Большие перемены и новый поворот в судьбе
Прошло полгода. Икона наконец была отреставрирована и продана с аукциона в Москве. На Татьянин счет, открытый для нее братом, поступила очень солидная сумма. Ее вполне бы хватило и на две квартиры на Маршала Жукова.
Но она не стала вкладывать деньги в это жилье, она решила уехать из родного города. Татьяна уже давно уволилась со своего последнего места работы, передав дела новому бухгалтеру.
- Так, и куда же ты все-таки собралась? – спросил ее удивленный до глубины души брат.
- Пока в Москву. А там видно будет. Сумею устроиться, останусь там, а нет, поеду дальше, может в Питер, а может… не знаю я, Эдик.
- А что за срочность? И что за необходимость? Я работу тебе хотел предложить, вести нашу с Ликой бухгалтерию. Бухгалтер как раз на пенсию собралась. Купила бы квартиру, как и собиралась, жила бы себе спокойно.
- Спасибо, братишка. Но я все же уеду. Не комфортно мне здесь, в этом городе, я имею в виду. Сделай мне запись в трудовой, что я последние полгода у тебя работала финансистом. Ну и рекомендательное письмо напиши. А то с моим бухгалтерским стажем в хозяйственном магазине я вряд ли что-то стоящее себе найду.
Эдуард молчал, они с Ликой смотрели на Татьяну с лёгкой жалостью. Она улыбнулась им подбадривающе и продолжила, внеся ясность:
- Надоело все, понимаешь. Я никак не оторвусь от своего прошлого. Но раньше у меня такой возможности не было, а сейчас, спасибо вам, я стала хоть чуть-чуть независимой, свободной и можно начинать все с чистого листа.
Лика молча выслушала все Татьянины доводы и наконец сказала:
- А я Таню понимаю. Ей нужно перечеркнуть свое прошлое и начать новую жизнь. Поезжай, Танюша. Все у тебя получится, я уверена.
***
Татьяна до сих пор вспоминает это напутствие Лики, хотя прошло уже достаточно времени с тех пор, как она уехала из родного, но нелюбимого ею города.
Москва встретила ее тогда не очень приветливо. Суета, беготня, блеск и нищета, красота улиц и площадей и грязь во дворах, переулках и переходах метро – все это смешалось в одну громадную картину, а точнее, полотно, написанное очень привередливым и но довольно талантливым художником.
Во всей этой неразберихе нужно было искать свою нишу, свое место под солнцем, чтобы не затеряться в многомиллионной толпе и не стать просто винтиком огромного маховика мегаполиса.
Татьяна обосновалась в гостинице и первые дни просто приходила в себя. Она гуляла по городу, его паркам и набережным. Изучала столицу, глядя на все совсем другими глазами.
В Москве она бывала раньше, и не раз. Но сейчас совсем другое дело. Город изменился, он стал модным и современным, не утратив при этом духа старины в тех местах, которые принято называть историческими уголками.
Татьяне эта новая Москва нравилась, хотя город и утомлял ее. Но нужно было устраиваться по-серьезному. С работой можно было и не спешить, ее финансовые возможности позволяли ей это. А вот приобрести жилье было крайне необходимо.
На это ушло больше месяца, помог хороший знакомый отца. Эдик нашел его телефон и сам позвонил с просьбой помочь сестре. Он помог, и наконец Татьяна въехала в свою собственную квартиру.
Район был неплохой, чистенький. От метро не так далеко. Она еще раз поблагодарила брата в душе, что он и с иконой помог, и к знакомому обратился.
Она и сейчас вспоминает начало своей новой жизни с трепетом и легкой ностальгией. Все она тогда сделала правильно, приняла верное решение о переезде в Москву, и если бы не последующие события, то, наверное, ее жизнь сложилась бы намного спокойнее.
Но вот только судьбу не обманешь, она все равно пустит тебя именно по тому руслу, которое ею предначертано. А вот куда приведет, будущее покажет.
В поисках работы Татьяна не раз посещала различные презентации новых фирм и компаний, куда допускались так называемые вольные слушатели.
Ей хотелось найти для себя что-то очень интересное, даже захватывающее, такой бизнес, который увлек бы ее целиком и без остатка. Она мечтала работать среди увлеченных своим делом, талантливых людей, и совсем не хотелось посвятить себя работе только ради денег любым путем. Это ее совсем не привлекало.
Но на первых порах ничего интересного ей не попадалось. Любая деятельность новых фирм сводилась, как правило, к тому, чтобы заработать как можно больше денег и желательно побыстрее.
Такие фирмы подыскивали себе оборотистых сотрудников, хитроумных финансистов, чтобы с их помощью достигать своих максимальных целей, но с минимальными затратами.
С Максимом Красновым Татьяна познакомилась на одной из презентаций. Он выделялся в толпе присутствующих. Во-первых, своим внушительным ростом, а во-вторых, очень громким и хорошо поставленным голосом, который демонстрировал, задавая очень умные, корректные вопросы.
Как оказалось, Максим Краснов был корреспондентом одной из столичных газет и занимался как раз раскруткой фирм-новичков в московской прессе. Именно в этот день Татьяна вдруг подумала, что ей наконец-то повезло.
Крупная компания по продаже классических кофейных напитков и чая подбирала себе еще одного менеджера, хорошо разбирающегося в финансах и бухгалтерии.
В настоящий момент фирма презентовала новый элитный магазин в огромном и современном торговом центре, а также небольшое, прилегающее к нему кафе.
Молодые энергичные руководители демонстрировали свою продукцию, рассказывали об уникальности и неповторимых вкусовых качествах своего кофе и чая и о том, что именно благодаря этому они выиграли тендер и стали владельцами этого чудесного магазина-кафе.
Фирма была солидной, и штат почти укомплектован, но вот еще один менеджер им бы не помешал, как они сами признались. Татьяну заинтересовала эта вакансия на первых порах, но только вот как к ним подступиться? Желающих, наверное, и так хоть отбавляй.
А тут вдруг этот корреспондент взглянул на нее с интересом и спросил:
- Вам нравится эта идея?
- Какая? – растерялась Татьяна.
- Ну вот этот элитный кофейный домик, магазин и кафе в одном месте. Мне кажется, здорово придумано. Идея, конечно, не нова. Но у них получилось неплохо. Великолепный интерьер, хорошая реклама, дорогой товар. Молодец Самсонов. Вы его знаете?
- Нет, а кто это? – Татьяна заинтересованно взглянула на своего собеседника и решила, что ей действительно повезло. Его знакомство с представителем этой фирмы может ей помочь.
- Самсонов? Хозяин этого бизнеса. У него сеть магазинов, но этот самый удачный. Его последнее детище.
- А вы с ним знакомы? – спросила в свою очередь Татьяна.
- Да, я его давно знаю. Он раскручивался через нашу газету. За рекламу платил столько, что простому смертному и не снилось. Но это дало свои плоды.
- Конфиденциальную информацию распространяете? – шутливо спросила Татьяна и красиво улыбнулась своему собеседнику.
Он ничуть не смутился и ответил ей в тон:
- Эта информация такая же конфиденциальная, как и мое имя. Максим Краснов, корреспондент. Будем знакомы?
- Почему бы и нет. Я Татьяна Садовская, безработная, но в поиске.
Максим оглядел ее с ног до головы, но очень деликатно, одним взглядом своих лучистых глаз и вновь спросил:
- В поиске? И что же вы хотите найти, если не секрет?
- До сегодняшнего дня сама толком не знала, а сегодня вдруг поняла, что в компании вашего знакомого Самсонова я не прочь была бы поработать, - быстро сориентировалась она. - Я финансист, имею бухгалтерский стаж и хорошие рекомендации.
- Значит, на место менеджера кафе не метите. Ну и отлично! – сказал Максим. – Он, кстати, обращался ко мне, чтобы я дал рекламу на вакансию финансового менеджера. Хотите, я с ним поговорю?
Татьяна растерялась. Все, конечно же, складывалось отлично, но ее трудовая может все испортить. И тем не менее она решила идти напролом.
- Поговорите, Максим. Я буду вам очень благодарна.
После этой милой беседы они обменялись телефонами и разошлись. Прошло два дня, и Татьяна получила сообщение, что ее ожидают на собеседование в таком-то месте, в такой-то час.
- Ну что ж, прекрасно. Буду играть в открытую, - проговорила она самой себе и стала собираться на встречу.
Самсонов Борис Юрьевич произвел на нее приятное впечатление. Он ожидал ее за столиком своего вновь открывшегося кафе. Мужчина средних лет с идеальной стрижкой, в дорогом летнем костюме и статной фигурой. Такие мужчины, как правило, нравятся женщинам своей презентабельностью.
