Мамин юбилей я готовила месяца два. Шестьдесят пять лет всё-таки, событие серьёзное. Зал сняла в ресторане, гостей понаприглашала, меню выбирала. Мама сначала сопротивлялась - зачем, мол, такие траты, но я настояла. Пусть отметит как положено.
Народу собралось прилично. Родственники, соседи, коллеги по работе. Мама была в новом платье, которое я ей купила, довольная и счастливая. Сидела за главным столом, принимала поздравления.
Я крутилась как белка в колесе. То официантам что-то объясняла, то за музыкой следила, то подарки принимала. В общем, хлопотала. А мама сидела, улыбалась, с гостями общалась.
За соседним столом расположились её подруги по работе. Тётя Зина, тётя Валя, тётя Люся. Я их всех с детства знала, они часто к нам домой приходили. Особенно тётя Валя - мамина лучшая подруга была.
К середине вечера все уже расслабились. Шампанское лилось рекой, тосты произносили один за другим. Мама немного выпила, что с ней редко случалось. Обычно она спиртное не особо жаловала.
Я подошла к её столу с очередной порцией салата.
· Мам, как дела? Не устала?
· Да нет, нормально. Спасибо тебе, Светочка, за праздник.
Сели рядом, разговорились. Соседи за столом тоже в беседу включились. Начали вспоминать старые времена, как мама молодая была, как работала.
· А помните, Нина, как Светлана маленькая была? - сказала тётя Зина. - Такая смешная девочка. А вы тогда с роддома ещё не отошли после родов.
Мама резко замолчала. Лицо у неё странное стало.
· Зина, не надо, - тихо сказала тётя Валя.
· Да что такого? Обычные воспоминания.
А мама уже красная была, глаза блестят. Вино явно на неё подействовало.
· Хватит врать! - вдруг выкрикнула она. - Надоело уже!
Все за столом замолчали. Я тоже не поняла, что происходит.
· Мам, что ты говоришь?
· А то говорю! - Она встала, пошатнулась немного. - Хватит уже спектакль разыгрывать!
· Нина, успокойся, - попыталась её образумить тётя Валя.
· Не буду успокаиваться! Пусть правду знает! - Мама повернулась ко мне. - Ты не родная дочь мне! Настоящая твоя мать сидит за соседним столом!
У меня в ушах зазвенело. Что она сказала? Не родная дочь?
· Мама, ты что несёшь? Выпила лишнего?
· Ничего я не выпила! Говорю как есть! - Она показала рукой на тётю Валю. - Вот твоя настоящая мать! Валентина! А я тебя просто воспитывала!
За столом повисла мертвая тишина. Все смотрели то на маму, то на тётю Валю, то на меня. А я сидела как громом поражённая.
· Нина, зачем ты это? - прошептала тётя Валя.
· А зачем всю жизнь врать? Пусть знает правду!
Я встала на ватных ногах.
· Мам, объясни толком. Что ты говоришь?
· А то говорю, что Валя тебя родила, а мне отдала. Потому что замуж собиралась, а с ребёнком неудобно было.
Посмотрела я на тётю Валю. Она сидела бледная, руки трясутся.
· Это правда? - спросила я у неё.
Тётя Валя кивнула, не поднимая глаз.
· Правда.
Сердце так заколотилось, что дышать стало трудно. Значит, моя мама мне не мама? А тётя Валя, которая всю жизнь рядом была, - это моя настоящая мать?
· Почему вы мне никогда не говорили?
· Хотели сказать, когда вырастешь, - пробормотала тётя Валя. - Но время шло, а ты Нину мамой считала... Не решались.
· Не решались! - фыркнула мама. - Вы просто трусихи были! А я всю жизнь за вас расхлёбывала!
Гости начали потихоньку расходиться. Кто в туалет пошёл, кто покурить. Понимали - семейный разговор назревает.
Я села обратно, голова кружилась.
· Валентина Сергеевна, расскажите всё с самого начала.
Тётя Валя вздохнула.
· Мне было двадцать два года. Встречалась с одним парнем, думала - любовь. А он как узнал, что я беременна, сразу исчез. Родители мои были строгие, выгнали бы из дома. А у Нины как раз проблемы были - не могла детей иметь.
· И вы решили мне ребёнка отдать, - добавила мама. - Я согласилась. Документы оформили как надо, будто я родила.
· А потом что?
· А потом я через год замуж вышла за Григория Павловича. Помнишь его? Он тебя дядей Гришей называл.
Помню, конечно. Дядя Гриша часто к нам приходил с тётей Валей. Добрый был мужик, всегда конфеты мне приносил.
· Он знал правду?
· Знал. И не возражал, что мы рядом с тобой живём. Понимал - мать должна видеть своего ребёнка.
Всё в голове перемешалось. Получается, тётя Валя всю жизнь рядом была не просто так. Она за мной наблюдала, как за собственной дочерью. А я ничего не подозревала.
· Мам... то есть, Нина Васильевна... а вы почему согласились меня взять?
Мама села, лицо у неё подобрело немного.
· Света, я тебя любила как родную. Мы с папой твоим детей хотели, а не получалось. А тут такая возможность. Взяли тебя и ни разу не пожалели.
· Но сейчас говорите - не родная дочь.
· Ой, да это я с перепугу. Вино проклятое! Конечно, ты мне родная. Воспитала ведь тебя, выходила.
Слёзы навернулись на глаза. Столько лет прожили вместе, а я только сейчас узнаю правду.
· А почему именно сегодня решили рассказать?
· Не решала я! - воскликнула мама. - Зина вот начала про роддом болтать, а я и психанула. Надоело уже врать.
Тётя Зина виновато развела руками.
· Извини, Света. Не знала, что это секрет.
· Да какой секрет! - махнула рукой тётя Валя. - Уже взрослая девочка, всё понимает.
Мы втроём остались за столом. Остальные гости разошлись, почувствовав напряжённую обстановку. Официанты убирали посуду, но мы их не замечали.
· Валентина Сергеевна, скажите честно - вы сожалели, что отдали меня?
Она посмотрела на меня внимательно.
· Каждый день сожалела. Но понимала - так лучше. У Нины и Михаила была квартира, работа стабильная. А я молодая, неопытная. Не смогла бы тебя прокормить.
· А дядя Гриша? Он как к этому относился?
· Гриша добрый был. Говорил - раз не можем своих детей иметь, будем чужих любить. Он тебя тоже очень любил.
Да, помню. Дядя Гриша всегда особенно ко мне относился. Подарки дарил, на руках носил. А я думала - просто добрый человек.
· А почему у вас с дядей Гришей своих детей не было?
· Не получалось. Так и жили вдвоём. А тебя как племянницу считали.
Мама всё это время молчала, в скатерть смотрела.
· Нина Васильевна, вы на меня обижены?
· Да на кого обижаться? На судьбу разве что. Хотели ребёнка, взяли чужого. Любили как родного, а теперь думаешь - а что, если бы свой был?
· Мам, - сказала я, взяв её за руку. - Вы для меня всегда мамой останетесь. Что бы ни было.
Она всхлипнула.
· Правда?
· Конечно, правда. Вы меня растили, воспитывали, ночами не спали, когда болела. Это разве не мать?
Тётя Валя тоже прослезилась.
· Света, я не претендую на звание матери. Понимаю - Нина для тебя главная. Просто хотела, чтобы ты знала правду.
· А я рада, что узнала. Теперь понимаю, почему вы всегда так обо мне заботились.
Мы сидели, все в слезах. Официанты уже поторапливали - ресторан закрывался.
· Поехали домой, - предложила я. - Там спокойно поговорим.
Дома сели на кухне. Чай поставила, печенье достала. Мама немного отрезвела, стало легче разговаривать.
· Мам, а папа знал правду?
· Конечно, знал. Мы же вместе решение принимали.
· И что он говорил?
· Радовался, что дочка в доме появилась. Он тебя очень любил, Светочка.
Папа умер, когда мне пятнадцать было. Хороший был человек, добрый. Жаль, что не дожил до этого разговора.
· А документы как оформляли?
· По знакомству, - призналась тётя Валя. - У меня подружка в роддоме работала. Она помогла. Записали, что Нина родила.
· Это законно?
· Тогда проще было такие вещи делать. Сейчас, наверное, сложнее.
Разговор затянулся до утра. Рассказывали разные истории из моего детства. Оказывается, тётя Валя помнила каждую мелочь - когда первый зуб прорезался, когда ходить начала, первое слово какое сказала.
· А я думала, у вас просто хорошая память, - засмеялась я.
· Мать всё про своего ребёнка помнит, - сказала тётя Валя.
Под утро мама заснула на диване. А мы с тётей Валей ещё долго сидели, разговаривали.
· Валентина Сергеевна, можно вопрос личный?
· Конечно.
· Вы не жалеете, что тогда замуж вышли? Может, лучше было меня одной растить?
Она задумалась.
· Не знаю. Может, и лучше было бы. Но тогда казалось - так правильнее. У тебя семья полная была, дом, достаток. А я что могла дать? Комнату в коммуналке?
· А сейчас как относитесь к тому времени?
· Сейчас понимаю - главное не достаток, а любовь. Но тогда я была молодая, глупая. Боялась ответственности.
Утром проводила тётю Валю домой. Мама проснулась с похмелья, голова болела. Сидела на кухне, чай пила.
· Мам, как самочувствие?
· Отвратительно. И не только от вина.
· Жалеете, что правду сказали?
· Не знаю. С одной стороны, хорошо, что больше не надо врать. С другой - боюсь, что теперь всё изменится между нами.
· Ничего не изменится. Вы же понимаете?
· Понимаю-то понимаю, а сердце болит. Думаю - а вдруг ты теперь к Вале больше тянуться будешь?
Я обняла её.
· Мамочка, Валентина Сергеевна меня родила, это факт. Но мамой для меня всегда будете вы. Это тоже факт.
Она заплакала.
· Прости меня за вчерашнее. Не хотела при всех так выпаливать.
· Да ладно. Может, даже хорошо, что так получилось. Больше секретов не будет.
Прошло несколько дней. Я часто думала о том разговоре. Странно было осознавать, что вся моя жизнь оказалась не такой, как я думала.
Звонила тёте Вале каждый день. Она рассказывала разные подробности моего рождения, младенчества. Оказывается, имя мне она дала - Светлана. Говорила, что хотела, чтобы я была светлым человеком.
· А фамилию почему не поменяли?
· Решили оставить мою девичью. Петрова. Думали, так меньше вопросов будет.
Мама поначалу ревновала к нашим разговорам. Но потом привыкла. Даже сама иногда подключалась к беседам, дополняла рассказы тёти Вали.
· Помнишь, Валя, как Света в три года убежала во двор одна? Мы всем домом искали.
· Помню! Ты так переживала, думала - всё, потеряли ребёнка.
Такие моменты нас ещё больше сближали. Понимали - все эти годы мы были одной семьёй, просто не знали об этом.
Через месяц устроили семейный ужин. Я, мама и тётя Валя. Готовили вместе, накрывали на стол. Как будто всегда так жили.
· Девочки, - сказала я за десертом. - А давайте договоримся - никаких больше секретов между нами.
· Согласна, - кивнула мама.
· И я согласна, - поддержала тётя Валя.
· Тогда я хочу вам кое-что сказать.
Они насторожились.
· Я беременна.
Молчание. Потом мама вскочила.
· Правда?!
· Правда. Второй месяц.
Такой крик радости подняли, что соседи, наверное, подумали - пожар случился. Обнимались, плакали от счастья.
· Значит, я бабушкой стану! - ликовала мама.
· И я тоже бабушка! - не отставала тётя Валя.
Вот так и получилось у нас - две бабушки на одного внука. Или внучку. Ещё не знаем.
Иногда думаю - а что было бы, если бы мама не выпила тогда на юбилее? Узнала бы я когда-нибудь правду? Наверное, узнала бы. Правда всё равно всплывает рано или поздно.
Зато теперь я точно знаю - у меня есть две мамы. Одна родила, другая воспитала. И обе меня любят. А я люблю их обеих.
Самые популярные рассказы среди читателей: