Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ДРАМАТУРГИ ОТДЫХАЮТ

Звонок, который перевернул его жизнь

Артём смотрел на экран телефона и не мог поверить своим глазам. Неизвестный номер. А голос... Господи, этот дрожащий, плачущий голос он узнал бы из тысячи. — Артём, это тётя Катя, соседка Марии... Помнишь меня? Конечно, помнил. Катерина Петровна, которая как мать заботилась о Марии. Которая пекла им пирожки, когда они сидели допоздна на кухне, строя планы на будущее. Три года назад. Целая вечность. — Тётя Катя? Что случилось? — сердце уже колотилось как бешеное. — Мария пропала... Уже третий день как нет... А я тут с малышкой одна, не могу даже на работу выйти... — С какой малышкой? — Артём почувствовал, как земля уходит из-под ног. — Как с какой? С твоей дочерью, Артём. С Аришей. Ей уже два с половиной годика... Артем закрыл глаза. В голове крутилась одна мысль: дочь. У него есть дочь. А он даже не знал. *** Всё началось с той командировки. Пять месяцев в Тамбове, где местная фирма осваивала их программное обеспечение. Скучная работа, съёмная однушка, бесконечные дожди. И вдруг — М

Артём смотрел на экран телефона и не мог поверить своим глазам. Неизвестный номер. А голос... Господи, этот дрожащий, плачущий голос он узнал бы из тысячи.

— Артём, это тётя Катя, соседка Марии... Помнишь меня?

Конечно, помнил. Катерина Петровна, которая как мать заботилась о Марии. Которая пекла им пирожки, когда они сидели допоздна на кухне, строя планы на будущее. Три года назад. Целая вечность.

— Тётя Катя? Что случилось? — сердце уже колотилось как бешеное.

— Мария пропала... Уже третий день как нет... А я тут с малышкой одна, не могу даже на работу выйти...

— С какой малышкой? — Артём почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Как с какой? С твоей дочерью, Артём. С Аришей. Ей уже два с половиной годика...

Артем закрыл глаза.

В голове крутилась одна мысль: дочь. У него есть дочь. А он даже не знал.

***

Всё началось с той командировки. Пять месяцев в Тамбове, где местная фирма осваивала их программное обеспечение. Скучная работа, съёмная однушка, бесконечные дожди. И вдруг — Мария.

Она работала удалённо на их компанию, но иногда приезжала в офис для консультаций. Высокая, с тёмными волосами до плеч и серьёзными карими глазами. Сирота, как выяснилось позже. Никого, кроме тёти Кати, которая её вырастила.

— Ты чего такой хмурый? — спросила она в первый же день, когда увидела Артёма, угрюмо пялящегося в монитор.

— Да так, скучаю по дому, — честно ответил он.

— А где дом?

— Москва.

— Ого. А я думала, все москвичи снобы. А ты нормальный.

Вот так просто. Без всяких красивых слов и романтических декораций. Просто двое одиноких людей, которым стало хорошо вместе.

Они гуляли по старым улицам, ели мороженое в парке, смотрели фильмы у неё дома. Мария рассказывала о своей работе — она переводила техническую документацию, мечтала открыть собственное агентство. Артём делился планами на будущее, говорил, что хочет создать семью, но "всё никак не встретит ту самую".

— А может, уже встретил? — тихо спросила она однажды вечером, когда они сидели на её кухне с чаем.

— Может быть, — ответил он и поцеловал её.

Пять месяцев пролетели, как один день. Когда пришло время уезжать, Мария плакала, а Артём клялся, что всё уладит дома и вернётся за ней.

— Правда? — всхлипывала она. — Не бросишь?

— Никогда, — горячо шептал он. — Жди меня.

Но дома его ждал кошмар. За день до его приезда, мама попала в реанимацию с инсультом. Врачи качали головами — слишком поздно привезли. Артём метался между больницей и работой, звонил Марии каждый день. Сначала они говорили часами, потом разговоры становились всё короче.

— Как мама? — спрашивала Мария.

— Пока без изменений. А ты как?

— Нормально. Работаю. Жду.

— Потерпи ещё немного, милая. Скоро всё наладится.

***

Маму выписали через месяц, но левая сторона была парализована. Нужен был постоянный уход, реабилитация, лекарства. Артём взял отпуск, потом ещё один. Звонки Марии стали реже, а потом и вовсе прекратились.

"Наверное, поняла, что я не вернусь", — думал он, засыпая в кресле рядом с маминой кроватью. Сердце разрывалось от боли, но что он мог поделать? Бросить больную мать?

Год восстановления превратился в рутину. Мама научилась ходить с палочкой, но всё равно нуждалась в помощи. Артём нанял сиделку на день, а вечерами сам ухаживал за ней. О Марии старался не думать. Слишком больно.

А потом появилась Анжела.

Новенькая в отделе, симпатичная блондинка с детским личиком и хитрыми глазками. Сразу взяла его в оборот — то пирожки принесёт, то на обед пригласит.

— Ты такой грустный, Артём, — говорила она, заглядывая в глаза. — Может, расскажешь, что случилось?

Он отшучивался, держал дистанцию. Но Анжела была настойчивой. На корпоративе подливала ему в бокал, когда он не видел. А утром он проснулся у неё дома с диким похмельем и смутными воспоминаниями.

— Доброе утро, любимый! — щебетала Анжела, подавая кофе. — Как спалось?

— Анжела, прости, я не помню... То есть, мы...

— Конечно, мы! — засмеялась она. — Ты такой милый, когда смущаешься. Не переживай, теперь мы пара!

— Стой, стой. Я очень сожалею, что так вышло. Я был пьян, это ошибка. Давай останемся друзьями, хорошо?

Лицо Анжелы помрачнело, но она быстро взяла себя в руки.

— Конечно, Артём. Понимаю. Не переживай.

Какое-то время она вела себя тише воды, ниже травы. А потом подошла с сияющими глазами.

— У меня новости! — прошептала она. — Я беременна! Ты скоро станешь папой!

Артём почувствовал, как мир рушится. Опять. Сначала мама, теперь это. Судьба словно специально расставляла ловушки.

— Ты уверена?

— Конечно! Я была уже у врача. Шестая неделя!

Шестая неделя. Как раз после того злополучного корпоратива. Артём закрыл глаза. Он был ответственным человеком. Если так вышло — значит, так надо.

— Хорошо, — тихо сказал он. — Я буду хорошим отцом.

Анжела кинулась ему на шею.

— Я знала, что ты не бросишь нас!

Через две недели она переехала к нему. Мама ворчала, но смирилась — внук есть внук. Анжела изображала заботливую невестку, но на самом деле только командовала: то суп не такой, то в доме холодно, то музыка громкая.

Артём терпел. Что ещё оставалось делать?

***

И вот теперь этот звонок. Дочь. У него есть дочь от Марии. Той самой Марии, которую он так и не смог забыть.

— Тётя Катя, а почему Мария мне не сказала?

— Да гордая она больно! — всхлипнула женщина. — Говорила: если любит, сам вернётся. А если из-за ребёнка приедет, то это не любовь. Вот и молчала. А теперь пропала, а я с малышкой одна. Не знаю, что и делать.

— Я еду, — не раздумывая, сказал Артём. — Прямо сейчас. Адрес скажите.

Анжела стояла на пороге спальни, прислушиваясь к разговору. Когда Артём положил трубку, она вошла с невинным видом.

— Кто это был, милый?

— Дело рабочее. Мне нужно срочно ехать в командировку.

— Какую ещё командировку? У меня же роды на носу! Как я без тебя?

— Мама поможет. Или сиделку наймём. Это очень важно, Анжела.

Она посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах мелькнуло что-то нехорошее.

— Хорошо, — неожиданно спокойно сказала она. — Езжай. Только не задерживайся.

Артём кивнул и пошёл собирать сумку. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Дочь. Его дочь.

И Мария пропала.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...