Татьяна тоже была сама элегантность: черная узкая юбка-карандаш, алая шифоновая блузка, ну и черные «лабутены» на изящной шпильке, чтобы уж все в тон.
Беглое знакомство, внимательный, даже пристальный взгляд, мягкое, но уверенное пожатие руки, соответствующая случаю приветливая улыбка и приглашение за столик – вся эта церемония уложилась буквально в полминуты, и за это время Татьяна поняла, что она Самсонову понравилась.
- Итак, Татьяна Георгиевна, мне вас порекомендовал один мой очень давний знакомый, и я ему доверяю. Поэтому наша встреча не официальная. Первое знакомство. Расскажите о себе, кто вы, откуда, почему решили работать в моей компании?
- Борис Юрьевич, я очень хороший финансист и что самое главное – честный. Я приверженец чистой бухгалтерии, прозрачных отчетов и документов, и такую финансовую отчетность я могу вести с полной уверенностью. Я десять лет проработала в одном из крупных коммерческих банков.
- Ну что ж, начало мне нравится. Расскажите немного о своих обязанностях в этом банке, будьте любезны. И почему вы оттуда ушли?
- А я оттуда не уходила, я держалась в этом банке до последнего и пыталась спасти его репутацию, когда все руководство, приведя свой банк за одну ночь к полному банкротству, просто исчезло из города и из страны.
Татьяна заметила, как у ее собеседника округлились от изумления глаза. Он молча взирал на нее и, видимо, не знал, как реагировать на такие откровения. Тогда она достала из своей изящной дамской сумочки газету и протянула ему:
- Вот, ознакомьтесь, если вам интересно. Тут статья об этом происшествии и о том, как оно плачевно закончилось для меня.
Борис Юрьевич не поленился, прочитал статью от начала до конца и вновь взглянул на Татьяну.
- Вас арестовали? – спросил он в изумлении. – И осудили?!
- Да. Я получила три года, так как оказалась крайней и единственной не сбежавшей. И хотя моему адвокату удалось привезти все аргументы, доказывающие мою непричастность к этой грандиозной махинации, судья его доводы не принял всерьез.
После этого наступила тишина, разговор, казалось, иссяк. Татьяна допила свой кофе, нелюбимый ею с детства напиток, затем свернула газету и вновь убрала ее в сумочку.
- Так что у меня 33 статья. Если вас это пугает, что вполне объяснимо, то скажите откровенно. Я пойму.
С этими словами она протянула Самсонову свою трудовую книжку, он машинально открыл ее, но как-то враз собрался и внимательно прочитал последние записи.
- Вы работали в антикварном магазине? Вас туда взяли, ведь не побоялись?
- Да, тоже по рекомендации, - уклончиво ответила Татьяна. – Я еще раз повторяю, я честный финансовый работник, я не умею воровать и считаю это недостойным человека вообще, а финансового служащего особенно. Вот рекомендательное письмо с моей последней работы.
- Понятно, - сказал Самсонов, прочитав рекомендации, подписанные девичьей фамилией Анжелики. - Ну что ж, разговор исчерпан, - проговорил Борис Юрьевич. – Как вы сами понимаете, ответа я вам сразу дать не могу. Но что бы мне хотелось сделать – это поблагодарить вас за откровенность, ну и честность. Я с вами свяжусь.
Лицо его при этом было серьезным, а взгляд очень внимательным.
На том они распрощались, но вот пожатие руки было уже несколько иным, Самсонов как будто придержал Татьянину руку в своей и слегка, совсем почти незаметно, погладил ее одним пальцем.
Этот жест не ускользнул от нее, но она никак на него не отреагировала, попрощалась и ушла, поблагодарив за потраченное на нее время.
За время ожидания звонка от Самсонова позвонил Максим Краснов, и начало разговора с ним было не очень приятным.
- Надо же предупреждать! – высказал он Татьяне свое недовольство. – Я рекомендую человека, прошу взять его на престижную должность, а оказывается, что у этого человека судимость. Как я выглядел по-вашему?
Татьяна немного растерялась и ответила невпопад:
- Выглядели, наверное, очень импозантно и привлекательно, как всегда.
Он помолчал немного, затем усмехнулся и сказал:
- Да уж. Ну ты даешь! Сразила Самсонова наповал. Ладно. Время есть? Может по кофейку вечерком?
Татьяна проигнорировала его фамильярное «ты» и согласилась на встречу. И в тот же день ей позвонил Эдик.
- Танюха, ты работу нашла? Сегодня Лике звонили по поводу тебя и трясли за грудки почти сорок минут. Что ты, кто ты, какие у тебя связи, почему так хорошо одета, откуда у тебя деньги ну и так далее.
- Вот как? Ну а моими профессиональными данными хоть поинтересовались?
Эдик хмыкнул нечто утвердительное и передал трубку Лике. Из разговора с ней Татьяна поняла, что разговор был намного серьезнее, чем его представил Эдик.
- Таня, не волнуйся, - начала Лика, - разговор был позитивным, хотя звонили мне из службы безопасности от имени Самсонова Бориса Юрьевича. Это твой потенциальный начальник?
- Да, директор фирмы и хозяин бизнеса.
- Все будет хорошо, - заверила Лика. – На всякий случай, я сказала, что наш магазин принял тебя на работу, так как ты личность довольно популярная в нашем городе именно из-за нашумевшего скандала с банком. Все знают, что ты одна не пряталась и не бежала, как крыса с корабля, а мужественно сражалась с клиентами и до последнего пыталась отстоять доброе имя банка, до тех пор, пока тебя не арестовали.
- Ну да, героиня. Ладно, спасибо, Лика. Я знала, что ты не подведешь.
- Я всего лишь сказала правду.
Тут в разговор опять вмешался Эдик.
- Таня, а почему такое несерьезное предприятие? Кофейные какие-то? Может быть попробовать что-то более престижное?
- Эдик, послушай меня. Это не кофейные, а сеть элитных магазинов и кафе. И работать я буду не в кафе, а в фирме, которая имеет эту сеть, ну если меня возьмут, конечно.
Было видно, что Эдику эта идея не очень нравилась, но он как будто бы недооценивал весьма шаткое положение своей сестры, с которым устроиться на работу вообще сложно, тем более в Москве, тем более в серьезную финансовую организацию. Хоть бы в кофейню взяли, и то слава Богу.
- И потом, - продолжила Татьяна, - как ни крути, а это хорошее начало. Когда в гости приедете на новоселье? – постаралась она сменить тему разговора.
- В следующем месяце нагрянем. Ты маме звонила?
Татьяна не звонила еще, поэтому неопределенно ответила:
- Не успела. Скажи, что у меня все в порядке. Я позвоню, когда на работу устроюсь.
После этого разговора у Татьяны на душе остался все же приятный осадок. Раз звонили и интересовались ее персоной, значит рассматривают ее кандидатуру всерьез. А на вечер у нее была назначена встреча с Максимом Красновым.
«Зачем иду? Нужно мне это рандеву? Такой красавец, поди, женат уже по второму кругу. Хотя… надо заводить полезные знакомства», - рассуждала про себя Татьяна, облачаясь в элегантные брючки, летнюю блузку и изящные туфельки на шпильке.
Такси подъехало вовремя, и уже к восьми часам она была на месте. Максим ожидал ее за столиком с бокалом белого вина и вазочкой клубники. Он смотрел на приближающуюся Татьяну и широко улыбался, она внутренне собралась и приготовилась к деловой беседе.
Хотя о чем ей с ним говорить? Но эту мысль она додумать не успела, так как Максим поднялся со своего места и радушно поздоровался со своей новой знакомой, слегка приобняв ее за плечи.
- Желаешь чего-нибудь выпить? – спросил Максим и протянул Татьяне меню.
- Да, бокал красного вина. А к нему, пожалуй, фруктовый салат и фисташки. Чай попозже, если можно.
- Здесь, кстати, отменный кофе, ничуть не хуже, чем у Самсонова в его кафе. Попробуй, будет с чем сравнить, - сказал Максим.
Но Татьяна взглянула на него и ответила:
- Я, к сожалению, не люблю кофе. Вообще не пью. Да и работать я же не в кафе собираюсь, а в его компании.
Максим засмеялся и сказал:
- В точку. Ну это я так, к слову. Самсонов кипел, бурлил, гудел, как улей после встречи с тобой.
- Возмущался, значит, - упавшим голосом подытожила Татьяна.
- Как вулкан! От него, по-моему, искры летели, когда он рассказывал мне о вашей беседе.
- Извини, Максим, я конечно должна была тебе сказать, но как? Ты за меня похлопочи, только у меня судимость и 33 статья, так что ли?
- Да я бы ни за что не поверил тебе! Слушай, расскажи о себе, а? Я еще не встречал человека, столь достойно выглядящего, у которого за плечами такой печальный опыт. Да и сейчас не верится, глядя на тебя.
- Это все оболочка, пришлось себя шлифовать и приводить в порядок долго и усердно. Самое главное, не внешность даже, а внутренний настрой. Мне нечего тебе рассказать, Максим. Все ведь и так понятно, банк ограбили владельцы и совладельцы, а я ни сном, ни духом. Не проявила должной бдительности, как лицо, отвечающее за финансы, на мне была большая ответственность за их сохранение, а я не справилась, просмотрела такую крупную финансовую аферу. Вот и все. Тюрьма.
- Понятно. А потом? Как тебе удалось так быстро встать на ноги? Еще и двух лет не прошло, как ты вернулась оттуда.
- Мне брат помог очень. Он у меня молодец. Крепко стоит на своих ногах, и своих в беде не бросит. Давай не будем больше об этом, не очень приятный разговор, - Татьяна постаралась уйти от опасной темы.
В кафе молодые люди просидели пару часов, а потом решили пройтись по набережной Москва-реки, уже наступил вечер, сумерки опустились на город и окутали его легкой синеватой дымкой.
Говорили о разном, в основном Максим рассказывал о своей работе, он был очень увлеченным журналистом и ненавидел желтую прессу, так как терпеть не мог светские сплетни, многие из которых, как он выразился, самый настоящий обман и развод доверчивого читателя.
Неожиданно он спросил:
- Татьяна, а ты замужем?
Она растерялась слегка и переспросила:
- А это к чему? Это имеет какое-то значение?
- Ну, как тебе сказать? Незамужней женщине бывает трудновато в деловых кругах, на нее особый взгляд, пристальный, если не сказать, с пристрастием.
- Ну, помилуйте. О каких деловых кругах идет речь? И работать я буду, скорее всего, в женском коллективе. И не все они замужем, как и я, наверное.
- Ну ладно, это я так, просто ради интереса. Самсонов – большой любитель, а точнее, ценитель женщин, я бы сказал. С ним тебе будет нелегко, имей в виду.
- Ничего. Если примет на работу, справлюсь. Ну а ты, счастливо женат или…?
- Я женат, но моя жена не очень хорошо понимает, что такое семья, муж, дети. Она витает в облаках, поет и танцует, артистка оперетты.
- А сколько у вас детей? – спросила Татьяна.
- Одна дочь, живет с бабушкой и дедушкой в Америке. И мы ее видим раз в год, а то и реже. Она нас называет по именам, а они для нее мама и папа.
- Ну что ж, бывает. Вы, наверное, совсем молодыми были, когда она родилась.
- Да, бывшими студентами, только-только закончившими учебу.
На этом разговор иссяк, а тут и такси подвернулось.
- Максим, спасибо за вечер, у меня в Москве нет знакомых, ты единственный пока. Так что я рада была провести с тобой время.
- И я рад. Не теряйся, ладно?
Они расстались, и Татьяна приехала домой в хорошем расположении духа. Максим ей понравился, спокойный, интересный и самое главное – не наглый. Таких она терпеть не могла. Так что, как друг, сойдет. А на большее, увы, не годится, женат. А счастливо, или несчастливо – это уже не важно.
На работу ее все же приняли. Самсонов наконец перезвонил ей и разговор начал весьма уверенным и деловым тоном. Все сводилось к тому, что он все же решил принять ее на работу с испытательным сроком.
- Если вас все устраивает, жду вас завтра в офисе. Сначала второе собеседование, а потом как главный бухгалтер решит.
Татьяна официальным тоном поблагодарила своего потенциального начальника, тем самым приняв его предложение и согласившись на условия.
После второго собеседования ее взяли сначала в бухгалтерию. Главный бухгалтер собиралась покинуть компанию в ближайшее время, так как переезжала куда-то, то ли в Прибалтику, то ли в Финляндию, Татьяна не вникала.
Поэтому нужно было изучить документацию, а затем, когда придет новый старший бухгалтер, занять должность финансового менеджера.
Элеонора Юрьевна, ее наставница, была женщиной средних лет, очень утонченная и ухоженная, и одета, и причесана, и манеры светские, этакая леди, ни дать, ни взять.
К Татьяне она отнеслась с прохладцей, разговаривала свысока, объясняла мало, но была исключительно корректна. Вообще говоря, отношения в коллективе у нее сложились неплохие, и на первых порах она была даже довольна своим местом работы.
Но прошло чуть более двух недель, как ее вызвал к себе Самсонов для приватной беседы. Сначала он осведомился, как она себя ощущает на новом месте, как справляется с работой, а затем заявил, что ему предстоит командировка, в которую он намерен взять ее с собой.
Эта новость слегка насторожила Татьяну. Почему ее? И главное, зачем? Разве он один не справится со своими делами? Но эти вопросы она ему не задавала, посчитала, что они не очень уместны в ее положении.
И тем не менее, вечером она позвонила Максиму Краснову. С ним они встречались уже несколько раз, и ей казалось, что они симпатизируют друг другу. Узнав о намерениях Самсонова, Максим даже присвистнул и сказал:
- Ничего себе! Хотя я так и знал. Этот мужчина, женский эстет, уж конечно не упустить возможности скрасить свою скучную поездку обществом приятной дамы. Ну что ж, удачи, как говорится.
Татьяне такие слова совсем не понравились и она спросила Максима:
- Мне сейчас показалось, или ты все же говоришь с сарказмом?
- Да какой уж тут сарказм. Истинная, ничем не прикрытая зависть. Я тебя вижу так редко, что почти совсем не вижу, а Юрьевич будет наслаждаться твоим обществом неделю, а то и две. Я считаю, что это несправедливо.
- Максим, успокойся. Будет он наслаждаться или нет – это большой вопрос. А чтобы исправить эту вопиющую несправедливость, я приглашаю тебя сегодня вечером в кафе. Поужинаем?
- Ух ты! – воскликнул Краснов. – Отличная идея.
Договорились, встретились и так прекрасно провели время, что не захотели расставаться до утра. Все получилось само собой, вызвали такси, приехали к Татьяне домой, открыли бутылку шампанского, выпили за прекрасный вечер и начали целоваться.
Просто, банально, но от души. Татьяна уже совсем отвыкла от мужской ласки за долгие годы, сначала в тюрьме, а потом и на воле. И вот теперь она наконец вкусила всю прелесть того, что называют истинным наслаждением с симпатичным тебе партнером.
Максим тоже испытывал удовольствие, был нежен и страстен одновременно, отдавал себя всего своей случайной партнерше, о которой, впрочем, ни раз задумывался долгими одинокими ночами.
С Аленой, своей женой, они были замужней парой по чистому недоразумению, а не разводились лишь по причине запутанных квартирных отношений.
Разделить это богатство: огромную пятикомнатную квартиру, гараж, машины, мебель, ковры, картины и прочую роскошь было невозможно, так как в это добро были вложены средства родителей с обеих сторон, а кто что купил и сколько вложил, не считая собственных средств мужа и жены, было уже не разобрать.
Получалось так, что все это добро не являлось в полной мере «совместно нажитым имуществом», и огромная часть вложенных средств, включая квартиру, принадлежала родителям Алены, которые жили в Америке. Поэтому при разделе нужно было учитывать и их интересы.
Все это представлялось очень сложным, поэтому оставалось, как есть. Максим и Алена проживали совместно, площадь им позволяла, но с тех пор, как муж узнал, что у его жены появился постоянный любовник, который довольно часто стал появляться в их квартире, он окончательно потерял интерес к семейной жизни, и к своей жене особенно.
Наутро, проснувшись довольно поздно по случаю выходного дня, влюбленные довольно долго нежились в постели и практически ни о чем не говорили.
Татьяне не хотелось быть любопытной и надоедливой, она старалась не касаться темы его семейных отношений, и в то же время не хотела, чтобы он уходил. А Максим, казалось, никуда и не торопился.
После душа и легкого завтрака он все же сказал:
- Таня, если ты не против, я хотел бы провести весь день с тобой, до завтрашнего утра. Как ты на это смотришь? Или у тебя есть дела поважнее?
Татьяна улыбнулась и ответила:
- Даже если бы и были, я бы их отложила.
И они снова оказались вместе, на удобной широкой кровати, обдуваемые легким ветерком из открытого окна, а их красивые тела ласкала нежная шелковая шторка, почти невесомая, она взлетала от этого дуновения и опускалась на близко стоящую кровать, создавая ощущение чьего-то легкого, воздушного прикосновения.
Это замечательное утро Татьяна запомнит надолго, так как именно с него у нее началась совсем новая жизнь. Она почувствовала себя тогда бесконечно счастливой, предвкушая большие перемены.