Дети делили ее дом без нее. Сначала сын с невесткой начали считать его своим, теперь и дочка примчалась за своей долей...
Алексей не удивился, увидев Ингу.
— О, сестра пожаловала. С приездом!
— Не прикидывайся! — Инга накинулась на него. — Думал, пока я далеко, дом приберешь? Мама на ладан дышит, а ты уже наследство делишь?
— Какой еще ладан? — Алексей растерялся. — Мама здорова, слава богу. Мы просто ремонт хотим сделать, на свои деньги, между прочим.
— На свои? А потом дом себе заберешь, да? Маму уговоришь завещание на тебя написать?
Жанна фыркнула:
— Уговаривать не надо. Кто о Лидии Петровны Петровне заботится? Мы. Кто с ней живет? Мы. А ты где?
Инга тяжело выдохнула, покачала головой:
— Ладно. Давайте сядем и поговорим по-человечески.
За ужином все молчали. Даже Ванечка примолк, чувствовал, что взрослые ругаются. Инга вилкой по тарелке стучала, есть не могла. Алексей в тарелку уставился. Жанна демонстративно гремела посудой.
— Так вот что я вам скажу, — Инга откинулась на спинку стула. — Либо продаем дом сейчас и делим пополам. Либо, Алексей, выплачивай мне мою долю. Выбирайте.
Алексей поперхнулся.
— Ты что? Откуда у меня такие деньги? Я водитель маршрутки!
— Тогда продаем, — отрезала Инга.
— Мы кредит взяли! — Жанна вскочила. — На ремонт дома! Материалы уже закупили!
— Ваши проблемы, — Инга пожала плечами. — Надо было сначала думать, потом кредиты брать.
Лидия Петровна поднялась из-за стола.
— Я спать пойду. Голова болит.
В своей комнатушке села на кровать. Снаружи голоса доносились, Инга с Алексеем ругались, Жанна Ванечку спать укладывать пыталась.
В дверь постучали. Инга вошла, села рядом.
— Мам, прости, что так получилось. Но ты же понимаешь, папа меня больше любил. Всегда говорил, дом — для Инги. Ты же помнишь?
Лидия Петровна кивнула устало:
— Помню, доча. Все помню.
— Вот и хорошо. Завтра с агентом встречусь. Продадим дом быстро, по-хорошему, и разъедемся все. Тебе с Лешкой останется достаточно.
Инга ушла. Лидия Петровна лежала в темноте, в потолок смотрела. На кухне Жанна с Алексеем о чем-то шептались. Потом Жанна громко сказала:
— Может, твоей маме вообще в дом престарелых пора? Продадим ее жилье, хороший пансионат оплатим.
Сердце больно кольнуло. Вот оно как, в дом престарелых ее хотят сдать. Обуза же.
Лидия Петровна тихонько встала, взяла телефон. Так хотелось оказаться подальше отсюда... Она вышла в коридор, накинула пальто прямо на ночную рубашку, потом на улицу пошла, во двор. Села на лавочку у подъезда и набрала номер Веры Ивановны.
— Вер, прости, что поздно.
— Да ничего, Лида. А что случилось?
— Дети ругаются из-за дома. Совсем достали. Решила его продавать.
— Ох, Лидочка, тяжело тебе, понимаю. И поддержу, я же давала тебе номер своего агента, прослежу, чтобы он помог с продажей.
Лидия Петровна положила трубку и посидела еще немного. В окне их кухни свет горел. Жанна к окну подошла, вниз посмотрела. Лидия Петровна голову опустила, пусть невестка не видит, что она тут.
Решено, она соберет вещи и уйдет от всех. Довольно терпеть такое отношение.
***
А утром Лидия Петровна проснулась от крика. Инга с Алексеем на кухне орали друг на друга. Жанна Ванечку в школу собирала, цыкала на них, мол, ребенка пугаете.
Лидия Петровна вышла, халат запахнула.
— Что опять случилось?
Инга сунула телефон ей под нос.
— Вот! Вот что случилось! Я агенту позвонила твоему! Нашла его визитку у тебя в сумке! Он сказал, ты дом продавать собиралась тайком от нас!
Алексей побелел весь.
— Мама, это правда?
— Правда, — Лидия Петровна выпрямилась, подбородок вздернула.
— И молчали! — ахнула Жанна.
— А что, докладывать должна была? — Лидия Петровна посмотрела на невестку. — Я вам и так бесплатная прислуга. Готовлю, убираю, с детьми сижу. Или плату за проживание хотите? Могу платить. Сколько скажете, столько и буду платить.
Алексей тяжело сел на табуретку.
— Мам, мы же кредит взяли недавно. Материалы уже частично купили.
