Алена
Я дико зла на Ярослава. Даже если насчет Кости он в чем-то прав, все равно не имел права так нагло вмешиваться в мою жизнь. Себе пусть проверки устраивает или любовницам своим. И даже то, что у него больше нет невесты, дело не меняет. Интересно, она сама сбежала или нет?
Его настойчивые взгляды я игнорирую. А попытки заслужить благосклонность вкусной едой вызывают лишь раздражение. Хотя не скрою, удивило, как хорошо он помнит мои вкусы. Ничего не перепутал. Если бы душевные раны можно было так просто залечить. К сожалению, тут даже кофе с карамелью не поможет.
Во время обеда переписываюсь с мамой. Узнаю, что папу вызвали сегодня на допрос. С ним поехал адвокат. Пишу ей слова поддержки, но сама, конечно, переживаю. Возвращаюсь к работе, а через пару часов мама звонит почти в истерике. Адвокат сообщил, что папу прямо на допросе задержали.
Казалось бы, мы были готовы и к такому повороту, но в первые минуты я теряюсь. Не могу собраться с мыслями, сердце колотится в груди. Накатывает страх. Вдруг, мы не справимся? Что, если отца посадят? Так дико осознавать, что любого человека у нас можно засадить по ложному обвинению. Конечно, я знала об этом. Но не подозревала, что это коснется нас.
— Что случилось? — слышу над собой голос Яра и поднимаю голову. Оказывается, он стоит рядом и даже держит меня за руку. А я и не поняла, так глубоко улетела в свои мысли. Сообщаю ему, что отца задержали. Потом встаю и начинаю лихорадочно собираться.
— Прости, мне срочно нужно домой, — говорю Балашову. — Доделаю все завтра. Ну или кто-то другой доделает. Я пока не знаю, смогу ли выйти на работу. Возможно, возьму несколько дней за свой счет.
— Конечно, одевайся. Я тебя отвезу, — отзывается Яр.
— Не нужно, я вызову такси, — нервно хватаю мобильник.
— Ален, со мной точно будет быстрее. Сейчас не время показывать характер, — он уже стоит в дверях, ожидая меня. Не хочется ехать с бывшим в одной машине. Но Яр прав, так я скорее доберусь. Бедная мама там уже от беспокойства с ума сходит. Хватаю сумочку и иду за Балашовым.
Машина служебная, с водителем. Я забираюсь назад, рассчитывая, что мой спутник сядет на переднее сиденье. Кстати, зачем тогда вообще Яр едет? Меня и один водитель может отвезти. Но сказать об этом не успеваю. Ярослав уже устраивается рядом со мной. И не тратит время зря. Как только мы трогаемся, поворачивается и требует:
— Давай, Ален, рассказывай. Что с твоим отцом? Как так получилось?
— Зачем тебе? — уточняю глухо. — Это не имеет отношения к работе.
— Я догадываюсь, — кивает он. — Но со мной приехал наш юрист. Я могу состыковать его с вашим адвокатом. У твоего отца вообще есть адвокат?
— Есть.
— Ну вот. У моего юриста огромный опыт, мы других не держим. Он может посоветовать что-то дельное. И даже подключиться, если надо. Но сначала я должен хотя бы в общих чертах представлять, что происходит.
— Ну хорошо, — вздыхаю, косясь на водителя. С одной стороны, это наша личная история. С другой, разве я могу отказаться от такой помощи? Ведь понятно, что у главврача, с которым у папы конфликт, большие связи, раз уж дошло до возбуждения уголовного дела. Кто знает, кто в их схемах еще повязан. И кому мы вообще можем в нашем городе доверять.
Юрист Балашова из столицы, он точно не замешан в здешних разборках. Опытный взгляд со стороны может очень пригодиться. Я не готова рисковать отцом из-за прошлых обид. Тихо пересказываю Яру основные события. Он внимательно слушает, не перебивая. Смотрит с сочувствием, чуть хмурясь. А когда я заканчиваю, говорит:
— Я все понял. Сейчас приедешь домой, узнай телефон адвоката и сразу пришли мне. Пусть твоя мама предупредит его, что с ним свяжутся и окажут помощь.
Киваю и смотрю в окно. Мы уже подъезжаем к моему дому, здесь у нас не столичные расстояния. Паркуемся, выхожу на улицу. Ярослав тоже, обходит машину и подходит ближе. Хочет проводить? Это точно лишнее. Знакомить его с мамой и братом не собираюсь.
Родители вообще не знают, что у меня во время стажировки была связь с начальником. Хотя о чем-то все же догадываются. Пусть я не делилась переживаниями, не заметить, в каком состоянии я вернулась домой, они не могли. И все же тактично не лезли в душу, просто пытались поддержать.
— Спасибо, что довез, дальше я сама, — торможу Балашова.
— Я бы предпочел довести тебя до квартиры, — хмурится Яр.
— Не нужно, — качаю головой. Чуть медлю и все же добавляю: — Давай только сразу проясним. Я, конечно же, не стану отказываться от помощи. Сейчас главное — вытащить папу. Но спать с тобой в качестве благодарности не собираюсь. И возвращаться к прошлому тоже. Если ты ждешь…
— Знаешь, — перебивает он меня, заметно мрачнея, — я точно не ангел и не всеми своими поступками горжусь. Но все же и не подонок, чтобы заставлять тебя так расплачиваться.
— Прости, — пожимаю плечами. — Но лучше выяснить это на берегу… — прощаюсь и спешу к подъезду. Машинально нажимаю кнопку лифта, думая о словах Ярослава. Какими поступками он не гордится? И вдруг ощущаю, что за моей спиной кто-то есть. Причем, очень близко.
К сожалению, обернуться не успеваю. Грубая ладонь обхватывает мою шею, а к щеке прижимается холодная сталь ножа.
— Передай своему упрямому папаше, киска, — хрипит рядом с ухом прокуренный голос, — что симпатичное личико его дочки может стать не таким симпатичным. Усекла? Пусть завянет и сидит тихо. А то придется ему штопать тебя…
А дальше раздаются быстрые шаги, грязные ругательства, меня дергают назад и неожиданно отпускают. Мгновенно отскакиваю в сторону, прижимаясь спиной к стене. И вижу, как Ярослав у лифтов дерется с незнакомым мужчиной. Значит, вот кто передавал моему отцу привет?
В ужасе вспоминаю, что у этого бандита есть нож. Но в этот момент он как раз отлетает на пол, а мужчина резко отталкивает Ярослава и сбегает. Балашов сразу подходит ко мне. В шоке разглядываю ссадину на его скуле, взлохмаченные волосы, порванную на плече рубашку и кровь на рукаве.
— Он тебя порезал… — шепчу потрясенно.
— Ерунда, просто царапина, — произносит Яр, морщась. Нервно прижимает меня к себе, гладя по волосам. Потом немного отстраняется, вглядываясь в мое лицо. И взволновано уточняет: — Как ты, Солнце? Этот урод ничего тебе не сделал? Как чувствовал, пошел за тобой, на сердце было не спокойно…
— Со мной все нормально, — произношу хрипло, вцепившись в него. Сама удивляюсь тому, как сильно за него испугалась. — А тебе надо обработать рану…
— В общем так, — жестко произносит Ярослав, — сейчас мы поднимемся к тебе, как раз познакомлюсь с твоей мамой. Нашего юриста тоже сюда вызову. Это нельзя оставлять вот так.
Ярослав
Кажется, я еще никогда в жизни так не пугался. Даже сам не понял, почему пошел за Аленой в подъезд. Просто чувствовал, что так надо. А когда увидел, как какой-то урод держит ее за горло и грозит ножом, в голове что-то перемкнуло. Все предохранители разом сгорели.
Я реально был готов его убить. Наверное, хорошо, что этот тип сбежал. А то был бы уже трупом. И моим адвокатам пришлось иметь дело с превышением самообороны. Сейчас мне нужна холодная голова, чтобы разобраться во всей этой хрени, а меня все еще колотит. Только когда прижимаю Солнце к себе, зарываясь лицом в ее волосы, немного отпускает.
Алену тоже трясет, думаю, она сама не понимает, как сильно за меня держится. Хочется перецеловать каждый ее пальчик, что вцепился в рубашку на моей груди. Оградить эту девушку от всех тревог, перевернуть городишко с ног на голову. Что за треш тут творится?
Взяв Алену за руку, завожу ее в лифт. На нужном этаже останавливаемся у двери. Солнце смотрит на меня с сомнением, вытягивает пальцы из моей ладони и сообщает:
— Представлю тебя маме начальником. Скажу, что подвез до дома и увидел, как на меня напали. Родители не знают о нашем романе. Пожалуйста, Яр, веди себя, как посторонний человек. Не касайся меня.
— Не уверен, что получится, — хриплю, разглядывая ее такую растерянную и открытую. — Трогать не буду, обещаю. Но вот контролировать взгляды… Если твоя мама наблюдательная, все равно просечет.
Пока Алена открывает дверь своим ключом, впервые думаю о том, как ее родители отнесутся ко мне, если все же узнают правду. Я бы, например, за подобное отношение к дочери обязательно морду набил. Похоже, надо быть готовым и к такому повороту. Особенно, когда освободят ее отца.
На звук открываемой двери в прихожую выходит симпатичная, чуть полноватая женщина. Сходство между матерью и дочкой легко угадывается. На меня хозяйка смотрит настороженно, а когда видит испачканную в крови одежду, пугается еще сильнее.
Алена представляет нас друг другу и кратко, без эмоций, пересказывает последние события. Ее мать, которую зовут Валентина, все равно в шоке и начинает плакать. Солнце обнимает женщину, пытаясь успокоить, но получается плохо. У нее у самой уже глаза блестят, все же стресс словила. Приходится брать все в свои руки.
Закрываю за собой дверь, ориентируюсь в незнакомой квартире и уверенно иду на кухню. Обе женщины приходят туда вслед за мной и начинают суетиться. Алена достает аптечку и просит меня снять рубашку. Делаю это с удовольствием. Порванную одежду кидаю в мусор и сажусь на стул.
Солнце склоняется над моим плечом и аккуратно обрабатывает рану. Не отрываясь, смотрю на нее и от ее близости даже боли не чувствую. Только бурлящую в венах кровь и заметное напряжение в паху. А еще кайфую от того, как ее взгляд иногда соскальзывает на мой торс. И тогда точеные скулы вкусно розовеют.
— Порез глубокий, — произносит обеспокоенно. — Надо бы в больницу, зашить.
— Потом с ним разберемся, — отмахиваюсь я. — Пока просто заклей пластырем.
Алена делает все быстро и очень осторожно. Ее пальчики порхают по моему плечу, еще больше разгоняя желание. Но сейчас точно не до этого. Да и не собираюсь я пользоваться ее стрессом и уязвимостью. Все у нас будет потом, когда решим проблему. Ну это я так себя успокаиваю, чтобы как-то перейти в рабочий режим.
На кухне появляется Валентина и передает мне чистую мужскую футболку. Надеваю. Если бы мы с Солнцем были одни, я бы щеголял голым торсом. Помню, как она раньше на нем залипала. Обожала устраиваться у меня на коленях и целовать мою шею, ключицы, грудь. Пока я терпел и позволял ей эти сладкие игры.
Прошу Алену сварить кофе, чтобы занять ее чем-то. А пока выясняю у ее матери номер адвоката. Даю задачу позвонить ему и вызвать сюда. Одновременно связываюсь со своим юристом, отрываю от отдыха после рабочего дня и загружаю информацией. Он тоже скоро подъедет. Пусть на месте с адвокатом все перетрут.
Моя бурная деятельность действует на женщин успокаивающе. Они уже не выглядят такими испуганными, даже приободряются. С адвокатом мы пока разобрались, теперь пора подумать о безопасности. Для этого мне нужно уединиться и сделать звонок. Но сначала уточняю у Алены:
— У тебя, кажется, еще брат есть. Где он?
— В спортивном лагере на сборах, — отвечает за нее мать. — Саша у нас легкой атлетикой занимается.
— Это хорошо, — одобрительно киваю. — Пусть пока там и сидит, не спешит возвращаться. Напишите ему, чтобы с базы никуда не уходил. Я сейчас переговорю кое с кем. Ален, если юрист приедет, сама дверь не открывай, меня позови. Поняла?
Дождавшись кивка, ухожу в другую комнату и набираю начбеза. Кратко обрисовываю ситуацию. Мне нужно, чтобы он дал наводку на кого-нибудь из охранных служб в этом городе, кому можно доверять. Он просит час, чтобы перетрясти знакомых и отыскать то, что мне требуется.
Возвращаюсь на кухню и слышу, как Алена с матерью что-то тихо обсуждают. Особенно напрягает имя Костя. Но с моим появлением женщины замолкают. Ладно, с этим потом разберемся. Пока ждем адвоката с юристом, хозяйка дома предлагает нас накормить. Не отказываюсь, на фоне отката от стресса разыгрался голод. У меня всегда так.
Пока ужинаем, Валентина задумчиво на нас поглядывает. Похоже, что-то все же заметила. Ничего не поделаешь, не умею я шифроваться, если женщина мне нравится. Да и незачем. Пусть родители моего Солнца привыкают ко мне. Никаких больше Кость.
Наконец приезжают те, кого мы ждем. Адвокат с юристом уходят в отдельную комнату и там уже разбираются, чем мы сможем помочь. Своему я успел сообщить, чтобы он задействовал все связи и возможности. В общем, дал полный карт-бланш.
Через полчаса звонит начбез и диктует данные на пару человек, за которых ручается. Этого достаточно. Остальную команду они подберут сами. Связываюсь и объясняю расклады, потом обсуждаем детали. Закончив, возвращаюсь к ожидающим меня женщинам. Они дружно поднимают на меня глаза.
— Значит так, вашего мужа и отца мы вытащим, — сообщаю твердо. — Не знаю, сколько это займет времени. Но думаю, не позже, чем через неделю его выпустят. Дальше будем добиваться отмены уголовного дела. Если понадобится, надавим связями из столицы. Но это время вам придется жить под охраной. Парни скоро подъедут, познакомлю вас. Их главный порекомендовал разделиться. У вас есть еще место, где можно пожить неделю? — смотрю на хозяйку дома.
— Есть дача, — кивает она. И тут же растерянно добавляет: — Но как же… Мне же надо съездить к мужу, передать вещи, белье, что там еще нужно. Домашней еды отвезти…
— Во-первых, вам вряд ли разрешат свидание, — объясняю ей очевидное. — Во-вторых, вещи и записку может передать адвокат. Спросите у него, что нужно. Соберите сумки себе и мужу. В-третьих, поверьте, вашему супругу станет гораздо спокойнее, если вы будете в безопасности. Сейчас это самая лучшая помощь для него. Скоро вы встретитесь лично, и уже не в сизо, а дома.
Ожидаю возражений, но мое необычное появление и дальнейшие действия, похоже, произвели на женщину впечатление. Валентина уже безоговорочно доверяет мне и принимает все мои слова, как руководство. Так что только послушно кивает. Жаль, что с ее дочкой нельзя так легко договориться.
— А как же Алена? — все же уточняет она.
— Я не поеду на дачу, у меня работа, — произносит Солнце, сама не понимая, что играет мне на руку.
— Да, как я уже сказал, придется разделиться, — перевожу на нее серьезный взгляд. — Твоя мама с частью охраны поедет на дачу. А ты останешься здесь, в квартире. Под присмотром остальных парней и моим. На работу и обратно будем ездить вместе. А чтобы было проще… Валентина, не возражаете, если я поживу здесь недельку с Аленой? — снова обращаюсь к потенциальной теще.
Может, это не совсем честно, но я не планирую пользоваться положением. Просто мне нужно место и время, чтобы немного сблизиться с Аленой. И для начала хотя бы нормально поговорить. Естественно, хозяйка дома не возражает. Зато Алена, кажется, уже готова убивать. Пусть пока только взглядом. Но чувствую, что и до рукоприкладства тоже может дойти. Но это ничего. Я ведь знаю, что заслужил.
Алена
Пока Ярослав с кем-то беседует по телефону, мы с мамой, держась за руки, сидим на кухне. Она уже немного успокоилась, хотя наше феерическое появление, конечно, вызывало у нее шок. На нее бедную сегодня столько всего свалилось. Сначала арест отца, а потом растрепанная и испуганная я в компании незнакомого мужчины в крови на ее пороге.
Но оказалось, присутствие Балашова действует успокаивающе не только на меня. Его решительный тон, четкие указания и уверенность в том, что делает, подкупает. Вот вроде бы, мы обе вполне себе сильные и самостоятельные женщины, мама у меня так вообще преподаватель, а все равно в стрессовой ситуации растерялись. И как-то естественно положились на мужчину.
Я уже оказала Яру первую помощь. Касаться его было очень приятно. Такой родной для меня запах и знакомое до каждой родинки тело, которое я так любила ласкать, сразу окунули меня в ностальгию. Но мне пришлось взять себя в руки, потому что рядом мама. Не хочу, чтобы родители догадались.
— Видишь, что творится, дочка, — вздыхает она. — Даже не знаю, может, тебе пока у Костика пожить? Хотя бы за вас не буду переживать. Сашка в лагере, ты под присмотром.
— Мам, у Кости не получится, — признаюсь виновато. Ей сейчас не до моих проблем, но и оттягивать неизбежное не хочется. — Мы расстались.
— Господи, когда вы успели? — хватается за грудь мама. — Почему?
— Ну вот успели, сегодня… Так получилось.
— Но в чем причина? Это ты его прогнала? Такой хороший мальчик! Я ведь видела, что он к тебе тянется, а ты к нему нет.
— Не я прогнала. Можно сказать, по обоюдному согласию, — выдаю облегченную версию, чтобы еще больше ее не волновать. — Но ты права, я уже давно думала об этом. Не складывалось у нас что-то.
— Эх, горюшко ты мое, все никак не найдешь подходящего человека, — обнимает меня мама. А потом оглядывается на дверь и тихо уточняет: — А этот Ярослав, действительно, твой начальник? Очень колоритный мужчина и сразу видно, что непростой. Почему ты про него не рассказывала?
— Так он — новое начальство, из столицы. Всего несколько дней назад приехал и скоро укатит обратно.
— Новое начальство и сразу тебя до дома подвозит? — подозрительно уточняет мама. — Костя из-за него взбрыкнул? — вот умеет она сразу в корень смотреть.
— Мам, Костя тут ни при чем. Просто меня временно определили к Балашову в помощницы. После твоего звонка я у него отпросилась. А он предложил подвезти. Ну и вот…
Чувствую, что теперь у нее еще больше вопросов, но тут на кухню заходит Ярослав, и мы замолкаем. Потом все вместе ужинаем, и все это время мама внимательно приглядывается к моему начальнику. Все же наш разговор навел ее на ненужные мысли. А я пока не понимаю, как это исправить.
А дальше Яр добавляет еще больше пищи для ее сомнений, когда заявляет, что маме лучше пожить на даче, а нам с ним в квартире. Едва не выдаю себя, устроив разборки прямо тут. Но все же глотаю возмущение и вежливо прошу:
— Ярослав Петрович, можно вас на минутку? — а когда мы оба под заинтересованными взглядами мамы уходим в другую комнату, плотно закрываю дверь и шиплю: — Что ты устроил? Зачем нам жить вместе? Разве не хватит охраны?
— Что я устроил? — хмурится Яр. — Решаю ваши проблемы вообще-то. И забочусь о безопасности, — от этих слов мое возмущение немного стихает. Он действительно очень помогает. Интересно, как бы повел себя в похожей ситуации Костя? Что-то мне подсказывает, что кроме пустых сожалений я бы от него ничего не дождалась. Тем временем Балашов уточняет: — Что тебе не нравится? Ограничения? Ну да, придется потерпеть. Сама видела, как накалилась ситуация. Или хочешь еще раз столкнуться с тем уродом?
