Воротившись домой, благоразумно не стал распространяться о происшествиях и перестрелках. Супруга заметила большой почерневший кровоподтек на груди и с подозрением поинтересовалась:
– Это у тебя что такое? Засос? А ну, признавайся!
«Эх, женщины – на уме одни засосы! Знала бы ты, какой это был горячий “поцелуй” и чем таким нежным и ласковым я получил под самое сердце! Вероятно, больше не пустила бы меня за порог: порвала паспорта и держала дома на коротком поводке», – подумал я невесело. Затем как можно безмятежнее улыбнулся и нежно обнял супругу:
– У тебя мысли только об одном – все ба@бы мира вешаются мне на шею!
– Может, это какая арабская проститутка…
– Проститутки не целуются! – возразил я супруге и попытался поцеловать любимую.
Стелла вырвалась и сердито переспросила:
– А ты откуда знаешь? Значит, все ж таки пользовался продажной любовью?
– Нет, не пользовался, читал…
– Читал он – читатель… – фыркнула жена и легонько шлепнула ладошкой по макушке. – Писатель…
– Не бей по голове, а то гадить буду по углам!
– Ты разве кот?
Стелла дернула меня за вихор.
– Мяу!
И легким поцелуем ссора была погашена в зародыше:
– Ба@лбес…
Я было расслабился, а напрасно – жена чуть помолчала и вернула разговор к исходной теме – потрогала пальцем ушиб:
– Итак, вернемся к нашим баранам. Что же у тебя за синяк сияет на груди? Колоритный! Уже черно-коричневый…
– Уф-ф, ой-ой! Больно! Это я оступился и о трап слегка ударился. Главное, флакончик «Chanel» не разбил…
– «Шанель»? Будь аккуратнее! Ты нужен семье здоровым, живым и невредимым! – лучезарно улыбнулась жена и поспешила тестировать любимые духи. – Не то я живо прекращу твои туристические походы.
Яркин позвонил через две недели и поинтересовался:
– Как дела? Как настрой? После тех перестрелок ходить в моря не передумал? Желание не пропало?
– Ха! Перестрелки! В последний раз это был настоящий бой! Хорошо бы нам с Оленем доплатить. А так, в целом, настрой нормальный, боевой… – ответил я с легкой усмешкой, догадываясь, что звонок раздался не просто так.
– Больше чем по паре сотен не могу – я не Сорос! Сам в убытках. Значит, не передумал? Продолжаем работать?
Будь у меня в банке валютный счет с пятью-шестью нулями после цифр, и не обязательно в банке швейцарском, я бы, вероятнее всего, отказался от предложения, а так… когда спрятано лишь несколько сотенных бумажек в стеклянной банке…
– Не передумал…
– А Лосев?
– Этот и подавно всегда готов. Не успел до гаража деньги довести, как кредиторы уже стоят у порога, и он у меня уже денег занял под очередной поход…
– Как человек умудряется так быстро потратить? А почему он деньги носит в гараж?
– Потому!
И я поведал боссу трагикомическую историю напарника.
– Не поверишь – Олень в гараже живет! Простак Вольдемар подарил бывшей жене квартиру и дом, а себе лишь небольшой участок земли оставил, где возводит домишко с мансардой. Но строительство дома дело долгое, и он, как настоящий русский (чтобы было на чем в деревеньку ездить), купил себе новый «джип». А так как для дорогой машины необходим гараж, Лосев первым делом воздвиг двухэтажный гараж высотой с возводимый дом. Но на этом деньги кончились. Тогда Вольдемар решил пожить на втором этаже, а на первом поставил авто, однако на чердаке с одним обогревателем зимой зверски холодно. Но адвентистам Бог должен помогать, молитвы были услышаны небом, и ему подвернулся ему добрый «самарянин», который подарил свою вполне приличную мебель: шкафы, диван, стол, кресло, прихожую, ковер. Молитвы были услышаны! Этот бог – я! Олень заполнил холл «с неба упавшей» обстановкой, пристроил к гаражу камин, переместился с молодой супругой вниз, а машину выгнал во двор под навес. Вскоре «джип» продал – на те деньги крышу покрыл, окна вставил в доме, полы в доме постелил. Взял в кредит другую машину, поменьше. Но стройке той ни конца, ни края. Так и живут третий год в гараже. Поэтому наш друг Вольдемар согласен из морей месяцами не вылезать. Как юный пионер, всегда готов...
