Кабинет гудел, как растревоженный улей. Десяток женщин вполголоса обсуждали последние новости, стучали по клавиатурам и шуршали бумагами. Ульяна Матвеевна вошла тихо, почти на цыпочках, прижимая к груди сумочку. Она чувствовала себя чужой на этом празднике деловой жизни, маленькой лодкой в бушующем море.
— Вы к кому? — раздался резкий, как щелчок хлыста, голос.
За столом у окна, заставленным идеальными стопками папок, сидела женщина лет сорока пяти. Безупречная укладка, строгий серый костюм и взгляд, от которого хотелось съежиться.
— Я… я Ульяна Матвеевна. Мне сказали подойти в отдел снабжения. Я новый сотрудник, — пролепетала Ульяна, чувствуя, как краснеют щеки.
Женщина медленно оглядела ее с ног до головы, задержав взгляд на простом платье и туфлях без каблука. Усмехнулась одним уголком губ.
— А, новенькая. Регина Аркадьевна, начальник отдела. Вот ваше место, — она махнула рукой в сторону пустого стола в самом углу, у шкафа с документами. — Разбирайтесь. В компьютере есть папка «Инструкции для новичков». Вопросы задавать только по делу.
Ульяна кивнула и поспешила к своему столу. Села на стул, который скрипнул так жалобно, будто тоже был не рад ее появлению. Она включила компьютер, стараясь не смотреть по сторонам, но чувствовала на себе десятки любопытных и оценивающих взглядов. Через час, когда Ульяна, вникнув в инструкции, пыталась найти нужный документ в общей сетевой папке, Регина Аркадьевна подошла к ней сзади. Ульяна вздрогнула от неожиданности.
— Ну что, освоились? — в голосе начальницы не было ни капли дружелюбия, только ледяная насмешка.
— Да, я читаю… Пытаюсь понять структуру…
— Пытайтесь быстрее. У нас тут не богадельня. Работа должна гореть. — Регина Аркадьевна оперлась рукой о ее стол и, наклонившись, процедила почти шепотом, так, чтобы слышала только Ульяна: — И вот что я вам скажу, Ульяна Матвеевна. Я вас насквозь вижу. Тихоня, скромница. Такие, как вы, здесь не задерживаются. Сломаетесь через неделю. Так что не тратьте ни мое, ни свое время.
С этими словами она выпрямилась и, громко стуча каблуками, ушла к своему столу. Сердце у Ульяны ухнуло куда-то вниз. Хотелось встать и уйти прямо сейчас. Бежать без оглядки из этого ледяного царства. Но перед глазами встало лицо мамы, ее уставшие, больные глаза. Нет, она не может уйти. Эта работа, с ее приличной зарплатой, была единственной надеждой на хороших врачей и дорогие лекарства.
«Нужно держаться, — сказала она себе. — Просто делать свою работу и ни на что не обращать внимания».
Дни потекли один за другим, похожие, как братья-близнецы. Ульяна приходила раньше всех, уходила позже всех. Она с головой погрузилась в работу, стараясь быть безупречной. Она досконально изучила всех поставщиков, выучила наизусть все артикулы и разобралась в сложнейшей системе документооборота. Но как бы она ни старалась, Регина Аркадьевна всегда находила, к чему придраться.
— Ульяна Матвеевна, вы почему договор с «Транс-Карго» подшили в папку за июль? У вас с головой все в порядке? Сегодня август! — гремел ее голос на весь отдел.
— Простите, Регина Аркадьевна, я, видимо, перепутала… Сейчас исправлю.
— «Исправлю»! У вас на каждом документе должно быть по три «исправлю»! Может, мне вас в первый класс отправить, алфавит и календарь учить?
Коллектив молчал. Лишь одна женщина, Лариса, сидевшая за соседним столом, иногда украдкой подбадривающе кивала Ульяне. Однажды в обеденный перерыв, когда в кабинете почти никого не было, Лариса подошла к ней с чашкой чая.
— Ты не обращай на нее внимания, — тихо сказала она. — Она всегда такая. Особенно с новенькими. Ей нужно показать, кто в доме хозяин.
— Но я же стараюсь, — с горечью ответила Ульяна. — Я ни одной серьезной ошибки не сделала. Только мелкие помарки, которые у всех бывают.
— В том-то и дело. Она видит, что ты работаешь лучше ее любимицы, Кристины. Вот и бесится. Кристина эта — племянница ее подруги, она ее на свое место метит, когда сама на повышение пойдет. А тут ты появилась, тихая, но толковая. Ты ей все карты спутала. Так что будь осторожна. Они могут и подставить.
Слова Ларисы заставили Ульяну похолодеть. Подставить? Неужели люди способны на такое? Ей, выросшей в простой и честной семье, это казалось дикостью.
Вечером, придя домой, она позвонила маме.
— Как ты, мамочка? Лекарства приняла?
— Приняла, доченька, все хорошо. Ты как? Голос у тебя уставший. Тяжело на новой работе?
— Ничего, мам, справлюсь, — бодро ответила Ульяна, стараясь скрыть тревогу. — Работа интересная, просто много всего нового.
Она не могла рассказать маме правду, не хотела ее расстраивать. Она должна была справиться. Ради нее.
Через месяц назревал крупный тендер на поставку комплектующих. Весь отдел стоял на ушах. Регина Аркадьевна была напряжена, как струна, и срывалась на всех по малейшему поводу. Основной пакет документов для главного участника, компании «Титан-Строй», поручили готовить Ульяне.
— Смотрите, Матвеевна, — чеканила начальница, передавая ей толстую папку. — Здесь все исходные данные. Чтобы к пятнице все было готово, проверено и лежало у меня на столе. Одна ошибка — и можете писать заявление по собственному желанию. Понятно?
— Понятно, Регина Аркадьевна.
Три дня Ульяна не поднимала головы. Она сверяла каждую цифру, каждую запятую. Ночами ей снились накладные и спецификации. Кристина, сидевшая напротив, то и дело подходила к ее столу с участливым видом.
— Ульяша, может, помочь чем? Ты совсем зашиваешься. Давай я хоть копии сниму и прошью.
— Спасибо, Кристина, не нужно. Я сама, — вежливо отказывалась Ульяна. Интуиция, обостренная предупреждением Ларисы, подсказывала ей не доверять этой сладости. У нее выработалась привычка: все важные документы, над которыми она работала, она перед сдачей сканировала и сохраняла копию в личной папке на компьютере, защищенной паролем. Просто на всякий случай.
В четверг вечером, за час до конца рабочего дня, Ульяна положила готовую папку на стол Регине Аркадьевне.
— Вот, все готово. Я трижды проверила.
Начальница мельком глянула на документы и кивнула.
— Хорошо. Можете быть свободны.
Утром в пятницу в отделе царила гробовая тишина. Все сидели, вжав головы в плечи. Ульяна сразу почувствовала неладное. В десять утра ее вызвали в кабинет генерального директора, Демида Захаровича.
Когда она вошла, там уже сидела Регина Аркадьевна с каменным лицом и Кристина, которая демонстративно отводила глаза. Демид Захарович, солидный мужчина с седыми висками, смотрел на Ульяну тяжело и разочарованно.
— Ульяна Матвеевна, — начал он без предисловий. — Объясните, как это могло произойти.
Он подвинул к ней папку с документами для «Титан-Строя».
— Мы чуть не сорвали крупнейшую сделку года. Вчера вечером наши партнеры прислали уведомление, что в спецификации, которую мы им направили, указаны устаревшие артикулы комплектующих. По этим артикулам детали уже два года как сняты с производства. Это не просто ошибка, это — провал. Репутационный ущерб, возможные штрафы. Регина Аркадьевна говорит, что этот пакет готовили вы.
Ульяна открыла папку. Руки ее дрожали. Она пробежала глазами по листам спецификации. Это были не ее листы. Шрифт был тот же, но цифры… цифры были другие. Она подняла глаза на Регину Аркадьевну. Та смотрела на нее с холодным торжеством.
— Я… я не понимаю, — прошептала Ульяна. — Это не тот документ, который я готовила.
— Что значит не тот? — взвилась Регина Аркадьевна. — Вы мне его вчера лично на стол положили! Вы совсем из ума выжили? Сначала наделали ошибок, а теперь отказываетесь? Кристина, ты же видела, как она мне эту папку передавала?
— Видела, Регина Аркадьевна, — пискнула Кристина. — Она еще сказала: «Я все проверила».
Голова у Ульяны пошла кругом. Ловушка захлопнулась. Ее слова против их слов. Исход был предрешен. Она глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь. Вспомнила лицо мамы. И внезапно страх отступил, сменившись холодным, ясным спокойствием.
— Демид Захарович, — ее голос прозвучал на удивление твердо. — Я действительно готовила этот пакет документов. И я действительно сказала, что все проверила. Потому что это была правда. А тот документ, который лежит перед вами, я вижу впервые.
— Доказательства? — устало спросил генеральный директор.
— Да. У меня есть доказательства. Можно мне воспользоваться вашим компьютером на пару минут?
Демид Захарович удивленно приподнял бровь, но кивнул. Ульяна подошла к его столу, вошла в общую сеть под своим логином, затем открыла свою личную, запароленную папку. Нашла нужный файл.
— Вот, — сказала она, поворачивая монитор. — Это скан-копия той спецификации, которую я подготовила и проверила вчера. Я сделала ее ровно в шесть часов вечера, перед тем, как отдать папку Регине Аркадьевне. Здесь указаны корректные, действующие артикулы. Время создания файла зафиксировано системой.
Она открыла свойства файла. Дата и время создания: Четверг, 18:02.
Демид Захарович внимательно посмотрел на экран, потом взял лист из папки. Сравнил. Его лицо помрачнело.
— Регина Аркадьевна, — его голос стал стальным. — А когда вы отправили документы партнерам?
— В… вечером. Около восьми, — замялась та. — Я хотела как можно скорее…
— Покажите мне исходящее письмо.
Регина Аркадьевна, побледнев, открыла свою почту на ноутбуке. Нашла письмо. Время отправки: 19:47. В приложении был тот самый, поддельный файл.
— Интересно получается, — задумчиво протянул Демид Захарович, глядя на начальницу отдела. — Ваша сотрудница в шесть вечера готовит правильный документ. А два часа спустя вы отправляете партнерам совершенно другой, с грубейшими ошибками. Причем, чтобы его создать, нужно было специально найти устаревшие данные и внести их. Это требует времени и умысла. Вы не находите это странным?
Регина Аркадьевна молчала, ее лицо стало землистого цвета. Кристина съежилась в кресле, готовая расплакаться.
— Я думаю, разговор окончен, — подвел итог генеральный директор. Он встал. — Ульяна Матвеевна, вы можете вернуться на свое рабочее место. А вы, Регина Аркадьевна, и вы, Кристина, напишите заявления по собственному желанию. Оба. И чтобы через час вас в этом здании не было. Не хочу доводить дело до службы безопасности и статьи за должностной подлог.
Когда Ульяна вернулась в отдел, там стояла мертвая тишина. Все смотрели на нее с немым изумлением. Через полчаса мимо ее стола, не поднимая глаз, прошли Регина Аркадьевна и Кристина с коробками личных вещей в руках. Дверь за ними закрылась.
В конце дня Демид Захарович снова позвал Ульяну к себе.
— Я приношу вам свои извинения, Ульяна Матвеевна, — сказал он. — За то, что вам пришлось через это пройти. И я хочу поблагодарить вас за вашу дотошность и честность. Эта ваша привычка делать копии спасла репутацию компании. Я впечатлен. С завтрашнего дня вы назначаетесь исполняющей обязанности начальника отдела снабжения. Справитесь?
Ульяна смотрела на него, и впервые за долгое время на ее лице появилась улыбка. Настоящая, светлая.
— Справлюсь, Демид Захарович. Я обязательно справлюсь.
Возвращаясь вечером домой, она не чувствовала усталости. Она чувствовала, как внутри нее расправляются крылья. Она вспомнила слова Регины Аркадьевны: «Такие, как ты, здесь не задерживаются». И подумала: «А ведь она была права. Такая, какой я была в первый день — запуганная и тихая — действительно бы здесь не задержалась. Но теперь я другая».