В Чечне 1990-х ее знали чаще всего как Лолита. Нежная и хрупкая с виду, с совсем еще детским личиком юной девочки. Однако отличавшаяся невероятной жестокостью снайперша, чье настоящее имя звучало как Елена.
Происходила наша сегодняшняя антигероиня из Константиновки Донецкой области Украины. А в 1995-м году решилась найти себе новый способ заработка. Стреляя уже на войне - в настоящие живые мишени.
Как сама поясняла, жила вместе с родителями и маленьким братом. Училась на повара, занималась биатлоном. Денег остро не хватало. Вся спортивная система в одночасье рухнула. И тогда решилась поехать в Чечню. Добралась на поезде до Кабардино-Балкарии, оттуда - на автобусе рванула в Грозный.
- Я просто замуж хотела, на свадьбу да на приданное заработалась, признавалась приехавшая в Чечню 22-летняя снайперша. Интересно, что официально числившаяся в отряде Басаева медсестрой-санитаркой.
Вот так и стала Елена одной из многочисленных «белых колготок» - так прозвали снайперш, бывших биатлонисток, за их облегавшее тело белое спортивной трико. Жестоких, не знавших пощады.
- Любимой и самой ужасной фишкой Лолиты стала стрельба исключительно ниже пояса. Например, в коленные чашечки или же в особые мужские места. Таким страшным образом, «белая колготка» собирала вокруг истошно вопившего бойца пытавшихся помочь ему сослуживцев. И добивала уже всех вместе - контрольными выстрелами в голову. А затем бежала в объятия боевиков - снимать стресс себе и им.
За каждого солдата Елена получала по 200 долларов - за офицера от 500 до 800. В общем, особо не нуждалась ни в чем, доведя свой счет до 20 «фрагов».
- Принимала она участие в печально известном походе Радуева на Кизляр в январе 1996-го. В его архивах Салмана потом нашли датируемый 1997-м году интересный документ, в котором полевой командир просил префекта Октябрьского района Грозного «выдать двухкомнатную квартиру Елене П. как активной участнице событий в Кизляре и Первомайском».
В Чечне Лолита смогла не просто уцелеть и хорошо заработать. Но и стала возлюбленной местного полевого командира, личного друга Басаева Мусы Чараева.
- Я отлеживалась в равнинной станице Ищерской, пока Муса по горам бегал, - вспоминала снайперша. - Редко он меня навещал. Хотя я ислам приняла, чеченский выучила и нас мулла поженил никяхом. Родила Мусе сына. А его мать мне стала словно родной.
Однако в марте 1999-го Мусу отправили к Аллаху. Причем свои же во внутренних разборках - просто не поделили кусок нефтепровода, что контролировал Чараев.
А в следующем 2000-м году Елена окончательно поняла - более в Чечне ее услуги не нужны. Да и слишком опасно стало. Решила бежать, бросив даже сына. Но при попытке покинуть Россию в 2001-м году Лолиту задержали, пробив по базе данных, бдительные ростовские милиционеры.
- Я в Чечню шмотками торговать на рынок приезжала, - клялась подозрительная дамочка, - Насильно меня там боевики схватили, мучили. Так и попала в отряд. Ни в чем не виновата!
Однако нашлись многочисленные свидетели вовсе не коммерческих «подвигов» Лолиты, много раз видавших ее со снайперской винтовкой наперевес. Отмечали свидетели и что Лолита делала все, что прикажут боевики - обстирывала, готовила, ублажала... Так что Елене пришлось во всем признаться.
- За свои опасные похождения на Кавказе украинская снайперша получила максимально возможный для женщин срок по российским законам. И на свободу выйти ей уже никогда так и не довелось. Впрочем, дальнейшая судьба снайперши Лолиты так и осталась неизвестной. Хотя, уверен, все понимают.