– Н-да… Разные бывают на свете чудаки…
– Ага! Итак, когда вылет?
– Контракт горит! Завтра! Маршрут прежний – Галле. Вас будет ждать местный секьюрити с оружием.
– Отлично!
– Тогда я сейчас билеты заказываю, а страховку сам купишь на две недели. Потом сочтемся…
Хроника пиратства
«…6 декабря – захвачен и разоружен отряд корсаров, а также освобождено рыболовецкое судно из Таиланда. В ходе масштабной морской антипиратской операции на юго-западном побережье Индии арестованы более 20 человек. Их задержали на борту тайского рыболовецкого судна.
27 декабря сомалийские пираты захватили танкер “Enrico Levoli” в точке 18.18N –57.36E, где-то в 20 милях от побережья Омана. Танкер с 15750 тоннами каустической соды на борту следовал из Фуджарах, ОАЭ на Юмурталик, Адана, Турция. Экипаж 18 человек: 6 граждан Италии, 7 Индии и 5 Украины. Судя по сообщениям в СМИ, ни военных, ни вооруженной охраны на борту не было.
С декабря 2008 года в руках пиратов в качестве заложников побывало 2317 моряков со средним сроком удержания около 5 месяцев. По меньшей мере 60 моряков погибли в плену…»
И в очередной раз до места десантирования мы долетели не без приключений: то ли Алекс забыл сообщить агенту о нашем прибытии, то ли сотрудник агентства проспал, но только нас никто не встретил. Постояли мы в условленном месте минут десять, покрутили головами и поняли – что-то пошло не так. Звякнул боссу, тот выругался и велел, если что, пройти общую регистрацию, брать такси и добираться самим. Проблем особых нет – безвизовый режим. Попытались. Вклинились в очередь туристов, но у стойки пограничного контроля не смогли ответить, где будем проводить отдых, почему не приобрели обратные билеты.
– Мы моряки! – нашелся я с ответом.
– Тогда ждите агента в холле, – отфутболил нас пограничник.
Пришлось почти час ждать, коротая время в разговорах с одесситом, вторым механиком, которого тоже не встретили.
– Долбаный «ГАК»! Вечно что-то прошляпят! – поругивал агентство морячок. – Ладно, я не тороплюсь – мой балкер прибудет завтра. А вот если бы я спешил – рвал бы и метал! А вы торопитесь?
– Торопимся…
Морячок покачал головой и выдал вторую очередь отборного мата.
Рассказали каждый несколько своих забавных историй, тут и мальчонка-агент примчался.
– Пробки!
Дежурная отмазка. Хотя для Коломбо пробки – характерная проблема. Но если хочешь быть в бизнесе, выезжай пораньше! Оформились, поехали в город. Из-за этого обильно потеющего и брюзжащего толстяка-механика нас повезли кругами по городу – размещать беднягу в отеле. Привезли в тот самый дорогой «Galadari», от которого злобный Джексон в прошлый раз наотрез отказался. Повезло механику!
Комфортно устроив одессита, агент наконец-то полностью переключился на нас: домчал до Галле, завез в хороший ресторанчик на берегу океана – накормил, и мы даже успели полчаса покупаться.
Забавно! Я уже год ходил этим маршрутом, а искупаться в океане и позагорать на пляже Шри-Ланки довелось впервые – все время бегом: то сразу на самолет, то пересадка в море.
Спокойный океан нежно омывал тела российских путешественников, а солнце ласкало лучами. Какой восторг! Песчаное побережье в обрамлении густой тропической растительности, над которой возвышаются тысячи пальм. Да это настоящий рай на земле! А нам за это еще и деньги платят.
Вода в курортном городке Унаватуна гораздо чище, чем в Индии, по крайней мере ничем не пахло и коровьи фекалии не плавали, да и сами коровы по берегу не бродили.