— А я просила? — Лидия Петровна повысила голос . — Я вас просила? Сами решили, сами и разбирайтесь!
Инга торжествовала:
— Вот видите! Мать вас обманывает!
— Хватит!
Лидия Петровна ударила ладонью по столу. Посуда звякнула, Ванечка испуганно прижался к отцу.
— Сядьте все и слушайте. Я вам ничего не должна. Да, я дом продаю и квартиру себе покупаю. Чтоб никому не мешать!
Алексей опустил глаза, молчал, потому что понимал, правда за матерью. Жанна покраснела, отвернулась к окну.
— Я же не глухая, — Лидия Петровна усмехнулась горько. — Все слышу через стенку. Как Жанна подруге жалуется, что свекровь достала. Как ты, Леша, вздыхаешь, когда я из комнаты выхожу. А ты, Инга, год не звонила! Только когда про дом узнала, сразу прилетела!
— Мама, я работаю, дети у меня, — Инга оправдываться начала.
— Все работают, у всех дети, — отрезала Лидия Петровна. — Хватит отговорки придумывать... Ладно, хватит. Слушайте, что я решила. Дом продаю. Завтра еду к агенту, и все подпишем.
— А наши деньги? — Жанна взвилась. — Мы ж кредит взяли!
— Считайте, что это расплата за то время, что я у вас жила. Работал няней, кухаркой, уборщицей. По современным расценкам даже дешево вышло.
Алексей встал, заходил по кухне.
— Мам, давай поговорим спокойно. Без Инги, без Жанны. Вдвоем.
— Нет уж! — Инга вскочила. — Все решения при мне! А то уговоришь мать тебе денег дать, маменькин сыночек!
— Цыц! — Алексей рявкнул на сестру. — Где ты была, когда отца не стало? Билет купить не могла? На телефон новый деньги нашла, а на билет нет?
— Не смей! — Инга перешла на крик. — Папа меня больше любил! Всегда говорил, что мне дом оставит.
— В бреду говорил!
Ванечка заплакал. Жанна схватила его за руку, вывела из кухни. Лидия Петровна встала.
— Все, решение принято. Дом на мне записан, могу продать сама, вас не спрашивать.
Она ушла к себе, дверь заперла. Слышала, как на кухне еще час ругались. Потом Инга хлопнула дверью, в гостиницу поехала, видать. Алексей с Жанной шептались до полуночи.
А Лидия Петровна лежала и план обдумывала. Денег от продажи дома хватит на квартиру, еще останется на жизнь.
Утром она встала раньше всех. Чай попила, документы на дом проверила. Алексей вышел, помятый, не выспавшийся.
— Мам, давай поговорим, — предложил он.
— О чем говорить, Леша? Все решено.
— Мы не хотели тебя обидеть. Правда. Жанна погорячилась просто. Ты же знаешь, какая она.
— Знаю, — кивнула Лидия Петровна. — Именно поэтому и ухожу.
К нотариусу приехали все, даже Жанна отпросилась с работы. После продажи на улице Инга сразу начала:
— Так, мама. Половина денег моя.
— Нет, — Лидия Петровна покачала головой.
— Как нет? — Инга опешила. — Мы же договорились!
— Мы ни о чем не договаривались. Это мои деньги, я на них квартиру куплю.
— Я в суд подам! — Инга закричала. — У меня право на долю!
— Подавай, — Лидия Петровна пожала плечами. — Только я жива еще, завещание не писала. Дом был мой, я его продала. Все законно.
Алексей молчал, в асфальт смотрел. Жанна кусала губу от злости.
— Ах так! — Инга вся покраснела. — Тогда ты мне не мать! Слышишь? Не мать!
Она развернулась и ушла, даже не попрощалась.
***
Скоро Лидия Петровна въехала в свою квартиру. Она была небольшая, зато никто не упрекнет ее тут куском хлеба. Остальные деньги она положила на счет.
Алексей звонил, извинялся, просил прощения. Но что-то Лидия Петровна сомневалась в его искренности...
— Мам, возвращайся. Мы все поняли. Жанна тоже просит прощения.
— Я простила, Леша, но жить к вам не вернусь. Извини.
Внуков Жанна к ней не пускала. Говорила им, что бабушка их бросила, денег им не оставила.
Инга прислала длинное письмо, несколько страниц упреков и обвинений. Лидия Петровна прочитала первые строчки и выбросила. Жизнь продолжалась, и если дочь не хочет ее видеть... Что ж, она сможет с этим смириться. (Все события вымышленные, все совпадения случайны 🍺 угостить автора пивком 👈🏼 (нажать синие буквы)