— Конечно, не хочу, — говорю уже гораздо спокойнее. — И очень благодарна тебе за помощь. Но все равно не понимаю, зачем тебе жить здесь?
— Ален, пожалуйста, не усложняй ситуацию, — устало морщится Ярослав. — Из гостиницы мне будет трудно отслеживать обстановку и оперативно реагировать. У вас тут сколько комнат? Три, четыре? Ну вот и найдем, как разместиться, чтобы не мешать друг другу. Постелешь мне в комнате брата. Не вижу проблемы. Или у тебя проблема находиться со мной на одной территории?
— Нет у меня проблем. Просто не считаю это правильным. Но если по-другому никак, хорошо, — пожимаю плечами.
— Ну вот и отлично, — резюмирует он. — Сейчас подъедут парни, отправим Валентину с ними. Можешь пока помочь ей собраться. Завтра, по дороге на работу заедем в гостиницу. Я переоденусь и заберу с собой часть вещей. Номер сдавать не буду, не переживай. Перебираться к вам надолго не планирую. Думаю, через несколько дней твоего отца уже отпустят.
Не найдя, что ответить, иду к маме и помогаю укладывать вещи в две дорожные сумки. Одну для отца, другую для нее. Вдвоем справляемся быстро. Мама все время молчит, наверное переживает за отца. Но когда Яр зовет нас знакомиться с охраной, уже у двери она придерживает меня за руку и произносит:
— Дочь, ты у меня, конечно, умница, но иногда очень наивная. Не будет мужчина развивать такую бурную деятельность просто из-за помощи рядовой сотруднице. Мой тебе совет, приглядись к Ярославу внимательнее, — и выходит в коридор. Отлично! Балашов уже полностью ее обаял.
Спустя полчаса мы с моим бывшим остаемся в квартире одни. Маму увезли, а под нашими окнами дежурит машина охраны. Я застилаю кровать в комнате брата чистым бельем, Балашов просит полотенце и уходит в душ. После чего мне приходится еще раз обрабатывать его рану.
Яр сидит спокойно, не нарушает границы, не трогает меня. Но от этого не легче. Слишком остро я ощущаю его присутствие. Все это рушит мои защиты, оставляя безоружной против его близости.
Как только заканчиваю, сбегаю в свою спальню. И даже на удивление быстро засыпаю, но среди ночи просыпаюсь от странного шума. Выглядываю в коридор. Яр в одних только брюках стоит у двери. Мы оба отчетливо слышим, как кто-то пытается открыть замок с другой стороны.
Знаком показав мне не шуметь, Ярослав направляет на дверь пистолет. В шоке смотрю на оружие в его руках. Откуда оно? Охрана передала? Он реально будет стрелять? Через несколько минут со стороны лестничной площадки раздается шум, сдавленные стоны, ругательства. А потом в дверь звонят.
Заглянув в глазок, Балашов открывает. Там наша охрана, оказывается Яр успел их предупредить. Мужчины тихо переговариваются, и я понимаю, что тревога оказалась ложной. В дверь ломился пьяный сосед с нижнего этажа, перепутавший наши квартиры. А ведь от страха я забыла, что такое уже было. Там у нас, действительно, живет алкоголик, к счастью, не буйный.
— Откуда у тебя оружие? — интересуюсь, как только мы опять остаемся одни. Поймав взгляд Ярослава, внимательно изучающий мои голые ноги, плотнее запахиваю тонкий халатик, который успела накинуть на короткую пижаму.
— А ты думала, я тебя кухонным ножом буду защищать? — вместо ответа усмехается он. — Не беспокойся, у меня есть разрешение. И стрелять я умею. Иди спать, Алена, а то замерзнешь, — его голос отчего-то хрипнет и отзывается во мне сладким спазмом.
Ухожу к себе, вот только второй раз заснуть не получается. Проворочавшись полчаса, отправляюсь на кухню заварить себе травяной чай. Обычно он помогает от бессонницы. И, конечно, натыкаюсь там на нового жильца.
— Тоже не спится? — интересуется сидящий за столом Яр. — Так может, тогда поговорим?
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Исправить всё. (не) твой сын", Инна Разина ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5
Часть 6 - продолжение