В порту россиян дожидалась целая делегация: шесть жующих жвачку хмурых темнокожих мужчин. Невольно возникло ощущение встречи на высоком дипломатическом уровне. Самый представительный господин в черном костюме, назвавшийся руководителем, протянул мне визитку с цветной фотографией и надписями на двух языках. Я прочитал английский текст, повторил вслух забавное имя ланкийца, улыбнулся, посмотрел на круглые буквы местного алфавита, и в ответ дал свою – тоже с фотографией, но черно-белой.
– Райтер! – пояснил я смысл надписи на русском языке.
– О! – восхитился мордатый темнокожий босс и протянул пухлую ладонь. Прочие ланкийцы тоже назвались, принялись здороваться. В завершение знакомства и рукопожатий вытолкнули вперед самого щуплого парнишку.
– Фернандо! – назвал охранника босс и отрекомендовал: – Очень хороший солдат! Боевой!
Мы критически посмотрели на бойца – еще один доходяга! Росточком примерно метр шестьдесят, живого веса – добро, если есть килограмм шестьдесят. Забавный экземпляр. А еще он слегка косил левым глазом, да по лицу блуждала придурковатая улыбка.
«Специально парня не кормили, чтобы отъелся на судовых харчах?» – усмехнулся я мысленно, но вслух, наоборот, похвалил охранника за стройность и занялся осмотром и приемом комплекта вооружения.
И снова за отдельную плату группе всучили каску и бронежилет – в нагрузку. Ну и, как положено, три новеньких АКМ и триста шестьдесят патронов к ним. «Вот это я понимаю – стволы! Не то что арабское ржавое старье»,– подумал я одобрительно и начал препираться с местным начальством против снаряжения, ведь, провожая команду из Питера, босс Алекс строго-настрого велел отказаться от защиты – лишние деньги за аренду выжимают проклятые азиаты.
Отбиться от «подарка» не удалось, ланкийский босс заявил, что, по условиям страховки, их боец должен иметь с собой бронезащиту.
Высадка на балкер задерживалась, попытались было теребить агента, ведь об отправке сообщено еще два часа назад.
– Проблемы! – коротко ответил тот и отмахнулся. – Сорри!
– У нас? – насторожились мы, забеспокоившись, что настигла недавняя история с перестрелкой или потянулся след от австрийца Хайнца.
– Нет, проблемы на судне, – пояснил агент отрывисто, выпучив большие круглые глаза.– Серьезные проблемы!
Извинившись еще раз, ланкиец улыбнулся и вновь склонился над монитором – углубился в переписку.
Солнце зашло за горизонт – вскоре стемнело. Однако даже отсутствие жгучих солнечных лучей не принесло нам облегчения. Не было ни малейшего дуновения ветерка, наоборот, после дневного тропического ливня сильно парило. Агент угостил бутылочками «пепси», включил кондиционер и предложил посмотреть по телевизору спортивную передачу – крикет. За просмотром матчей прошло два часа. Мы с Вольдемаром тупо таращились в экран, силясь понять, что к чему, кто побеждает и каковы правила игры. По мнению аборигенов, очень интересный вид спорта! Но вот раздался долгожданный телефонный звонок, агент встрепенулся, и команда секьюрити поспешила к машине, а далее все по отработанной схеме: на таможню, к пограничникам и на хорошо знакомый катер береговой охраны.
Проблемой оказался свежий покойник: во время перехода от Сингапура на судне умер моторист-мьянманец. На мостике стояла гнетущая тишина, попытался завязать разговор с присутствующими:
– Моторист упал и разбился? Угорел в машинном отделении?
– Просто умер! Старый для моториста – пятьдесят шесть лет! – нехотя ответил хмурый капитан с раздражением. Знакомство с ним было коротким – пара фраз, не до разговоров. – Понабирают в крюинге всякий мусор, а мне потом расхлебывать! Этот матрос страдал сердцем, давление регулярно шалило – высокое, каждую вахту горстями глотал пригоршнями таблетки. Мьянманцу стало плохо, ему велели пойти в каюту отдохнуть. Вроде ушел. Через несколько часов хватились – на обед не пришел, обыскали всюду, а он за машиной сидит и уже давно мертв. Видать, сил не хватило дойти даже до нижней палубы. Стармех обделался: что будет, что будет? Я говорю – посадят. Как организатора убийства. Он распсиховался, в каюте спрятался. Который час там сидит и водку со страха глушит.
