Ночная собеседница

Дорогие мои читатели! Как я рада, что могу обратиться к вам именно так. И это не пустые слова. Вы даже не представляете, как вдохновляете меня своими комментариями, отзывами. Как помогаете мне, когда с чем-то не согласны. Тогда наступает момент переосмысления. Мы все вместе делаем одно дело. Размышляем над жизнью, переживаем за героев, поддерживаем их или осуждаем. Казнить нельзя помиловать… ставим запятую в нужном месте. Спасибо вам за это. За то, что вы не дышите в спину, а дышите в унисон. Не беспокойтесь, я не прощаюсь свами, мои дорогие...

Прошёл ровно год с того дня, но Игорь до сих пор вздрагивает при воспоминании о том случае, словно прикоснувшись к чему-то запретному. Это событие - чистая загадка, не поддающаяся никаким объяснениям. Ни психологи, ни врачи, ни даже он сам не смогли в ней разобраться. А ведь он клянётся: всё было реальностью, и единственное вещественное доказательство — тонкая седая прядь, появившаяся в течение месяца в его густых темных волосах, — не даёт усомниться: он пережил сильный стресс. Словно матрица на...

Говорят, человек предчувствует беду. Так это или нет – сказать трудно. У каждого, наверное, по-разному. А вот Максима стало что-то беспокоить, неосознанное, тревожное. Поделился с другом, но тот сказал прямо в лоб: – С Марго своей расстанься, и все войдет в норму. Не надоела она еще тебе со своими закидонами? Надоела, еще как. Вернее, не Марго, а именно «закидоны». Но Максим знал, что дело не в ней. И другу на его каверзный вопрос отвечать не стал. Во-первых, личная жизнь его не касается, а во-вторых, он никогда не осуждал женщин за глаза, своих тем более...

Дочь Алевтины Павловны, Верочка, была натура увлекающаяся, несмотря на свой уже далеко не юный возраст. Когда-то, сразу после окончания института, она познакомилась на курорте со своим будущим мужем и так влюбилась, что не стала даже домой возвращаться. Родители примерно через месяц были приглашены на свадьбу. Ну что ж, приличный мужчина, вполне состоятельный. Он помог молодой жене найти работу экономиста в отделе коммунального хозяйства. И зажили они вполне неплохо. Путешествия, поездки, и к Вериным родителям в Санкт-Петербург наведывались...

Как часто мы вспоминаем свое детство, юность, годы, когда нас растили родители, и хорошее ли это время было? Тот, кто помоложе, вспоминает, конечно. А кому за шестьдесят? Павел Афанасьевич любил захаживать к своему другу Андрею Семёновичу в гости. Жил Андрей в семье своего богатенького сына после того, как остался один, похоронив жену. У сына Аркадия семья: жена Ольга, хозяйственная, несмотря на то, что тоже бизнесвумен, как сейчас любят говорить. И сын у них Олег. Принимают Павла Афанасьевича всегда с душой, хорошие они люди, приветливые...

Все в жизни имеет свою цену, а человеческие отношения особенно. В этой семье они ценились трепетно, и никто из родных не забывал одинокую, хотя и не совсем еще пожилую тётушку Лауру. Такое чудесное и не совсем обычное было у нее имя. Так звали героиню знаменитой «Весны» Набокова, и мама назвала так свою дочь. Отец, начитанный преподаватель словесности, не возражал. Лаура родилась в конце сороковых годов и сохранила стиль той эпохи, пронеся его через всю свою жизнь. Крепкому здоровью тётушки Лауры можно было позавидовать...

В маленьком провинциальном городе со старинной церковью и густым парком жила семья из четырех человек. Жили в обычной двушке, одна комнатка маленькая, спальня для дедушки. А вторая большая и светлая. В ней жила мама, Валентина Ивановна, которая спала на диване. К нему была придвинута детская кроватка для маленькой годовалой сестренки. А посередине по вечерам устанавливали раскладушку для Серёги. Он уже большой, в первый класс ходит. Учится хорошо, без троек, ну почти. У каждого в доме свои обязанности...

Об этой женщине во дворе ходили легенды, наверное потому, что о ней мало что было известно. Жила она в небольшом дворе обычной пятиэтажки из трех подъездов. Звали ее Татьяна Андреевна, возраст чуть за семьдесят. Молодежь здоровалась, пробегая мимо и торопясь по своим делам. Кумушки на лавочках рассуждали о том, как ей живется одной, и спорили, кто же был ее муж до того, как она сюда переехала. Кто-то со знанием дела утверждал, что генерал, кто-то убеждал всех, что капитан дальнего плаванья. Так или...

– Пап, скажи честно, а ты уроки в школе прогуливал? – спросила Алёна у седеющего уже мужчины, который сидел на чистенькой кухне, пил чай с молоком вприкуску с маминым лимонным кексом. Отец не очень любил о себе рассказывать и зачастую уходил от подобных разговоров или переводил их на другие темы. А в этот раз разговорился: – Ну, как тебе сказать, дочь? Бывало иногда. Я не любил историю, особенно современного мира. Не верил нашей историчке. Мне отец всё совсем не так рассказывал. И прадед про войну тоже...

Каждое время года по-своему прекрасно. В каждом найдётся та особая очаровательная прелесть, ради которой стоит выходить на свет божий, взирая на красоты природы. А природу Наденька любила, хотя больше всего она обожала осень. Когда густой туман всю ночь пушистым покрывалом обнимает сад, потом тает, превращаясь в лёгкую дымку, а восходящее солнце золотит его последние лоскутки. Когда за окном желто-оранжевые краски, мягкая полутьма и расплывающиеся уличные огни, а в доме яркие подушки, пушистые клубки шерсти, хрустящие страницы книг и горячий чай с лимоном или кофе с корицей...

Полина сидела за маленьким столиком у окна небольшого и недорогого кафе «У берёзки». Мимо прошел официант с подносом. Запах вкусной еды одурманил, и желудок предательски заурчал. Захотелось есть, от волнения, наверное. Кафе, как и положено, было оформлено в народном стиле. Из старенького, но довольно громкого динамика звучала музыка и теплый баритон печально выводил: Не жалею, не зову, не плачу, Все пройдет, как с белых яблонь дым. Увяданья золотом охваченный, Я не буду больше молодым… Полина слушала песню, слова казались ей знакомыми, а вот кто автор, она вспомнить не могла...

Эта картина, которую застала Вика, привела ее в оцепенение. Она выронила из рук сумку, Ася обернулась и вскрикнула. Юрий снял ее руки со своих плеч, медленно поднялся и потянулся за пуловером, который валялся на полу. — Можете продолжать, - сказала Вика и выбежала из квартиры, захлопнув дверь. Она выбежала со двора, через арку, не видя ничего вокруг и не зная, куда бежит. Слезы градом катились из глаз. И остановилась только тогда, когда кто-то взял ее за руку. Максим! — Вика? Что с тобой? Что случилось? Он с участием заглядывал ей в лицо, вытирая слезы...