Я влетела в дом как вихрь, едва не споткнувшись о порог. Ноутбук, стоявший на столике в гостиной, манил меня как магнит. Пальцы дрожали, когда я схватила его и бросилась на кухню.
Там за столом сидели Снежок и Фёдор, который появился раньше условленного времени. Они мирно ужинали пиццей, словно ничего не происходило. Но экран ноутбука, открытый на определённой странице, притягивал мой взгляд.
Мои глаза скользили по строчкам, не в силах осмыслить прочитанное. Буквы расплывались перед глазами, а в голове не укладывалось то, что я читала.
— Как ты смог раскрыть всё так быстро? — наконец выдавила я, не отрывая взгляда от монитора.
Фёдор вытер пальцы о салфетку и пожал плечами:
— Я? Его, оказывается, вели уже очень давно... Представить страшно, да? Академик наук, почётный преподаватель — и на тебе, во мракобесие подался! — Он тут же прикрыл рот рукой. — Прости... Просто ты-то настоящая ведьма, а он...
Мир будто накренился перед моими глазами. Один из моих любимых преподавателей, человек, которому я доверяла, чьи лекции слушала с открытым ртом — и вот теперь выяснилось, что он похищал бездомных и проводил над ними жуткие мистические эсперименты, а потом пытался их оживить.
В голове не укладывалось. Как такое возможно в современном мире?
— Они там целый клуб по интересам организовали! — вмешался в разговор Снежок. — Я нашёл их блог, он был спрятан за семью замками, только для посвящённых. Представляешь, они все ритуалы на видео записывали! Теперь им всем светит пожизненное — и ему, и его студентам.
Я подняла брови в немом изумлении.
— Вот этот очкарик, — кивнул Фёдор, — это его студент. Они там все в связке были. Аглая, тебе повезло, что ты давно выпустилась, а то сидела бы сейчас в одиночке и ждала допроса.
Он усмехнулся и направился к чайнику, чтобы налить мне чай.
Я опустилась на стул, всё ещё не в силах прийти в себя. Только один вопрос крутился в голове:
— А Виола? Её тело нашли? — Мой голос прозвучал глухо, словно доносился из глубины колодца.
— Пока нет. Но нам больше и не нужно этим заниматься, — Фёдор поставил передо мной чашку с чаем. — Все дела, связанные с моргом, забрали себе «вышки». Так что я могу спокойно догуливать свой отпуск, а ты — ведьмачить себе на здоровье.
Я обменялась с Снежком многозначительным взглядом. Он понимающе кивнул. Мы оба знали — мы не можем оставить это дело. Нам нужно найти призрака. Теперь я уже не сомневалась: она заточена в ловушке, и мы обязаны её освободить.
Чай остывал перед мной, а в голове крутились мысли о том, что ждёт нас впереди. Теперь пазл начал складываться, но самое главное — найти Виолу — всё ещё оставалось нерешённым.
Мы разместились в гостиной, экран телевизора, застывший на паузе в кульминационной сцене. Я поправила плед на коленях, глядя на Фёдора, который нервно перебирал пульт в руках.
— Останешься досмотреть? — спросила я, подтягивая к себе миску с попкорном. — Завтра нам никуда не надо, можем устроить марафон до утра.
Он резко встал с дивана, будто его укусили.
— Э-э-э, знаешь... — его пальцы забегали по куртке, проверяя карманы. — Мне бы... То есть, я должен...
— В час ночи? — я приподняла бровь, наблюдая, как он избегает моего взгляда.
— Да нет, просто... Автосервис. Завтра с утра машину гнать. — Он сделал паузу, осознавая абсурдность отговорки, и поспешно добавил: — И вообще, Снежок тут. Тебе не будет скучно.
Я кивнула, глотая комок в горле. На столе дымилась его недопитая чашка чая, он спешил убежать.
— Хорошо, — сказала я спокойно, обхватывая руками колени. — Если что... Я буду ждать.
Он замер на мгновение, словно хотел что-то добавить, но лишь махнул рукой, натягивая кроссовки. Дверь захлопнулась, а я продолжала сидеть, глядя на экран, где застыл кадр с поцелуем главных героев.
— Ну хоть ты-то останешься со мной? — обернулась я к Снежку, вытирая ладонью предательскую слезу. — Или тоже по делам свалишь?
Он молча протянул мне коробку с шоколадными конфетами, которые мы купили ещё до отъезда. За окном зашуршал дождь, а телевизор тихо гудел, повторяя застывшую сцену снова и снова.
Я решила подняться в спальню. Мои пальцы судорожно вцепились в холодные перила — каждая мышца в теле кричала от усталости. Голова кружилась, будто я провела несколько часов на карусели. В глазах мелькали разноцветные пятна, а в висках пульсировала тупая боль.
Добравшись до спальни, я рухнула на кровать, не в силах даже раздеться. Но потом всё-таки заставила себя подняться и натянуть шёлковую пижаму — нежно-голубую, с едва заметным серебристым узором. Ткань скользила по коже, обещая прохладу и уют, но сон всё не шёл.