Итак, мы попали на борт очередного гигантского украинского рудовоза тоннажем без малого двести тысяч тонн, шедшего через океан под флагом Либерии. Судно двигалось в балласте за грузом руды в порт Южный под управлением смешанного украинско-мьянманского экипажа: офицеры – хохлы, матросы – бирманцы.
Утром мы провели рекогносцировку: осмотрелись, договорились об организации обороны. Все, как обычно, стандартный набор: колючая проволока, макеты пулеметов, бойницы из металла. На выполнение всех моих выдумок мастер дал добро. Старпом предложил «экскурсию»: обошли палубу по периметру, прошли по всей надстройке, спустились в машину, залезли в румпельную, вновь поднялись на мостик.
И тут я увидел бассейн! Прямо под крылом парохода размещалась встроенная в палубу пустая емкость три на четыре метра и три в глубину, изготовленная в заводских условиях при постройке рудовоза. Как здорово! Давно не доводилось идти на судне с бассейном – лишь в самый первый рейс посчастливилось.
Перегнувшись через леер, хмурый мастер грубыми шутками и подначками подгонял двух практикантов, которые швабрами и щетками замывали этот самый бассейн. Заметив нас, поздоровался почему-то по-итальянски:
– Бонджорно, сеньоры! Купаться будете, доблестные охраннички?
– Конечно! Сегодня?
– Все зависит от того, как мои студенты-практиканты выполнят задачу по помывке бассейна,– усмехнулся Егор Викторович. – Эй! Что скажете, кадеты? Будем ли сегодня принимать водные процедуры?
Практиканты горячо заверили руководство в том, что приложат все силы, и заметно ускорились. Да, кстати, фамилия ворчливого мастера была Бруленко – это узнал, ознакомившись с судовой ролью.
Как позже выяснилось, капитан обладал своеобразным чувством юмора, схожим с шотландским, и на вахте с ним было забавно: байки, шутки, рассказы на протяжении всего времени несения вахты. Экипаж набрали месяц назад и посадили на судно в Китае, команда толком еще не перезнакомилась. В начале месяца экипаж должен был написать рапорта на аванс, моряки пришли с бумажками на подпись – просят завизировать. А он отмахивается, протестует и всем заявляет – это не ко мне. Дело в том, что его фамилия на английском в крюв-листе написана с латинской «В», вот они все и написали по-русски – капитану Вруленко.
– Да нет, к вам! – доказывал боцман, горячась.
– Не ко мне! Это вам надо к другому капитану.
– Да нет же к вам!
– Не ко мне! Ищите своего капитана. Я – Бруленко…
На тот момент правящий Украиной президент Янукович именовался у него Чивокуней, а все коррупционное правительство подвергалось беспрестанным насмешкам. А какие политические и неполитические анекдоты!
…Попросила бабка дедку испробовать виагры. Испробовал. Ожил. Всю ночь ожившим бабку радовал, а на утро размышляет: так ведь и Ленина можно было оживить!..
…У деда с памятью стало плохо. Вспоминает, как зовут бабку: чи Мария, чи Полина… Чиполина!..
…Приходит мужик к попу и просит отпеть перед похоронами на кладбище кота. Поп упирается – не положено так обращаться с животными.– Можно! Кот крещеный!..
…Доктор, вы мне прописали свечи от геморроя. Свечи жо@пе не помогли, но мениск прошел!..
…Монголия, чтобы заработать денег в бюджет, создала минморфлота и стала брать суда под флаг. Россия возмутилась – у вас же нет моря! – Ну и что? У вас же есть министерство дорожного строительства, ответила Монголия!..
А какие рассказал классные байки из жизни!
«Два моих штурмана потратились в порту на мулаток 500 баксов – погуляли. Классно провели время – не жалко! Утром один заходит в магазин, ему предлагают купить хорошие ботинки за 500 долларов. – Да вы что! Ни за что! Я еще в своем уме!»
«Пришли мы с женой в гости к нашим друзьям. Муж нашей подруги в море ушел, а я только из морей вернулся. Завели разговор о продажной любви: что, да как, да почем. В Сингапуре, говорю, по рассказам молодых штурманов, такса какая-то странная – 56 долларов. Тут как раз муж ее позвонил. – Чем занят был, дорогой? – В кино ходил. Так дорого! 56 баксов!»
Забавник и весельчак!
Но вдруг мой веселый Мастер загрустил и перестал шутить. Утром заступаю на вахту, спрашиваю, что за проблемы.
– Понимаешь, Костя, вторую ночь не сплю – в носу чирий вскочил. Маленький, а зудит! Башка от него гудит, сплю плохо, глаза слезятся. Нос разбарабанило – болит!
Бывает. Сам как-то страдал от такого дела.
– Егор Викторович, что же ты молчал? Нет проблем, у меня есть мазь… «Зовиракс».
Сбегал в каюту, принес. Мастер вечером тюбик возвращает обратно.
– Да ладно, мастер, мажь регулярно, тогда и пройдет. Я дома новый куплю.
Постепенно боль стихла, Бруленко наконец-то сумел заснуть и выспаться. Через сутки в полночь после вахты захожу в каюту и натыкаюсь на три бутылки пива «Циндао». Ого! Здорово!
Следующая вахта вновь пошла весело – с байками и прибаутками.
– Ты мне спас нос! И мозг! Признательность понравилась?
– Понравилась. Не многовато?
– Нормально! Будешь на пивном довольствии до самого Суэца. Я пиво не пью, а у меня в каюте его два ящика – не пропадать же добру!
Вахту, как было мной заведено, стоял с утра и после ужина с третьим помощником Серегой, веселым плотным и круглолицым хлопчиком тридцати трех лет от роду. Штурман из заочников, балагур под стать мастеру – находка, а не напарник! Тоже много рассказывал о морской жизни, мол, надоело быть поваром – отучился и стал штурманом. Капитана нахваливал:
– Хороший мастер: не орет, не рычит, попросишь – подскажет, поможет. Такой замечательный капитан прежде у меня был только раз – мастер Кавун, жаль, мало поработал я с ним – судно списали на иголки. А поначалу, как попал на контракт, подумал – влип! Ро@жа у мастера – бандит бандитом! Но оказался милейший и душевный человек. Подскажет в трудную минуту, не нервирует. И тоже был юморист. Как-то идем в густом тумане: справа судно, слева судно, спереди и сзади, а дальше второго трюма ни черта не видать. Не стал дергать капитана, сам разрулил ситуацию, разошелся со всеми. Приходит Кавун, я ему докладываю, так, мол, и так – справился. Он усмехается в ответ: а позвал бы меня – я, что, третий трюм бы увидал?..
Едва нос мастера перестал болеть, возобновились байки.
Появление на мосту он сопровождал громким приветствием «вахтовикам»: «Бонджорно, достопочтенный сеньор! И вам бонджорно тоже! И вам!», и начинались прибаутки, и россыпью летели оригинальные придуманные словечки.
Настроение у мастера было хорошим – заговорил о взаимовыручке.
– Вот болтают, что мы самые лучшие: добрые, отзывчивые, щедрые, а европейцы надменные, злые, жадные. Ничего подобного! Давно это было – в 1994 году. Продали мы в Тринидад и Табаго корабль, я вез через Европу огромную сумку документов в контору, а свои личные вещи доверил старпому, – молодой я был, дуралей. Надо сказать, что капитаном я стал довольно рано – в тридцать один год. Летели домой с несколькими пересадками, и в Цюрихе старпом Федор мою личную сумку забыл: я оформляю билеты, а он не поставил ее на ленту к общему багажу – до сих пор не знаю, специально или нет. Прилетаю – моего багажа нет, еще и чемодан пропал! И не передать, как я был расстроен. А чуть позже нас тем же маршрутом летел механик-литовец: паспорт в унитаз умудрился уронить – по пьянке. Феном сушил, восстанавливал – придавал ему приличествующий документу вид. Смотрит литовец – стоит в аэропорту в стороне от стойки одинокая и знакомая сумка. А не сумка ли капитана? Заглянул – точно: мои морские документы, часы золотые, золотой браслет. Позвонил в Москву, так мол и так, встретилась мне ваша сумка, если что, не переживайте: нашлась, подобрал, везу. А тут и чемодан мой отыскался! Еду забирать, нервничаю. Таможенник начинает осмотр, а я ему сразу дарю мачете. Отпускает и не обыскивает дальше. Зачем дарю мачете? Потому что копни он глубже, в том чемодане лежало самое интересное – 11 тысяч долларов! Огромная сумма по тем временам! А литовцу я был так благодарен, ведь документы восстанавливать не пришлось. Несколько раз на хорошую и денежную работу брал с собой…
Днем после вахты мы бултыхались в чистом бассейне – вода менялась ежедневно. Рядом стоял шезлонг, на котором можно было позагорать, а как начинало припекать – обратно в воду. Красота! В таких курортных условиях и в столь добросердечной и хорошей компании моряков рейс прошел легко и быстротечно.
В последний день перехода предложил капитану и штурманам сфотографироваться на память с командой секьюрити. Экипаж откликнулся с удовольствием. Мастер пришел в какой-то не особо презентабельной майке.
– А поприличнее нельзя прийти? У вас есть китель капитана? – сделал я попытку придать солидность прощальному фото.
– Нет.
– Почему?
– А у тебя есть пиджак писателя? – парировал мой вопрос мастер.
– Э-э… – замялся я в ответ.
– Вот и у меня нет кителя капитана…
Возвращение домой не обошлось без приключений, как и прилет на работу. Ну да я уже привык: либо в рейс, либо из рейса – что-то в дороге да произойдет. Алекс купил билеты на перелет из Каира домой авиакомпанией «Эйр Берлин» через Германию. Прилетали мы в аэропорт утром, а улетали из Берлина, по билетам, вечером. Мы с Оленем искренне пожалели, что у нас отсутствовала шенгенская виза – давно закончилась. А жаль! Можно было бы несколько часов погулять по объединенному Берлину, раньше во время службы я бывал только в Восточном.
Однако встреча на земле была не такой, как мы рассчитывали, – нас едва не отправили обратно в Египет. Первыми всполошились сотрудницы стойки оформления транзита. Женщины вызвали полицейских: прибежало четверо с пистолетами – по двое на каждого. Сотрудники проверили паспорта, посмотрели на билеты, потом на талоны прибытия.
Я догадался, что-то не так, и поэтому, как заведенный, настаивал, что это у нас такой транзит в Россию.
Полицейские же, наоборот, настаивали, что это не транзит и обоих россиян следует выдворить из страны. Но куда? В Египет? С какой радости, ведь у нас билеты одной и той же немецкой авиакомпании. Если одна компания – то это транзит! И обязаны пустить в аэропорт даже без визы. Собралась целая толпа служивого народа: полиция, пограничники, таможенники. Чиновники по очереди вертели в руках паспорта, билеты, гомонили на родном немецком языке. На все вопли я заявлял коротко:«Нихт ферштейн».
Привели переводчика, который пояснил, что по немецким законам транзит может быть четыре часа, но никак не десять.
– Но я не виноват! – оправдывался я убедительно, как мог. – Разбирайтесь с представителями авиакомпании – они билеты продали. Такие билеты купило мне руководство. Я возмущен! Почему авиакомпания билеты продала, раз время транзита превышено? Почему не спросили о визах? Позовите официального представителя!
Прибежали чиновница аэропорта и сотрудница авиакомпании «Эйр Берлин». Примерно полчаса немецкие «товарищи» препирались, а я, в свою очередь, нервничая, названивал боссу.
Алекс долго не отвечал, но потом отозвался громким матом:
– В чем дело? Я занят!
