- Странно, никто в нашей семье с деньгами толком не умеет обращаться, прям удивительно даже, - Семён сидел на лавке у дома рядом с отцом, высказывая своё возмущение по поводу того, что и у Ольги Николаевны не оказалось нужной суммы, - вот в кого я такой? Может в вас и есть?
- Тёща на своё здоровье много денег тратит, думаешь, почему она такая живучая? 86 лет бабке, а всё за жизнь держится, никак уйти не желает, - проворчал Захар Селиванович.
- Бать, ты хоть сейчас можешь с уважением к матери своей жены отнестись? – Семён укоризненно посмотрел на отца.
- А за что мне её уважать? Всю кровь она мне свернула, как женился я на Лиде, так она меня и возненавидела, одно слово – тёща.
- Может было за что? К матери ты вон как моей относился, не сказать, чтобы хорошо, а какому родителю это всё понравится?
Весь день Семён с отцом провели в суете, один пытался найти нужную сумму, отравляясь то к своей бабке, то по деревне, другой возился в сарае, что-то ремонтируя там.
Вечер в Зябликово был вполне обычным, похожим на все вечера до этого, только вот в сердцах трёх взрослых людей было не спокойно. Нина осталась у Ольги Николаевны, мужчины же решили ночевать в своём доме, но сон всё никак не шёл.
- Полю она мне простить не может, женщины такой народ, будут ревновать даже к той, кого нет уже давно. Вот тёща вместо матери твоей мне всё высказывала за эту историю. Лида то помалкивала при жизни, может и зря. Поговаривают, что из-за этого и болеют, потому что в себе всё держат, - Захар вздохнул, продолжая смотреть впереди себя, словно бы не обращая внимание на удивление сына.
- Что ещё за Поля? Очередная твоя любовница, что ли?
- Не очередная, первая самая, единственная, можно сказать, любимая женщина. Не бывает у мужика много женщин, бывает одна, после которой он, как угорелый носится по жизни и найти себя не может.
- Ты о чём это, бать?
- Мы с ней в школе учились. Жизнью Поля была с детства обижена, матери не было, отец сумасшедший. Он её не обижал, но всё же жить с ненормальным человеком не так-то и сладко. У нас вся семья, я погляжу, вечно вот таких несчастных женщин выискивает, может нам кого-то защищать нужно? Вон, твой Роберт и то выбрал себе в невесты ту, кого обижают. Интересно складывается жизнь.
- Бать, ты не отклоняйся от темы.
- Я её очень любил, жениться хотел сразу же, как из армии вернулся. Какая-то она была ласковая, нежная, тихая и скромная, не то, что бабка моя. Поля была такая, какой мать была в своё время.
- Не понял, - Семён пожал плечами, - а чего на моей матери тогда женился?
- Исчезла Поля за несколько дней до свадьбы, просто пропала и всё. Я искал, носился по лесу. У её отца была странная картинка в голове, ему казалось, что в лесу живёт чудовище, которое пожирает молодых девушек. Человек больной, я его побил даже в своё время, думал, что это он мою Полю в лес утащил. Не нашёл я её, женился на той девушке, которую мне бабка моя нашла. Старался к Лиде хорошо относиться, но любви к ней не было, в сердце всегда другая жила, мне она снилась ночами, я постоянно о ней думал, а спустя время, когда ты уже был, она вышла ко мне в лесу.
- Кто?
- Полина, - произнеся имя, Захар на время умолк, - всё же тронулась она умом, как и её отец. Может и хорошо, что не женился на ней, Лида мне всё же здорового сына родила, за это я ей благодарен, - Захар вздохнул, - оказалось, что всё время Поля в лесу жила. Там заворот направо есть, после озера, которое по дороге в Родниковое расположено, вот в том лесочке она и обитала. Землянку себе выкопала, представляешь? Я был в ужасе от тех условий, в которых она жила. У меня сердце сжималось, жалко было Полюшку. Я ей дом поставил небольшой, за месяц справился.
- Вот это ты даёшь, батя, - Семён недоумённо покачал головой, - а мать знала?
- Не было у нас никогда с твоей матерью такого, чтобы я ей что-то рассказывал. Бабка Ольга твоя как-то проследила за мной и видела нас в лесу с Полиной. Она тогда проклинала меня за то, что я её дочери якобы изменяю. Никаких измен не было, просто жалко мне было Полину. Буквально через несколько дней после того разговора с тёщей, Поля умерла. Я в дом явился к ней, как обычно, а она там лежит.
- Мда, а моя мать жертвой оказалась.
- Жертва? Лида могла не выходить за меня, зачем же она пошла? Это её воля была, даже больше, чем моя.
- Но она же тебя любила, - растерянно произнёс Семён.
- Слушай, ну чего ты опять мне душу рвёшь? Чело вы все мне чувство вины навязываете? У каждого свой в жизни выбор, свой путь, если сидеть и плакать, ничего путного не выйдет.
- Легко у тебя как-то всё, - Семён будто бы отказывался понимать отца.
- Слушай, Семён, а ты куда хотел Нинку с Робертом отвезти? – Захар устал от обсуждаемой темы и решил изменить направление беседы.
- В Родниковое, - Семён уложил локти на колени и сцепил пальцы в замок и слегка наклонился вперёд.
- К Аське своей, что ли? – Захар ухмыльнулся.
- К ней, - Семён пожал плечами.
- Ну ты дурак, вот у тебя голова работает, совсем не в ту сторону. Как же ты до этого додумался?
- Ну эти двое не могут знать про наши дела деревенские, вот и пришло в голову у Аси помощи попросить, там они не нашли бы их.
Оба умолкли, продолжая какое-то время всё ещё сидеть на скамейке у дома, размышляя каждый о своём. Ни ветерка, ни звука, ни какого-либо шуршания слышно не было, деревня словно бы замерла на какое-то время.
- Бать, а что делать-то будем? Денег не удалось достать.
- Пойдёшь один к этим двум, а мне придётся в кустах прятаться, я буду по обстоятельствам действовать. Придётся их брать.
- Этих бандитов? – у Семёна брови резко поднялись вверх.
- Какой ещё выход? – Захар пожал плечами и продолжил, - чемодан возьмёшь свой, ну тот, с которым в школу ходил, помнишь?
- Дипломат, что ли?
- Ну, я его в сарае сегодня нашёл, когда ружьё чистил. Сделаешь вид, словно бы там деньги лежат.
- У тебя ружьё есть?
- Есть, охотничье, мы же на хищника идём.
- Не опасно, дед? Может всё же в полицию обратимся?
- Ну, набегут эти с пистолетами, думаешь, сунуться твои бандиты к нам? Увезут парня и ищи потом ветра в поле, грохнут его и всё. Пусть думают лучше, что мы дураки деревенские.
- Думают? – Семён недоумённо покачал головой и добавил, - как будто это не так.
***
В другом доме в это же время тоже не спалось. Ольга Николаевна подливала ещё чаю в кружки, Нина сидела за столом, шмыгая носом. Обе женщины уже успокоились, перестав реветь и причитать, решив испить немного чаю перед сном.
- Тут в Зябликово был уже такой случай, я тогда смотрела на все эти разборки. Слушала сплетни и думала, что такое только в кино бывает. Даже представить себе не могла, что в нашу семью тоже придут денежные разборки.
- В Зябликово уже такое было? – голова у Нины была словно бы очень тяжёлой, поэтому на Ольгу Николаевну женщина не посмотрела.
- Было дело. У Сёмки первой любовью была Даша, черноволосая девчонка, на Советской улице и сейчас её мамка живёт. Дашка эта в молодости уже стервой слыла. Себя мнила красоткой, когда Семён пришёл к ней, чтобы на дискотеку пригласить, она рассмеялась, сообщив ему, чтобы он впредь в зеркало смотрелся, когда к путёвым девушкам подходит. Над моим внуком она ещё долго подшучивала, издевалась, можно сказать.
- Да, есть такие, которые себя звёздами считают, в нашем классе тоже была такая особа.
- Так вот, Дашка эта после школы в Москву уехала. Родители копили, чтобы её определить в университет.
- На платное, что ли поступила? Откуда же столько денег в Зябликово у людей?
- Нет, поступила она бесплатно, вроде бы, но надо же жить на что-то в Москве, квартиру снимать, питаться, ну и всякое там…
- Это да, жизнь там дорогая, - Нина закачала головой, - я бы туда не сунулась, мы тут-то не вывозим.
- Года два проходит, после Вера, мать Дарьи, таким деловитым тоном ходит по деревне и рассказывает, что дочь вышла замуж за какого-то бизнесмена. Мол крутой он человек, и жизнь у Дарьи сложилась лучшим образом. Вера любила своей дочерью хвастать, поэтому мы все были в курсе, что дочь то на Бали летала, то на какие-то ещё острова, которых никто не знает.
- Вот это жизнь, - завистливо вздохнула Нина.
- Подожди ты завидовать, - прервала её Ольга Николаевна, - объявляются в нашей деревне как-то бандиты, прямиком у дома Веркиного останавливаются. Начали они её запугивать, денег трясти, а у тех кроме кур ничего во дворе ценного нет, дочь в своё время из них всё, что можно вытянула. Оказалось, что муженёк Дашкин игрок, в азартные играл, просадил много денег, там сумма в миллионах исчислялась. Точно никто не знает, но слухи дошли, что около двадцати миллионов должен был супруг Дашин.
- И где она сейчас? В деревню вернулась?
- Не, тут и не показывалась, где-то прячется, где точно никто не знает. Вера теперь не хвастает дочерью, ничего не рассказывает, да и вообще после инсульта редко выходит из дома.
- Да, Сёмка вроде бы и не играет в азартные игры, а весь в долгах, - Нина тяжело вздохнула.
- Видимо деньги – это не наше, не семейное, нет у нас их. Хотя в начале века моя мать была богатой, их семью раскулачивали, а после сослали сюда вот, в Сибирь. Может у нас есть страх богатства? Может на уровне подсознания имеется установка, что иметь много денег опасно?
- Интересно вы придумали, - Нина улыбнулась.