Вы когда-нибудь чувствовали, что вдох — это уже работа? Или боялись отпусков и перелётов, потому что рядом может оказаться человек с котом, а у вас — приступ? Мы поговорили с Иваном Сергеевичем Скороходовым, врачом-аллергологом-иммунологом и терапевтом, — и выяснили одно важное: бронхиальная астма и аллергии перестали быть приговором.
В этом разговоре — про то, почему у детей иногда проходят симптомы, а потом возвращаются; зачем современному пациенту знать не только «что пить», но и как правильно пользоваться ингалятором; почему одни вакцины есть в Европе, а у нас — дефицит; и как АСИТ может работать с причинами болезни, а не только тушить её пламя. Это интервью о реальной медицине — понятной, прагматичной и ориентированной на качество жизни.
Прочитайте — если у Вас или у близких есть проблемы с дыханием, насморком, частыми бронхитами или реакциями на домашних животных — здесь вы найдёте не только ответы, но и практические шаги, которые можно обсудить с врачом уже на первой консультации.
Бронхиальная астма: аллергия или не только? Что должен знать каждый пациент
– Скажите, пожалуйста, бронхиальная астма — это всё-таки заболевание именно аллергического характера? То есть пациент с таким диагнозом сразу идёт к аллергологу, или в лечении участвуют разные специалисты?
– Начнём с главного, – отвечает Иван Сергеевич Скороходов. – Астмой называют любое хроническое заболевание, которое приводит к сужению бронхов. Человек не может дышать: бронхи спазмируются, слизистая отекает — и дыхание становится невозможным. Да, часто это связано с аллергией, но не всегда. Есть и неаллергические астмы. Поэтому первые врачи, к которым чаще всего обращаются такие пациенты, – пульмонологи, специалисты по заболеваниям лёгких.
– А в каких случаях именно к вам приходят?
– Если к симптомам со стороны дыхательных путей добавляются явные признаки аллергии. Человек жалуется: чихает, глаза слезятся, нос течёт бесконечно, к тому же препараты помогают лишь временно. Как только перестаёт их принимать — всё возвращается обратно. Вот тогда уже встаёт вопрос о наблюдении у аллерголога-иммунолога.
– И тогда полностью лечением занимаетесь вы?
– Да, конечно. Но, к сожалению, далеко не все мои коллеги берут на себя весь комплекс ведения пациента. Кто-то ограничивается только рекомендациями — мол, у вас аллергия, вот совет, дальше справляйтесь сами. Я же назначаю полную терапию.
– Вы упомянули, что к лечению подключают ещё психотерапию?
– Нет, не психотерапию, – поправляет меня доктор. – Базисную терапию. То есть ингаляторы. Именно они сегодня являются основой лечения. Если пациент регулярно ими пользуется — он может жить без приступов и серьёзных ограничений.
– То есть достаточно вовремя делать ингаляции — и человек чувствует себя нормально?
– Именно. Сейчас астматическая терапия настолько продвинулась, что, как любит повторять мой коллега, профессор Бельчиков, от астмы уже больше двадцати лет никто не умирает. Всё благодаря современной базисной терапии. Ингаляторы содержат гормональные препараты, которые уменьшают отёк и выработку слизи в бронхах. А ещё — вещества из группы бета-миметиков: сальметерол, формотерол и другие. Они расширяют бронхи, и человек дышит свободно.
– Вы сейчас сказали «законный допинг»?
– Да, именно, – улыбается врач. – Для спортсменов это действительно допинг, ведь он расширяет бронхи и улучшает дыхание. Например, норвежская сборная лыжников вся официально получает такие препараты по медицинским показаниям. Но для пациентов с астмой — это жизненно необходимое лечение. И здесь уже не до спортивных скандалов, тут речь идёт о здоровье и нормальной жизни.
Астма — болезнь молодых? Почему одни дети перерастают её, а другие возвращаются к симптомам во взрослом возрасте
– Правда ли, что бронхиальная астма сегодня «молодеет»? Всё чаще слышим, что ею страдают не только взрослые, но и молодые люди, даже совсем маленькие дети.
– Тут есть тонкость, – поясняет Иван Сергеевич Скороходов. – Истинная бронхиальная астма изначально считается болезнью молодых. Она не то чтобы «помолодела». У пожилых людей — свои диагнозы: хроническая обструктивная болезнь лёгких (ХОБЛ) или другие патологии дыхательной системы. Астма же — это именно удел молодых.
– А бывает так, что ребёнок болел астмой, а потом она вдруг прошла?
– Конечно! И это любимая история, которую я часто рассказываю пациентам, – улыбается врач. – Представьте: малыш, которому два года. Его слизистые ещё очень уязвимы, они легко пропускают аллергены. Ребёнок начинает болеть: свистит, хрипит, пугает родителей и педиатров. Его отправляют к аллергологу. Выясняется: аллергия на пыль, клещей, кошек. Назначают ингалятор, ребёнок дышит — и ему становится легче. Постепенно слизистые крепнут, перестают пропускать аллергены, и к школе баллончик уже не нужен. Казалось бы — астма отступила.