Я лежала, уставившись в темноту, и мысли кружились в голове, как осенние листья в вихре. Фёдор... Сколько раз он пытался приблизиться, а я отступала, считая это просто дружеским участием. Теперь, когда я наконец увидела в нём не просто друга, а мужчину — сильного, надёжного, заботливого — он вдруг начал отдаляться.
В памяти всплывали моменты, которые я раньше не замечала: как он задерживал взгляд на моих руках, когда я что-то показывала; как машинально поправлял мои выбившиеся пряди; как его пальцы слегка дрожали, когда он касался моего плеча. А я была слепа, поглощённая своими проблемами и заботами.
Мысли перескочили на Владимира — его красивые жесты, изысканные комплименты. Он умел говорить правильные слова, знал, как заставить женщину почувствовать себя особенной. Но всё это оказалось иллюзией, прикрытием для его двойной жизни.
Я перевернулась на бок, подтянув колени к груди. Кредиты, счета, необходимость откладывать деньги на будущее — всё это давило тяжёлым грузом. Я решила, что сначала нужно наладить финансовую стабильность, а потом уже думать о личной жизни. Но судьба, как всегда, имела свои планы.
В окно заглядывала луна, освещая комнату призрачным светом. Я вспоминала, как легко было с Фёдором, как спокойно становилось на душе рядом с ним. И теперь, когда я наконец поняла свои чувства, он ускользал, словно песок сквозь пальцы.
В голове крутились мысли о том, как часто мы не ценим то, что имеем, пока не теряем. Я знала и других мужчин — они добиваются внимания, а получив его, теряют интерес. Но что-то подсказывало мне, что Фёдор не такой. Может, я просто обманываю себя?
Я так и не смогла уснуть. Лежала, глядя в потолок, и думала о том, как всё могло бы сложиться, если бы я раньше заметила его чувства. Если бы не была так слепа к тому, что происходило прямо перед моими глазами.
А теперь... Теперь оставалось только ждать и надеяться, что не всё потеряно. Что моё запоздалое осознание чувств не станет причиной ещё одной ошибки.
Сон пришёл только на рассвете, когда первые лучи солнца робко заглянули в окно. Как обычно бывает после долгих бессонных ночей, мысли крутились в голове, словно карусель, не давая мозгу отключиться. Я знала это состояние — оно часто настигало меня во время студенческих сессий, когда приходилось зубрить сложные материалы, переписывать конспекты и готовиться к экзаменам. Тогда организм, находясь в постоянном стрессе, словно заклинивал, не позволяя себе отдохнуть.
Ближе к полудню я наконец спустилась на кухню. Запах кофе и чего-то подгоревшего ударил в нос. За столом, уткнувшись в монитор, сидел Снежок. Вид у него был такой, будто он не спал неделю.
На столе царил настоящий хаос: грязные тарелки с остатками еды, пустые кофейные чашки с застывшей пенкой, разбросанные фантики от конфет, огрызки яблок, превратившиеся в коричневые мумии, смятые салфетки. Под ногами валялись коробки из-под пиццы, а на подоконнике громоздились пустые банки из-под энергетиков.
Сам Снежок напоминал нахохлившегося воробья. Его волосы торчали во все стороны, словно иглы у дикобраза. Некоторые пряди стояли дыбом, другие свисали сосульками. Насупленные брови почти сошлись на переносице, а взгляд был настолько сконцентрированным, что, казалось, он мог прожечь экран насквозь.
Я начала готовить кофе, стараясь не смотреть на этот хаос.
— Проснулась наконец? — не отрывая взгляда от монитора, буркнул Снежок.
— И тебе доброе утро, — улыбнулась я, доставая две кружки. — Ты спал хоть немного?
— Спал, — буркнул он, — в отличие от некоторых, которые всю ночь рыдают в подушку.
Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Кофе, который я наливала, чуть не выплеснулся через край.
— Ничего я не рыдала, — пробормотала я, отворачиваясь к окну.
— Да-да, — хмыкнул Снежок, — конечно. А пятна на подушке от утренней росы, наверное.
Я промолчала, ставя перед ним кружку с кофе. Он наконец оторвал взгляд от экрана и посмотрел на меня:
— Ладно, не злись. Просто... я всегда замечаю, когда что-то не так.
Я кивнула, не находя слов. Иногда этот маленький чертёнок был слишком проницательным для собственного блага.
— Пей кофе, — сказала я, садясь напротив. — И давай приберёмся тут. Не могу работать в таком свинарнике.
Снежок вздохнул, но послушно взял кружку. Его взгляд снова устремился к монитору, а я задумалась о том, сколько ещё секретов он разгадал, оставаясь при этом таким же невозмутимым.
После уборки на кухне мы с Снежком решили устроить полноценный завтрак. Чертёнок превзошёл сам себя — на столе появились ароматные бутерброды с ветчиной и сыром, которые он украсил свежими листьями салата и капельками горчичного соуса.
Я, несмотря на разбитое состояние, всё же нашла в себе силы приготовить сырники. Они получились пышными, золотистыми, с хрустящей корочкой и нежной сердцевиной. К ним я подала клубничное варенье и сметану от тётушки Фёдора.
Мы устроились за столом, и воздух наполнился уютными звуками: звон посуды, хруст хлеба, шёпот разговоров. Снежок, уплетая бутерброд, рассказывал о своих ночных находках в интернете, а я слушала, машинально помешивая чай.
— Сегодня займёмся блогом, — решила я, отламывая кусочек сырника. — Столько запросов на гадание накопилось, нужно разобраться.
Снежок кивнул, его глаза заблестели от предвкушения работы.
После завтрака мы устроились в гостиной. Я открыла свой блог и замерла — фотографии выглядели просто волшебно. Каждая картинка рассказывала свою историю. На одной фотографии я стояла на набережной, волосы красиво развивал ветер. На другом фото старинная колода карт, доставшаяся мне от бабушки, на которых я гадала матери Светланы. Карты переливались остатками золота и казались живыми, будто готовые рассказать свои секреты.
Следующая фотокарточка запечатлела пучок засушенной лаванды, лежащий на бархатной скатерти. Фиолетовые соцветия словно источали едва уловимый аромат, создавая атмосферу таинственности.
Отдельная серия фотографий была посвящена рунам — каждая лежала на отделанной бархатом подушечке, словно драгоценность.
На одной из фотографий я стояла у окна, на фоне заката, держа в руках бокал вина. Свет играл на его гранях, создавая причудливые блики. Все снимки были сделаны профессионально, с правильным освещением и композицией. Они создавали целостный образ — образ настоящей ведуньи, хранительницы древних знаний. Я даже не знала, что Снежок фотографирует меня исподтишка.
«Как же красиво всё получилось», — подумала я, проводя пальцем по экрану. Каждая фотография дышала своей энергией и таинственностью, приглашая посетителей окунуться в мир магии.
Снежок тем временем уже открыл чаты.
— Ого! — воскликнул он. — Тут работы на неделю вперёд!
Я улыбнулась. Иногда нужно просто сделать шаг вперёд, чтобы увидеть, сколько интересного ждёт впереди. Я вновь подумала о Виоле и на сердце стало тяжело.
Карты липли к пальцам, будто пропитанные чужими тревогами. Я переворачивала арканы, слышала шепот рун, рассыпающихся по столу, всё это сливалось в монотонный гул. Десятая за сегодня клиентка — и снова про телефон, холодные объятия, подозрительные переписки.
— «Он изменил?» — «Он любит?» — «Что чувствует?» — вопросы висели в воздухе тягучей патокой. Снежок, уткнувшись в экран, строчил ответы, щёлкал клавиатурой, как дятел кору. Его хвост нервно подрагивал в такт уведомлениям.
— Слушай, — бросила я, разглядывая расклад с Влюблёнными, перевёрнутыми вверх ногами, — может, пора открыть брачное агентство? Или курсы по слежке за мужьями?
Снежок фыркнул, не отрываясь от монитора:
— Ты бы ещё детективную контору придумала. Смотри! — Он сунул мне телефон, где в банковском приложении красовалась большая сумма. Его глаза, огромные и сияющие, отражали цифры, будто он нашёл клад. — Мы богачи! Можем хоть каждый день заказывать роллы с креветками! Или купить тот диван с массажем!
— Ты только о еде и думаешь, — закатила я глаза, но губы предательски дрогнули в улыбке.
— Ага, а ты будто нет, — парировал он, подпрыгивая на стуле. — Только представь, новая микроволновка! И посудомойка! И…
— И тебе штаны, которые не будут спадать, когда ты ремень из них достаешь, — перебила я, указывая на его едва держащиеся джинсы.
К полуночи руки дрожали от усталости. Руны, обычно холодные и гладкие, теперь казались шершавыми, будто обожжёнными. Из десяти историй лишь две выбивались из шаблона: парень, готовивший сюрприз-предложение, и мужчина, терявший работу. Остальные… Остальные словно копировали друг друга, как будто вселенский сценарист решил сэкономить на сюжетах.
Душ смыл с кожи липкий налет чужого отчаяния. Я стояла, упираясь ладонями в кафель, пока вода сбивала в груди ком тревоги. За окном, в прорези между шторами, мерцали звёзды — холодные, равнодушные, чужие.
— Ну что, — Снежок возник в дверном проёме, жуя чипсы, — готова к приключениям?
Я протянула руку с угла шторки и схватила халат, капля воды скатилась с мокрых волос за воротник.
— Если я засну приключения, ты меня пнёшь?
— Не просто пну, — он щёлкнул пальцами, и в воздухе вспыхнул синий огонёк, — подожгу!
Турка зашипела, заполняя кухню горьковатым ароматом. На столе всё ещё лежали руны. Снежок кружил по комнате, оставляя за собой след из рассыпанных чипсов, а я думала о том, куда мы отправимся этой ночью. Вредный чертёнок не раскрыл свои карты…
Друзья, не стесняйтесь ставить лайки и делиться своими эмоциями и мыслями в комментариях! Спасибо за поддержку! 😊
Также вы можете поддержать автора любой суммой доната