбежала в дом, держа на руках крохотного щенка.
- Где нашли? - спросила Катя, откладывая ноутбук.
- На дороге сидела, плакала. Папа сказал, что оставим.
- Конечно, оставим, - улыбнулась Катя. - Как назовём?
- Удача! - выпалила Маша. - Потому что нам повезло, что мы её нашли.
«Удача», - подумала Катя, глядя на счастливое лицо дочки. - Да, им действительно повезло. Всем им. И особенно - друг с другом.
За окном шумел сад, который сажал Никита. Росли яблони, которые будут плодоносить ещё много лет. И на лавочке под старым деревом всегда будет место для новых историй любви.
Потому что настоящая любовь от сердца. И если сердце готово принять - примет кого угодно. И полюбит навсегда.
Спасибо всем, кто поддержал ❤️ Не забудьте подписаться на канал❤️