– То есть ребёнок вырастает и всё? Болезнь позади?
– До поры до времени. Вот ему 26 лет, и он решает, что пора «попробовать вейпы». Слизистые снова повреждаются, аллергены проникают — и вот она, старая знакомая: хрипы, кашель, астма возвращается.
– Получается, симптомы могут исчезать, но потом снова появляться?
– Именно так. Аллергия — она навсегда. Просто проявляется по-разному. Иногда — десятилетиями молчит. У меня была пациентка: в 20 лет у неё диагностировали аллергию на кошек, и она действительно не могла даже находиться рядом с животными. Но к 30 годам — никаких проблем. Жила спокойно, кошки её больше не тревожили. А вот к 60-ти всё вернулось: снова чихание, слёзы, насморк. Организм так устроен: факторы среды могут либо приглушить аллергию, либо разбудить её.
– Значит, как и с сезонными аллергиями — всё зависит от конкретного набора раздражителей?
– Да. Есть круглогодичные аллергены — пыль, шерсть животных, бытовые клещи. А есть сезонные — например, пыльца растений. И организм реагирует в разные периоды жизни по-своему.
– Скажите, а чем бронхиальная астма отличается от аллергического бронхита? Это вообще разные болезни?
– Тут всё проще, – отвечает доктор. – Если человеку тяжело дышать — это астма. Она чаще всего аллергическая, но бывает и другой природы: аспириновая, профессиональная (из-за пыли на вредном производстве). Суть одна: бронхи сужаются, дыхание становится затруднённым. Но главное — астма обратима. Мы даём препараты, бронхи расправляются, дыхание восстанавливается.
– А вот хроническая обструктивная болезнь лёгких, ХОБЛ, о которой вы упоминали?
– Это уже совсем другая история. Там бронхи сужаются медленно, годами, и этот процесс необратим. Чаще всего у заядлых курильщиков или людей, которые десятилетиями работали в пыльных цехах. При астме — вдохнул, закашлял, захрипел, мы дали лекарства — и всё прошло. При ХОБЛ такого не бывает. Можно только немного облегчить дыхание, но вернуть лёгкие в норму уже невозможно.
– Но ведь многие курильщики возражают: мол, наши деды курили всю жизнь и жили долго!
– Это иллюзия, – мягко улыбается Иван Сергеевич. – Просто раньше люди не доживали до болезней лёгких. Средняя продолжительность жизни была 40–50 лет. Даже если к 60 человек начинал задыхаться, это воспринималось как естественная «старческая усталость». А сегодня мы стали доживать до тех заболеваний, которые раньше попросту не успевали проявиться. Поэтому сейчас ХОБЛ встречается часто, и мы видим, насколько тяжело она протекает.
Астма не приговор: как жить полноценно и управлять болезнью, а не подчиняться ей
– Получается, астма обратима, но человек всё равно живёт с риском, что приступ может вернуться в любой момент?
– Да, – подтверждает Иван Сергеевич Скороходов. – Но в этом как раз и хорошая новость: большинство астм — аллергические. Это значит, что мы можем выявить аллерген и изолировать пациента от него. А ещё — «переучить» иммунную систему с помощью АСИТ-терапии. Тогда приступы просто перестанут возникать. То есть человек может уйти от постоянных гормональных ингаляторов и жить без базисной терапии.
– То есть астму реально держать под контролем?
– Конечно. Особенно если ребёнок часто болеет бронхитами со свистящим дыханием, кашлем, непонятными эпизодами затруднённого дыхания. Если он вовремя попадает к аллергологу, мы быстро выясняем, есть ли аллергия, и назначаем лечение. В том числе — АСИТ, специфическую иммунотерапию. Это единственный метод, который влияет на причину болезни, а не только на её проявления.
– А родителям как понять, что приближается приступ? Чтобы не упустить момент?
– Чаще всего дети сами чувствуют. Они прекрасно понимают, что им трудно дышать: появляются хрипы, свисты. И сейчас, к счастью, у нас есть так называемая «смарт-терапия». Я всегда учу своих пациентов, как действовать в той или иной ситуации. Например, есть международные рекомендации — программа GINA. Там чётко описано, как использовать ингаляторы и как регулировать дозу.
– То есть пациент может сам управлять лечением?
– Именно. Я всегда цитирую своего учителя, профессора Норберта Бекста из Австралии: «Обучайте своих пациентов — вам же будет проще». Вот я и обучаю. Мои пациенты ничуть не уступают пульмонологам в понимании того, когда увеличить терапию, когда снизить дозу. Они знают, что делать при первых симптомах и как действовать, если всё спокойно. Это называется step-up/step-down — шаг вверх, шаг вниз. Пациент сам регулирует лечение, и болезнь не управляет его жизнью.