Пояснил суть возникшего инцидента.
– Немцы сами виноваты, раз такие билеты продали. Пошли они на…
– Они-то, возможно, и пойдут! А нам-то что делать, если полицейские пошлют нас по тому же адресу и посадят в каталажку? Не хочу!
– Упирайся, спорь! Если что, доплати за билеты на ближайший рейс!
– У нас нет денег!
Яркин вновь выругался:
– Почему вы без денег летаете? Нельзя с собой по полтысячи долларов взять на всякий случай?
– У меня и дома-то столько денег нет, а у Вольдемара и подавно – хронический должник кредиторам. Мы едем зарабатывать или свои тратить?
Алексу трудно понять нашу финансовую ситуацию, и спорить было бесполезно – сытый голодного не разумеет.
В конце концов немцы пришли к консенсусу. Полицейский махнул рукой, сказал «ком» и повел понурых россиян под конвоем. По каким-то задворкам аэропорта, переходами и коридорами, наконец привел к комнате досмотра. Прибежала пышная пышнозадая дамочка вякнула «гутен таг», а полицай велел сложить багаж на транспортер.
Дамочка долго таращилась в монитор компьютера, «просвечивая» вещи, «просветила» в кабине наши подозрительные тела, поставила отметку о досмотре, лицемерно приветливо помахала ручкой и ушла. Полицейский что-то буркнул, лениво помахал рукой, запер двери и тоже ушел.
Приехали! Мы очутились в просторном зале ожидания, в котором, кроме нас, не было ни души. Что это? Зал для депортации? Непохоже…
За стеклянными витражами – суета людского муравейника: прилетали-улетали транзитные пассажиры, в тесном зале отлета яблоку некуда упасть – столь многолюдно. А тут двадцать рядов сидений и ни души! Красота! Глазеем по сторонам в полной тишине и покое.
Вот за стеклом появилась исламисты – трое молодых загорелых бородачей. Парни демонстративно расстелили коврики посреди коридора и принялись энергично молиться. Мимо проходили такие же мусульмане их транзитного рейса, но ни один не бросался на пол и не отбивал поклоны на восток.
Показуха? Работа на публику? Мол, вот мы какие: явились к вам – белым, в вашу Европу, и будем свои нравы и обычаи продвигать и насаждать?
Почти десять часов просидели мы в этом реалити-шоу «За стеклом», изображая своеобразный «Дом-3». Транзитные пассажиры в переполненном зале с удивлением пялились на пустое просторное помещение с томящимися в нем двумя людьми. Олень вскоре объявил, что утомился давить тощим задом холодную металлическую скамью: постелил куртку на пол, улегся на нее, укрывшись песочного цвета маскхалатом. Неприхотлив… Молодчина!
В конце пятого часа томления прибежала сердобольная немка, пояснила, что руководство аэропорта велело накормить бутербродами.
– Бесплатно?
– Десять евро бутерброд…
– Данке шен! Передайте привет руководству!
– Спасибо, мы не голодны, – ухмыльнулся Вольдемар и демонстративно перевернулся на другой бок.
Время регистрации на наш рейс истекло, я уже начал нервничать, что про нас забудут, а ведь хотелось еще забежать в магазин «Duty Free». Но вот, когда до вылета оставалось минут двадцать, появился тот же полицейский – повел на выход.
– А шопинг?
– Никакого шопинга! Не положено, вы уже прошли регистрацию на рейс!
Облом! Ни духов жене, ни выпивки. Вот так с пустыми руками и прибыли среди ночи домой…
Хроника пиратства
«В 2011 году пираты заработали на выкупах 135 млн долларов, установив рекорд по этому показателю. В 2010 году выручка пиратов составила 80 млн долларов…»
Николай Прокудин. Редактировал BV.
======================================================
Желающие приобрести роман обращаться n-s.prokudin@yandex.ru =====================================================
Друзья! Если публикация понравилась, поставьте лайк, напишите комментарий, отправьте другу ссылку. Спасибо за внимание. Подписывайтесь на канал. С нами весело и интересно! ======================================================