Заманчивое предложение
Искал я работу. Не карьеру, не призвание – чтоб деньжат подзаработать, пока основное не подвернулось. И нашел на Авито бриллиант, сиявший обещанием легких денег:
"СРОЧНО! Прессовщик макулатуры. 1800₽/день. Оплата ЕЖЕДНЕВНО. Без опыта, научим. Промзона."
Звонок. Голос на том конце – хрипловатый, с нотками усталого всемогущества: "Я Олег. Работа – проще пареной репы: кидай бумажки в станок, кнопку жми, тюк выкатывай. График: два через два, по 12 часов. Одежда своя, еда – твоя забота. Перерывы: 15 минут каждый час, обед – священный час с 13 до 14. План – 12 тюков. Выполнил – получил бабки. Приезжай, покажу."
Явился я на царство Олега.
Промбаза – это пыльное чистилище между свалкой и сном разума. Горы желтеющей бумаги, ржавые горы металлолома, вездесущая серая пыль, въедающаяся в легкие.
И четыре железных монстра, похожих на спящих голодных динозавров с разинутыми металлическими пастями – прессы. За тремя из них, в полумраке и облаках целлюлозной пыли, молча и с феноменальной, почти механической скоростью, копошились тщедушные фигуры в одинаковых застиранных куртках. "Корейцы," – буркнул Олег, указывая подбородком. – "Нелегалы, но шустрые черти. Слово – только "план" понимают. И то – на уровне рефлекса.
"Мой "рабочий дракон" стоял чуть в стороне, видимо, "новичковая" площадка.
Олег, человек в тельняшке, натянутой на крепкое брюхо, и с глазами уставшего циника, провел краткий инструктаж:
- Ритуал кормления: Закинуть охапку макулатуры в зев пресса.
- Магия кнопок: Жмякнуть "ПРЕСС". Ждать, пока монстр с урчанием сожмёт бумагу в аккуратный кирпич. жмякнуть "ОТКРЫТЬ".
- Извлечение плода: Выкатить тюк на платформу.
- Логистика раба: Загрузить тюк на шаткую тележку. Отвезти к старому прицепу от "Беларуси".
- Апофеоз усилий: С помощью гидроподъемника, скрипевшего, как кости старика, поднять тюк и с грохотом скатить его в кузов. "Легкотня!" – хрипло заключил Олег, сделав один цикл с театральной легкостью.
- Оазисы: Вагончик- бытовка с микроволновкой, помнящей Ельцина. Туалет – классический "сортир" под открытым небом, пахнущий историей и безнадёгой. "Там всё интуитивно понятно," – философски заметил Олег.
- Священный График: "45 минут – пашем, 15 – отдыхаем, курим, по нуждам ходим. Обед – с 13:00 до 14:00. Неукоснительно. План – 12 тюков. Не выполнишь – пеняй на себя." Последнее прозвучало как-то смазано, но магия 1800 рублей за день затмила бдительность. "Договорились!" – бодро рявкнул я, глядя на корейцев, чьи тюки уже аккуратной стеной росли у прицепа.
День Икс. Погружение в Матрицу Олега.
Начал с энтузиазмом новобранца. Бумага летела в пасть железяки, работа кипела. Ровно через 45 минут, закончив первый тюк, я с чувством выполненного долга потянулся к сигаретам у вагончика. Зажигалка щёлкнула – и тут же, словно демон, материализовался Олег. Лицо – как у разгневанного святого.
Олег: (Голос сирены "Внимание всем!") "Ты чё это расселся?! План выполнил?!"
Я: (Опешив, сигарета замерла у губ) "Первый тюк только, Олег! По графику же – перекур!"
Олег: (Ткнул пальцем в грудь, как штыком) "Сначала ПЛАН, потом куришь! Двенадцать! Надо работать, а не курить!" И исчез в облаке пыли.
Сигарета полетела в лужу.
Прессую второй тюк. Тело настойчиво требовало сортир. Пошел. Вышел... а Олег, как страж ада, уже поджидал у покосившейся двери.
Олег: (Подозрительно щурясь)
"А чего так долго? Заснул там?"
Я: (Сквозь зубы) "Отливал! Что ещё
в сортире делают?!"
Олег: (Не моргнув) "А план? Где план? Два тюка – не план!"
Я: (Взрыв мозга) "Мне обоссаться из-за плана что ли?! Или как?!" Развернулся, пнул ржавую бочку и поплёлся к своему динозавру.
(Мысли, после пинка по бочке):
"Он реально ждет, что я буду писять по секундомеру? Или с план-графиком в голове: 'Мочеиспускание – 45 секунд, дефекация – 3 минуты ровно, иначе – штрафные тюки'?! Да я ща... Нет. Спокойно. Дыши. 1800 рублей. 1800 рублей..."
Дальше начался ад. Перерывы? Обед? Мираж. Олег возникал каждые 10-15 минут, как злой джинн из макулатуры: "Шестой? Медленно! План горит! Смотри на корейцев – они уже по 14 делают!"
Со стороны их станков доносился лишь ритмичный грохот прессов, шарканье ног и тишина – ни слова, ни кашля, ни вздоха. Они работали как запрограммированные биороботы, их "план" был выжжен на подкорке страхом или отчаянием.
Я же, как загнанная лошадь, задыхался в пыли, обливаясь потом. К обеду я представлял собой ходячий памятник бессмысленному труду.
13:00. Я дополз до бытовки. Разогрел свою скромную снедь. Сел. Первый кусок коснулся губ... БАМ! Дверь распахнута.
Олег: (Торжествующе, как триумфатор) "А план выполнил, что есть сел?! Обед – после плана! Корейцы жрут после 15-го тюка!"
Я: (Глаза налились кровью, вилка – оружие возмездия) "А если я язву словлю, Олег, ты мне апельсины в больницу притащишь?"
Олег: (Задрожал мелкой дрожью, лицо побагровело) "Ах так?! Ну, с тобой всё ясно!" Выскочил. Через минуту со стороны моего станка раздался яростный скрежет и мат. Олег сам встал за пресс! Давил бумагу с остервенением, будто это были его личные враги. Через полчаса, весь в пыли и праведном гневе, подошёл ко мне.
Олег: (С презрением, вытирая пот с шеи) "Ну у тебя и нервы... Начальник работает, а ты... жрёшь. Совесть есть?" Тут же сел в свою видавшую виды "Тойоту" и укатил.
Видимо, план по начальничьему героизму был перевыполнен.
Оставшиеся часы я работал с демонстративной пунктуальностью мятежника: ровно 45 минут – вжжж - хлоп -скрип -грохот (станок), ровно 15 минут – стою и курю, глядя в сторону, откуда обычно появлялся Олег. Из принципа.
Смена кончилась. Я, как зомби, побрел за кровными 1800₽.
Олег: (Сидел в бытовке, потягивал чай из кружки "Лучшему работнику". Смотрел свысока) "А деньги-то? План не выполнил. Всего 10 тюков. Смотри, корейцы по 18 сделали! Значит, и расчету нет. Ты же нарушил договорные обязательства."
Я: (Термоядерный заряд злости рванул внутри) "Ты гонишь?! Я горбатился как раб! И ты мне с утра
про такое условие не говорил.
Давай за 10 тюков мне деньги, пусть не 1800, а 1500, а то приду завтра с пацанами – и всё твое бумажное королевство к едрене-фене пустим по ветру! Искрой!"
Олег: (Спокойно, с ледяной усмешкой) "Приходи. Не страшно."
На этом и остановились.
Стрелка в стиле 90-х
На следующий день я пришел. С двумя друзьями, чьи лица кричали "серьезный разговор". Открыли дверь бытовки... А там Олег. И за столом, в идеально отутюженной форме, с чаем и "Юбилейным"печеньем, сидел... майор полиции. Усы – как два клинка, взгляд – ледник. За окном ритмично грохотали все четыре пресса. Корейцы, как ни в чем не бывало, продолжали свой безмолвный конвейер.
Олег: (Ткнул в мою сторону пальцем, жирным от печенья. Голос – мед сладчайший) "Вот он, Ваше благородие! Это он мне вчера угрожал базу спалить! А я тут людей трудоустраиваю, макулатуру спасаю, экологию берегу! Свидетели готовы!" (Взгляд скользнул в окно на корейцев).
Майор: (Неспешно встал. Поправил ремень. Подошёл ко мне. Взвешивающе оглядел меня и моих внезапно съежившихся друзей. Бросил равнодушный взгляд на работающих корейцев, как на часть пейзажа.) "Угрозы поджога, говоришь? Читал, милок, Уголовный кодекс? Прямо щас могу взять тебя за грязный воротник и посадить в кутузку. На раздумья." Пауза. Давление в бытовке достигло уровня шахты "Мир". "Но... пожалею. Однако..." (Он наклонился. Его усы, пахнущие дешевым одеколоном и властью, коснулись моего уха. Шепот был страшнее крика) "...если с Олегом, его базой, его кошкой или хоть одним гвоздем на этом месте случится хоть что-то – хоть спичка рядом чиркнет... сажать буду тебя.
И твоих дружков тут. Понял меня?
А теперь – дуйте отсюда. Быстро и тихо. И чтоб я вас тут больше не видел. Никогда."
Мы дули. Без денег. Без достоинства. С комом бессильной ярости в горле и ощущением полного, унизительного фиаско.
За спиной мерно урчали четыре пресса – неутомимые, как сама несправедливость. Корейцы, корейцы...
Эпилог (или "Протокол о намерениях"):
На следующий день на Авито снова висело объявление: "СРОЧНО! Прессовщик макулатуры. 1800₽/день. Оплата ЕЖЕДНЕВНО. Без опыта, научим. План 12 тюков. Промзона."
А я сидел дома, разглядывая единственный "трофей" с базы Олега – бумажку, сунутую мне майором в карман "на подумать". Это была ксерокопия моего же заявления о приеме на работу, где моя подпись красовалась под нечитаемыми мелкими пунктами. Внизу чужой рукой было дописано: "План не выполнен. Претензий не имею. Сумма выплаты: 0 руб. 00 коп." И стояла жирная синяя печать какого-то неведомого ООО "Ресурс-Рециклинг".
План по прессовке макулатуры не выполнен. План по прессовке лохов – перевыполнен.