Двойная агентура возникает там, где есть соперничество: в войнах и идеологиях, корпорациях и режимах. Для одних эти люди — герои, для других — предатели; вердикт всегда выносит тот, кто пишет хронику. На пике в XX веке — от Второй мировой до холодной войны — именно «двойники» меняли расклады, подбрасывали ложные карты и тормозили катастрофы. Ниже вы найдёте несколько историй самых известных двойных агентов.
Душан Попов: плейбой, шифр и проигнорированный сигнал
Югославский адвокат с кличкой «Трёхколёсный велосипед» вошёл в разведывательные легенды как прототип Бонда: высокий, обаятельный, безупречно говорящий по-немецки. Он сотрудничал с МИ-6, одновременно держась близко к немецким спецслужбам, — и при этом люто ненавидел Гитлера. Чтобы завоевать доверие британцев, Попов сдал немецкого офицера Иоганна Йебсена, после чего годами общался с Лондоном «невидимыми чернилами» и собственными кодами.
В 1941 году его отправили в США за ракетной тайной, но Попов тут же вышел на директора ФБР Гувера. Парадокс: именно там его карьера споткнулась — американцам не понравился его стиль «жизни на широкую ногу», а сведения о готовящемся налёте на Перл-Харбор остались без внимания. Умер Попов в США, оставив троих детей и молодую шведскую супругу — детали, больше похожие на финальные титры шпионского фильма.
Хуан Гарсиа Пужоль: человек-мир, выдумавший армию призраков
Испанец без блестящего диплома и блата, начавший карьеру продавцом, попытался предложить свои услуги Британии и США — зря: не пригодился. Тогда он пришёл к немцам и получил задание создать сеть в Великобритании. Английского не знал, в Лондон не доехал, осел в Лиссабоне — и оттуда начал «репортажи» из туманного Альбиона, собирая фактуру из путеводителей, газет и расписаний автобусов.
Чтобы подстраховаться, Пужоль выстроил вселенную из 27 несуществующих агентов: от британского цензора до голландской стюардессы и американского солдата. Немцы уважали «масштаб работы», даже когда отчёты запаздывали или подтверждали уже известное. Его дезинформация повлияла на «Нептун» и Fortitude — германское командование ошиблось и во времени, и в географии высадки союзников. В 1945 году Пужоль инсценировал смерть, переехал в Венесуэлу, открыл книжный — и прожил ещё сорок лет. Двойная игра как интеллектуальная мистификация.
Артур Оуэнс: «Снег», который таял в двух кассах
Валлиец с прозвищем «Снег» для британцев и «Джонни/Бирмен» для немцев начинал как антибританский информатор ещё до войны. Прикрываясь работой продавца электрооборудования и колесив по стране, он собирал горы сведений — о вооружениях, складах, аэродромах — и за «умеренную плату» сбывал их Берлину. С началом войны Оуэнс так же охотно вышел на МИ-6: прагматик, для которого валюта важнее лозунгов.
С его помощью вскрыли более 120 немецких агентов, а вражеским центрам годами отправляли тщательно упакованную дезу. После войны «Снег» без лишних жестов ушёл на покой: осторожность и меркантильность иногда оказываются надёжнее идеологии. Живой пример того, как финансовая мотивация превращает человека в сервис со сменным адресом доставки.
Хумам аль-Балави: «Зигзаг» третьей степени
Медик из стамбульского университета, открыто демонстрировавший радикальные взгляды, идеально подходил на роль «двойника». ЦРУ завербовало его для работы против «Аль-Каиды», но «Зигзаг» оказался тройным агентом. Он втерся в доверие, пообещал информацию о Завахири, беспрепятственно прошёл на встречу на базе «Чепмен» — и подорвал себя, убив семь сотрудников ЦРУ и двух военных. Одна из самых трагичных страниц современной агентурной игры: доверие, использованное как детонатор.
Олдрич Эймс: дорогостоящая измена
Руководитель контрразведывательного подразделения ЦРУ по советскому направлению девять лет играл за другую сторону и вошёл в топ самых дорогих шпионов СССР: его гонорары шли на миллионы долларов. Толчком была не идеология, а банальная жадность и личные долги — развод и проблемы любовницы.
Эймс выдал, по разным оценкам, от 12 до 25 источников; десять человек были казнены. Сам Эймс успел купить дом под Вашингтоном за $540 000 наличными, ферму и две квартиры на имя жены, «Ягуар», роскоши на $455 000 и акции на $165 000 — но в 1994-м получил пожизненное с конфискацией. Эпизод охладил отношения Москвы и Вашингтона, как бы ни уверял Ельцин, что «ничего не знал». Один из самых дорогих уроков для американской контрразведки.
Олег Пеньковский: «Герой», который снял палец с ядерного курка
Полковник ГРУ с конспиративным именем «Герой» стал, возможно, самым ценным источником Запада на изломе 1960-х. Он передал в Лондон 5500 документов о советских ядерных силах, включая кубинские расклады и планы Хрущёва, что заметно повлияло на политику Кеннеди в разгар карибского кризиса.
В 1961 году Пеньковский попал под подозрение, в октябре 1962 года был арестован и, по версии приговора, расстрелян в 1963 году. Ходили и устрашающие слухи о казни в крематории, запись которой якобы показывали разведчикам. А есть и альтернативная гипотеза: Пеньковский мог играть в интересах СССР и затем тихо перебраться на Запад под чужим именем. История держит обе карты в рукаве — документальную и легендарную.
Ким Филби: идеолог, который предвосхитил своего разоблачителя
Человек-система в МИ-6, кавалер королевского ордена и одновременно советский агент десятилетиями. Лидер «кембриджской пятёрки» (о пятом участнике мир спорит до сих пор) за годы войны передал в Москву 914 ценных документов. В отличие от Эймса, Филби работал «за идею»: юношеские коммунистические убеждения не были мимолётной позой.
Первая жена, австрийская коммунистка Литци Фридман, посчитала его предателем идеалов и ушла. Позже Филби женился на сотруднице советского НИИ Руфине Пуховой. Когда сеть треснула, его тайно вывезли в Москву, где он жил в квартире у метро «Киевская» и там же был похоронен. В его биографии — редкая цельность мотивации: не деньги, а мировоззрение.
Больше о шпионаже можете узнать из следующих книг:
Похожие материалы: