– Не переживай, – шепнул он.
– Прекрати, Дим, – ледяным тоном произнес мастер Лев. – Вы в курсе, что было время, когда учеников, выказавших неуважение к своим мастерам, наказывали розгами?
– Лев! – предостерегающе воскликнула мастер Сабрина, заметив ужас на лицах своих учеников. – Я не думаю, что…
– К сожалению, с тех пор прошли столетия, – продолжил мастер Лев. – Но уверяю тебя, Дима, если ты не перестанешь шептаться за моей спиной, ты очень пожалеешь, что вообще попал в школу. – Его тонкие губы растянулись в улыбке. – А теперь я попрошу тебя подойти ко мне и продемонстрировать, как ты призовешь воду, работая с огнем. Галя, не поможешь ему с противовесом?
Галя первая вышла вперед; Дима с опущенными плечами заковылял следом. Целых двадцать минут он простоял под градом безжалостных комментариев со стороны Льва, но так и не смог выжать из руки ни язычка пламени, хотя Галя не теряла надежды и продолжала подсовывать ему чашу с водой, так что в итоге даже пролила ему немного на кроссовки.
– Ну же, Дима! – шептала она до тех пор, пока уже мастер Лев не выдержал и не приказал ей замолчать.
Случившееся заставило Пашу по-новому взглянуть на мастера Руфуса и по достоинству оценить его манеру преподавания, и это чувство не ослабло, даже когда он читал им лекцию об обязанностях мага, большая часть которых была и так очевидна. К примеру, что нужно хранить магию в секрете, не заниматься магией ради собственной выгоды или с плохими намерениями и делиться полученным в ходе обучения знаниями со всем магическим сообществом. Вероятно, из этого последнего пункта и вырастало обязательство всех магов, достигших звания мастера, брать себе учеников – поэтому в школе регулярно менялся преподавательский состав, за исключением тех мастеров, кто избрал это делом своей жизни.
Это обязательство также многое объяснило в поведении мастера Льва.
Пашу куда больше заинтересовала лекция мастера Рона, посвященная элементалям. Оказалось, что разумные создания стихий встречались не часто. Некоторые из них сохраняли однажды обретенную форму столетиями, другие же, подпитываясь магией, могли становиться больше и опаснее. А были и такие, кто в прошлом поглотил волшебников. При этих словах Паша вспомнил о Витьке, и его передернуло. Кого же он выпустил на свободу? Что за создание спало над его кроватью и питалось его шнурками?
Постепенно Паша узнавал все новые подробности Третьей войны магов, но это никак не помогало ему понять, почему отец хотел, чтобы Пашу лишили магии.
Чем сильнее они привыкали к школе, тем чаще стала смеяться Тамара, правда, всегда с одним и тем же виноватым выражением на лице, в то время как Миша, наоборот, заметно посерьезнел. Паша стал куда увереннее ориентироваться в бесконечных коридорах и уже не боялся заблудиться по дороге в библиотеку, в классы и даже в Галерею. Да и ужин из грибов и лишайника, по вкусу напоминавшего то отменно приготовленного жареного цыпленка, то спагетти или китайскую лапшу, тоже стал чем-то в порядке вещей.
Между ним и Ромой продолжала сохраняться дистанция, зато Сара вела себя дружелюбно, словно ничего необычного той памятной ночью в библиотеке не произошло.
Паша начал страшиться окончания учебного года, после чего отец будет ждать его возвращения домой навсегда. Впервые в жизни у него появились настоящие друзья – друзья, которые не считали его уродом или растяпой из-за его ноги. И у него была магия. Ему не хотелось от всего этого отказываться, пусть даже он и поклялся в обратном.
Находясь под землей, было сложно заметить смену времен года. Иногда мастер Руфус и другие мастера брали их с собой на поверхность для практических занятий. Паше было даже приятно и весело наблюдать за чужим прогрессом. Так однажды Руфус показал им, как, смешав магии стихий, заставить растения расти, и росток Кая начал развиваться с такой угрожающей скоростью, что на следующий день мастеру Рону пришлось срубить его топором. Сара умела призывать живущих под землей животных (к огорчению Паши, голых грызунов среди них не оказалось), а Тамара благодаря магнетизму земли легко находила дорогу там, где все остальные окончательно терялись.
Внешний мир подернулся огненными красками осени, и в пещерах тоже похолодало. Для подогрева воздуха в коридорах поставили большие металлические чаши с раскаленными камнями, а в Галерее, куда они ходили смотреть фильмы, теперь не стихало жаркое пламя.
Холод не беспокоил Пашу. Он чувствовал, что стал сильнее и успел вытянуться минимум на дюйм. Несмотря на больную ногу, ему стали куда легче даваться дальние пешие прогулки, за что, видимо, стоило поблагодарить мастера Руфуса, обожающего бродить с ними по пещерам и взбираться по скалам на свежем воздухе.
Иногда по ночам Паша доставал из тумбочки браслет и перечитывал оба письма отца. Он многое бы отдал за возможность рассказать ему обо всем, что с ним происходит, но об этом можно было лишь мечтать.
Стояла уже глубокая зима, когда мастер Руфус объявил, что пришло время им самим исследовать пещеры. Он успел научить их, как с помощью магии земли заставить камни светиться, тем самым отмечая себе путь в дальних туннелях.
– Вы хотите, чтобы мы потерялись? – прямо спросил Паша.
– Что-то вроде того, – ответил Руфус. – В идеале вы последуете моим указаниям, найдете нужную пещеру и вернетесь, нигде не заблудившись. Но все будет зависеть только от вас.
Тамара хлопнула в ладоши и озорно улыбнулась:
– Предвкушаю что-то интересное.
– Это задание для троих, – уточнил мастер Руфус специально для нее. – Так что даже не думай вернуться одна, оставив их одних бродить в темноте.
Ее улыбка слегка померкла.
– Ясно.
– А может, поспорим? – предложил Паша, подумав о Витьке. С умением ящера срезать дорогу он мог обогнать ее в таланте ориентироваться на местности. – На то, кто придет первым?
– Вы меня слышали? – спросил мастер Руфус. – Я же сказал, это задание…
– …для троих, – закончил за него Миша. – Я прослежу, чтобы эти двое никуда не делись.
– Надеюсь, – вздохнул мастер Руфус. – Итак, вот ваше задание. В глубинах второго уровня пещер есть одно место под названием Бабочкино озеро. Оно питается талыми весенними водами с поверхности. Вода в нем насыщена минералами, что делает ее прекрасным источником для ковки оружия, к примеру такого, как твой кинжал. – Он указал на кинжал, и Паша, смутившись, коснулся рукояти. – Этот клинок был выкован здесь, в школе, из воды Бабочкиного озера. Я хочу, чтобы вы нашли эту пещеру, взяли из озера воды и принесли ее мне.
– А вы дадите нам ведро? – спросил Паша.
– Полагаю, ты и сам знаешь ответ на свой вопрос, Паша. – Откуда-то из складок своей формы Руфус достал свернутый лист пергамента и отдал его Мише: – Вот ваша карта. Следуйте ей, чтобы добраться до Бабочкиного озера, но не забывайте отмечать камнями свой путь. Не факт, что карта поможет вам вернуться.
Мастер Руфус опустился на большой валун, который тут же начал менять форму и преобразовываться, пока не стал похож на мягкое кресло.
– Несите воду по очереди. Если вы ее уроните, вам придется вернуться к озеру еще раз.
Трое учеников переглянулись.
– Когда нам начинать? – спросил Миша.
Мастер Руфус достал из кармана книгу в жестком переплете и погрузился в чтение:
– Немедленно.
Миша развернул на плоском камне пергамент и, нахмурившись, изучил карту. Затем посмотрел на мастера Руфуса.
– Ладно, – быстро сказал он. – Нам вниз и на восток.
Паша подошел ближе и заглянул Мише через плечо:
– Через библиотеку будет быстрее.
Тамара с усмешкой перевернула карту:
– Теперь север действительно указывает на север. Так будет проще.
– Нам все равно нужно в библиотеку, – настаивал Паша. – Проще от этого не стало.
Миша закатил глаза и, сворачивая карту, поднялся:
– Идемте уже, пока вы не вытащили компасы и не начали вымерять расстояние нитками.
Первая часть пути пролегала по хорошо знакомым пещерам. Они зашли в библиотеку и спустились по спиральной дорожке, напоминавшей гигантскую раковину. На дне начинался следующий уровень пещер.
Воздух здесь был тяжелее и холоднее, и в нем висел густой соленый запах. Паша тут же заметил разницу. Коридор, по которому они шли, был узкий и с низким потолком, и Мише, самому высокому в их троице, едва хватало места, чтобы идти не нагибаясь.
Наконец проход вывел их в пещеру, где было немного просторнее. Тамара коснулась стены, подсветив кристалл и торчащие из земли корни, жутковатыми запутанными лианами спускавшиеся почти до самой поверхности ядовито-оранжевой реки. От нее, наполняя воздух запахом гари, поднимался серый дым. На обоих берегах росли огромные грибы в ярко-зеленую, бирюзовую и фиолетовую полоску.
– Интересно, что будет, если их съесть? – спросил Паша, пока они пробирались сквозь заросли.
– Я бы не рисковал, – отозвался Миша и вскинул руку. На прошлой неделе он сам научился разжигать шар светящегося голубого пламени, и все еще был невероятно доволен собой. Теперь вокруг него то и дело вспыхивали огненные сферы, даже когда не было недостатка в освещении. В одной руке он оставил гореть пламя, а в другой держал карту.
– Нам сюда, – он указал на проход слева от них. – Через Пещеру корней.
– У пещер есть имена? – удивилась Тамара, осторожно переступая через грибы.
– Нет, это я ее так назвал. Так будет проще ее запомнить, верно?
Тамара наморщила лоб, задумавшись:
– Наверное.
– Уж лучше, чем Бабочкино озеро, – заметил Паша. – Сами подумайте, что это за название для озера, из которого делают оружие? Назвали бы его тогда «Убийственное озеро». Или «Колющий пруд». Или «Смертельная лужа».
– Ага, – сухо отреагировала Тамара, – а мы тогда будем звать тебя «мастер Очевидность».
Следующая пещера была полна толстых и белых, как клыки гигантской змеи, сталактитов, расположенных так близко друг к другу, будто они и правда были челюстью какого-то давно похороненного чудовища. Миновав строй их пугающе острых кончиков, Паша, Миша и Тамара вышли на небольшое свободное пространство округлой формы. Стены здесь были словно выедены термитами-переростками. Паша мысленно напрягся, и в дальней части пещеры вспыхнул кристалл, который должен был помочь им сориентироваться на обратном пути.
– Это место есть на карте? – спросил он.
Миша сощурился:
– Есть. На самом деле мы почти у цели. Еще одна пещера на юг… – Он скрылся в темном проходе, но секундой позже появился вновь, лучась самодовольством. – Нашел!
Тамара и Паша последовали за ним. На мгновение они застыли. Даже после всех удивительных и красивейших пещер, какие ему уже приходилось видеть, включая библиотеку и Галерею, Паша тотчас понял, что перед ним открылось нечто по-настоящему прекрасное. Из пролома высоко в стене падал узкий водопад, питающий широкое озеро с голубой, будто подсвеченной с глубины водой. Стены покрывал ярко-зеленый лишайник, и из-за этого контраста зеленого и голубого Паше почудилось, будто он оказался внутри огромного куска мрамора. В воздухе разливался аромат какой-то незнакомой, но волнующей чувства пряности.
– Ого, – нарушил затянувшееся на несколько минут молчание Миша. – Только я не понял: почему оно зовется Бабочкиным озером?
Тамара подошла к краю воды:
– Наверное, потому, что вода в нем того же цвета, что и крылья той голубой бабочки – как она называется?
– Монарх, – ответил Паша. Его отцу всегда нравились бабочки. Над его столом на стене их была целая коллекция, насаженных на булавку в коробке под стеклом.
Тамара вытянула вперед руку. Поверхность озера пошла рябью, и в воздух поднялся водяной шар. По нему без остановки пробегали волны, но все же он сохранял форму.
– Есть, – слегка запыхавшись, объявила Тамара.
– Отлично, – отозвался Миша. – Как долго ты сможешь его держать?
– Не знаю. – Она откинула за спину толстую темную косу и заправила за уши короткие пряди, чтобы ей ничего не мешало. – Я скажу, когда моя концентрация начнет слабеть.
Миша кивнул и развернул карту напротив влажной стены:
– Теперь нам остается лишь пойти…
И в этот миг пергамент в его руках вспыхнул.
Миша вскрикнул и поспешно убрал пальцы от чернеющей прямо на глазах и брызжущей искрами бумаги. Остатки карты янтарным дождем упали на каменный пол. Тамара ахнула, потеряв концентрацию. Водяной шар, который она удерживала в воздухе, окатил ее и разлился лужицей у их ног.
Все трое изумленно переглянулись. Паша расправил плечи.
– Что ж, теперь понятно, что имел в виду мастер Руфус, – сказал он. – Мы должны вернуться, следуя подсвеченным камням или другим пометкам, которые сделали по пути сюда. А карта работала только в одну сторону.
– Справимся, – кивнула Тамара. – Хотя я подсветила камни только в одном месте, но вы же больше, да?
– Я тоже подсветил в одном. – Паша с надеждой посмотрел на Мишу. Тот на взгляд не ответил.
Тамара нахмурилась:
– Ой, да ладно! Как-нибудь разберемся. Кто-нибудь, займитесь водой.
Пожав плечами, Паша подошел к озеру и сконцентрировался на создании водяного шара. Он заставил воздух вокруг себя устремиться к поверхности воды, чувствуя, как внутри его волнуются стихии. Пусть у него получилось не так гладко, как у Тамары, но все же он справился. Из его шара, когда он поднял его в воздух, пролилось совсем чуть-чуть.
Миша, нахмурившись, указал в сторону:
– Мы пришли оттуда. Кажется…