– Получается, ограничений по жизни у человека с астмой нет?
– Совершенно верно. Задача врача — не запретить, а наоборот, дать пациенту возможность жить полной жизнью. Не лишать его спорта, прогулок, работы или общения с животными. Человек должен заниматься всем, чем хочет. А моя задача — подобрать терапию так, чтобы при этом не было никаких симптомов.
– То есть, условно, даже если у пациента аллергия на кошек — он всё равно может спокойно пойти в гости, где живёт кот?
– Именно. Пациент должен жить так, как хочет. В цирк, в зоопарк, к друзьям с кошками. И при этом — дышать свободно. Да, он принимает препараты, но они делают жизнь нормальной, полноценной. И это правильно. Болезнь не должна отнимать у человека радость.
– Очень здорово, что бронхиальную астму можно полностью контролировать и сохранять качество жизни. Это действительно вдохновляет. Скажите, есть ли еще важные моменты, которые стоит знать об этом заболевании?
– Во-первых, астма — это не проклятие. Очень часто мамы маленьких детей воспринимают диагноз как трагедию. Но это не так. Болезнь можно контролировать, и при правильной терапии человек может жить без ограничений. Иногда даже случаются ремиссии, когда симптомы уходят совсем.
– То есть, несмотря на распространённые страхи, астма лечится?
– Конечно. Сегодня у нас есть мощные, современные препараты, прекрасные ингаляторы. Они позволяют купировать приступы и не доводить человека до тяжелого состояния. Раньше пациенты буквально задыхались, не могли вдохнуть или выдохнуть, и медицина была бессильна. Сейчас же всё иначе: вводим гормоны, бронходилататоры — и дыхание восстанавливается. Главное, чтобы диагноз был поставлен вовремя.
– Особенно тревожно, наверное, родителям маленьких детей?
– Да, у детей бронхи сами по себе нежные. Часто простая простуда сопровождается кашлем и «обструктивным бронхитом», но это не всегда астма. Слизистая у ребёнка рыхлая, отекает легко, и кажется, будто это уже астматический процесс. Поэтому так важно вовремя показать ребёнка аллергологу, провести анализы, проверить, есть ли аллергия. Иногда причина банальна: кошка дома или бытовые клещи. Если аллергию исключили — значит, ребёнок просто перерастёт эту особенность.
– Получается, молодой маме не стоит паниковать, а лучше вовремя обратиться к врачу и разобраться в причинах?
– Абсолютно верно. Если есть кашель, хрип, затруднённое дыхание — лучше перестраховаться и проверить. Даже если у вас 10 лет всё было спокойно, аллергия может проявиться внезапно. У коллеги, например, у жены после девяти лет жизни с котом внезапно возникла астма. Иммунная система решила: «Кот — враг». И понеслось…
– Но ведь нередко врачи советуют просто избавиться от животного. А это для семьи трагедия.
– Вот именно! Пациенты часто мне говорят: «Доктор, я скорее разведусь, чем отдам кота». Был случай: дочка 15 лет устроила скандал, заявив, что уйдёт из дома с кошкой, но без неё жить не будет. Поэтому мы ищем другие решения. Подбираем препараты, обучаем пользоваться ингалятором. Человек учится контролировать болезнь сам: когда увеличить дозу, когда уменьшить, как правильно сделать вдох. И живёт полноценной жизнью.
– То есть это ещё и вопрос обучения?
– Конечно. Я своих пациентов обязательно учу. У меня есть «опытные астматики» — они прекрасно знают, как себя вести. Если чувствуют недомогание, используют ингалятор и продолжают жить, не бегая по врачам. Никто вокруг даже не догадывается, что у них астма.
– Получается, главное — вовремя попасть к грамотному специалисту и научиться правильно управлять своим состоянием?
– Да. Если терапия подобрана верно, человек получает свободу. Он дышит спокойно, работает, учится, путешествует, строит семью. Астма не мешает жить — если знать, как с ней обращаться.
Если Вы хотите разобраться с симптомами раз и навсегда — не откладывайте. Запишитесь на консультацию к Скороходову Ивану Сергеевичу на сайте клиники: на приёме вы получите полную оценку состояния, назначение нужных тестов (аллергопробы, анализы), практическое обучение по использованию ингалятора и индивидуальный план лечения — вплоть до обсуждения АСИТ (специфической иммунотерапии) при показаниях.
Совет перед визитом: возьмите с собой список текущих лекарств, старые анализы и описание симптомов (когда, при каких обстоятельствах появляются), а если это ребёнок — историю частых простуд и прививок. Это упростит диагностику и сэкономит Ваше время.
Записаться можно на сайте клиники либо по телефону. Сделайте первый шаг — и дышите полной грудью снова.
Читайте также: