— Танец! Танец! Сейчас будет танец! — шумели вокруг, — родители будут танцевать молодоженам на удачу!
Ударили барабаны, запели трубы и гости умолкли. Аби обиженно поджал губы — ну, почему в этой долине всегда обо всем узнает последним! Эола опять ничего не поведала ему об этом обряде, а потом, как обычно станет удивляться и спрашивать:
—Почему рассерженно хмуришь брови?
А как же не злиться, все вокруг обо всем знают, только он один находится не в теме. В этот миг царевич впервые поймал себя на мысли о том, что вероятно матушка права. Имеется в ее словах доля правды относительно того, что в семье титана любимое дитятко так и останется чужим. Ведь, что не говори, но за все время пребывания здесь, ему не то что не дали сделать глотка напитка, дарующего бессмертие, даже посмотреть на него не дали. Хотя могли бы...
Он довольно часто видел, как будущие тесть и теща что-то отхлебывали из небольшого бокальчика, угодливо подсовываемого им Амфалатеей. Сама же Амфалатея с жадностью смотрела на то, как они делают, но попросить дать отведать зелье явно не решалась. Но он же не грешница, как Амфалатея! Теперь он их законный зять! Обида, подогретая вином, готовилась прорваться наружу и Аби собрался высказать Эоле все прямо здесь за свадебным столом. Он уже повернулся к ней с раздраженным лицом. Но тут же сообразил — любимая также ничего не ведала о странном обычае. Ибо она удивленно вскинула свои четко очерченные брови и обратилась с вопросом к сестре.
Как ни странно, единственным существом, кто был в теме происходящего, оказалась именно Аглая. Тщательно подбирая слова, девушка поведала об этом древнем, почти забытом обычае. В день свадьбы, пояснила свояченица, родители невесты должны исполнить ритуальный танец, дабы уберечь молодых от напастей, с которыми им обязательно придется столкнуться в будущей совместной жизни.
Первыми это сделали Крон и Рея, обратившись в танце к Мойрам, с просьбой быть милостивыми к будущему потомству. И если бы Крон не захотел потом сожрать всех своих детей, вероятно, все семейство так и жило бы в радости и согласии… Договорить ей не удалось. Зазвучали лютни и кифары, послышался рокот барабанов. Ох, как все это невероятно прекрасно играло! Аби не сомневался – подобную музыку, если и можно было услышать, то только на Олимпе.
На заранее подготовленной площадке появилась Ирида. Она успела переодеться. Теперь на нимфе был ярко-красный пеплос, полностью раскрытый на бедрах. На талии его удерживал тонкий витой поясок. Единственное украшение, если не считать двух бронзовых браслетов на немного полноватых руках. Длинные темно-каштановые волосы живой волной струились по плечам. Сильные мышцы играли под загорелой кожей – Ирида много занималась спортом и не боялась солнца.
Нимфа медленно закружилась под музыку, покачивая в такт своим крепким станом. Аби обратил внимание, что теща танцевала босиком. Подол ее смелого одеяния колебался от быстрых движений, и со стороны даже показалось, что нимфа танцует в ярком пламени, которое вот-вот опалит ее загорелую кожу. Музыка убыстрялась, звуки нарастали, заполняли все вокруг. Не пойми откуда, появился Александр. Он стремительно ворвался в круг.
Аби не сдержался и хихикнул. Никогда не замечал, что тесть на пол головы ниже своей супруги. К тому же, Александр был тонок в кости и очень изящен. Ирида же в росте была наравне с Аби, а он для смертных считался довольно высоким. Скорее Ириду можно было отнести к роду титанов, чем ее достойного мужа... Впрочем, общаясь с небожителями и прочими мифическими героями, Аби сделал для себя вывод — не в росте дело...
Но сейчас все мысли были заняты разыгравшимся действом. Даже слепому и совсем глупому дано было понять — исполняется не просто танец. Казалось, каждая точечка в их теле, каждый мускул рвался и плясал. При всем этом, они не делали каких-то необычных па. Обычными незамысловатыми жестами удавалось передавать страсть и любовь, беспокойство к судьбе детей, радость...
И тут на сцене появилось новое действующее лицо — великая богиня Гера. Толпа, молча расступалась перед ней, склонившись в низком поклоне. Гера встала в заученную позу, подняв к небу согнутые в локте руки. Движения у небожительницы были отработаны до автоматизма. Рука влево — рука вправо, шаг вперед — шаг назад. Никаких чувств и эмоций. Все четко рассчитано и выверено... Вместо божественной музыки, что звучала мгновением раньше, лишь барабанная дробь да звуки бьющихся друг о друга браслетов. Наконец Гера щелкнула напоследок костяшками пальцев и унеслась куда-то ввысь, оставив всех в недоумении.
— Ты удивлен? — раздалось за спиной.
Он оглянулся. Кто бы сомневался, вопрос задала Аглая. Только она могла вложить столько чувств вложить в простую фразу.
— Это же танец, — прошептала она, — всего-навсего танец. По крайней мере, для тебя, смертный!..
Публикация по теме: Колесо судьбы, часть 40
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке