Через два дня после праздника в окошко кто то забарабанил. Настя выглянула. Почтальонка размахивала сложенным пополам листом бумаги и махала Насте рукой, чтоб та вышла.
- Ты чего стучишь то с дури, девчонку разбудишь, - начала было Настя. Но потом поняла, что в руках женщины телеграмма. Конечно же от матери. Кто еще им может телеграмму прислать. Она быстро выхватила бланк, на которой рукой тети Зои был написан текст. “Выезжаем Ждите мама”.
Настя даже ругнулась про себя. До чего же мама экономная. Пожалела денег несколько слов лишних написать. Непонятно совсем, когда они выезжают То ли выехали уже, а может быть только завтра поедут.
Почтальонка поглядела на лицо Насти. Что то не рада что ли она, что мать приедет. Вон какая смурная стоит. Так прямо и спросила ее.
- Ты что сердитая то какая. Мать приезжает в гости, а она даже не улыбнется.
- Да рада я, рада. Только вот когда ждать то ее, ничего не написала. Вот и думай теперь. Пожалела десять копеек.
- А чего думать то, Приедет. Днем раньше, днем позже. Чай ей и самой охота поскорее. Таньку то твою и не видела еще.
Настя повернулась, побрела в дом. Дома она внимательно рассмотрела все отметки, которые Зоя поставила. Телеграмму Валентина отправила вчера вечером. Вчера же она пришла на почту в городе. А сюда в деревню, ясное дело, ее только сегодня передали, когда Зоя на работу пришла.
Вечером они уже втроем кумекали, когда ждать надо. Решили, что может завтра вечером и приедут. Сегодня утром выехали. В тот раз мать два дня добиралась. И в этот раз так же, наверное будет.
За ужином Марья высказала, что пожалуй завтра не пойдет на работу. Надо будет чего то постряпать. А днем она будет копать грядки. Лук да морковь пора уж сажать. А то гости приедут, не будешь ведь их заставлять. Затянется дело то.
- Ой, мама. Виктору то некогда тут разгащивать будет. Отпуск то всего две недели. Вот у мамы он сколько уж пробыл, да дорога туда и обратно чего стоит.
Они сидели ужинали в тесноте маленькой кухоньки. В горнице телевизор разговаривал сам с собой. В эти дни редко соседи приходили на телевизор. Уставали видно. Не до него. Да и хозяевам не до него сейчас было. Обсуждали, как лучше встретить гостей. Разговаривая, они даже не услышали, как возле дома остановилась машина.
Шаги на крылечке заставили всех троих вздрогнуть от неожиданности.
- Несет кого то не вовремя, - пробурчала Марья. - Не до глядельщиков сегодня.
В дверь постучали. Этот стук был не привычен и показался громким. Не принято в деревне стучаться было. Настя подскочила и бросилась к двери. Смутная догадка пронеслась в ее голове. А дверь уже распахнулась и на пороге Настя увидела улыбающуюся мать.
За ней стояли еще два человека. Один был совсем молодой парень, а другой постарше. “Виктор”, промелькнуло в Настиной голове. Он был одет в серый костюм, который слегка помялся во время дороги. И глаза, умные, все понимающие глаза поразили Настю. Казалось, что они глядели вглубь и читали там все ее мысли.
- Мама! - почти шепотом произнесла Настя. - Вы откуда? Мы вас еще и не ждали сегодня.
Гости рассмеялись.
- Ну что, Валентина, разворачивайся давай. Не ждут нас тут сегодня.
Наконец то и свекровь с Мишкой поняли, что это не глядельщики пришли, а гости, которых они ждали только завтра.
- Вот так значит вы гостей встречаете. - шутливо обиделась Валентина. Потом рассмеялась. - Вот знакомьтесь. Это мой брат Виктор.
В избе началась радостная суматоха. Все обнимались, знакомились. Только домочадцы не могли понять, что за парень стоит в сторонке. Виктор понял их замешательство.
- Это водитель. Зовут его Леонид. Благодаря ему мы приехали сегодня, а не завтра, как вы ожидали. Под окошком машина стоит. На ней и домчались быстрее.
Потом Виктор повернулся к шоферу.
- Леня, сходи, принеси чемоданы из машины пожалуйста.
Парень с готовностью развернулся и вышел из избы. Если честно, он еще никак не мог свыкнуться с мыслью, что начальство районное доверило ему возить такого важного человека из Москвы. Поэтому он больше молчал. Только когда Виктор что то спрашивал, отвечал коротко, как в армии.
Мишка пошел вслед за водителем, может что то помочь нужно. И любопытно было посмотреть ему, на какой машине приехали гости.
Возле дома стояла черная Победа и поблескивала хромированными деталями. Мишка не удержался, подошел поближе, погладил ее блестящий капот.
- Слушай, Леня. А вы прямо из Москвы на ней приехали? - полюбопытствовал Мишка.
- Нет. Это нашего первого машина.
Он назвал район, в котором жила Мишкина теща. Потом рассказал, что начальство поручило ему возить важную шишку из Москвы. Сказали, что головой за него отвечает. Вот он и возит. Сперва у себя, а сегодня с утра сюда поехали.
- А он, Виктор Петрович, как тебе приходится?
Мишка не очень то разбирался во всех этих родственных связях. Объяснил по простому, что женат на дочке сестры этого самого Виктора Петровича. Кровная то родня ему будет его жена, Настя. Получается, что Виктор ей дядька.
Он подхватил чемодан, Леня сумку и отправились в дом. А там уже шел бойкий разговор. Виктор сидел рядом с племянницей, обнимал ее. Вспоминал, какая она была маленькая, Как водился с ней и носил ее на руках. А Валентина никак не могла наглядеться на свою внучку, так и сидела возле зыбки и ждала, когда же та наконец проснется, откроет свои глазки и она сможет взять ее на руки.
Марья опомнилась. Гости то голодные с дороги. Кормить надо. А кормить то и нечем особо. Похлебка осталась, да каши пшенной немного в горшке. Но чем богаты, тем и рады. Настя пришла на помощь. Зашептала, чтоб Виктор не услышал.
- Мама, они ведь в городе то каждый из своей посудины едят. Я сейчас тарелки из чулана принесу. Вот и пригодились. А то все без дела лежали.
Марья только охнула. И что это за мода такая. Это ж сколько посуды надо, а потом все перемыть, да прибрать куда то. На тарелошнике то места не хватит. Но вслух ничего не сказала. Стояла и ждала, когда Настя тарелки с улицы принесет.
Марья ставила еду на стол в горнице, а сама все уговаривалась, чтоб не обессудели гости. Угощение у них сегодня бедное. Не ждали совсем гостей. Только завтра.
Валентина успокаивала сваху.
- Не переживай, свахонька. Конечно, мы сегодня как снег на голову свалились. Что есть, то и ставь на стол. Свои чай, люди. Леню вон тоже к столу приглашай.
Наконец гости уселись за стол, Мишка начал ставить самовар. А Марья радовалась, что хоть к чаю то у них все есть. Перед маем товар в магазин привезли, Они с Настей по очереди бегали, давали то все в одни руки только. И конфеток купили, и пряников, еще печенье “шахматное” в пачках было, и чай со слоном. Так что не стыдно сейчас, есть что к чаю поставить. Молоко топленое прямо в крынке поставила. Не знала, как его культурнее подать на стол. Решила, что свои люди, не осудят, если что и не так сделает.
-Да ты не суетись, Марья,- уговаривала Валентина. Виктор больше молчал. Чувствовалось, что и он тоже еще стесняется.
Чай пить стали все вместе. Разговорились. Пол литра, поставленная за встречу, сделала свое дело. Разговор пошел живее и Марья уже не стеснялась Виктора, по свойски похлапывала его по плечу, когда вставала, чтоб налить чай.
Послу ужина, затянувшегося довольно долго, Виктор раскрыл свой чемодан и начал доставать подарки. Больше всех конечно, он одарил Настю с Танюшкой. Не забыл и Марью с Мишкой. Потом выложил пакеты и пакетики с городскими гостинцами, несколько городских батонов, баранки, посыпанные маком.
- Вот, гостинцев вам привез, не знаю, угодил ли. - как то смущенно произнес Виктор. Он ведь и вправду не знал, что привезти в деревню из города в подарок. Как не крути, далек он был от деревенской жизни. Да и некогда ему было расхаживать по магазинам в поисках подарков. Но по заблестевшим глазам женщин понял, что подарки понравились.
Проснулась и заплакала Танюшка. Валентина подскочила к ней вместе с Настей. Наконец то она смогла полюбоваться на внучку. Пока Настя кормила, мать сидела с ней рядом и тихонько рассказывала, как они с Виктором встретились. Вроде как он только недавно уехал, только теперь повзрослел сильно. А так, никакой обиды у нее на Витьку не осталось. Он даже плакал, когда просил прощения. Особенно горевал, что не проводил мать в последний путь. Ругал себя за свою трусость.
- А я ведь ему ничего про Лазаревых так и не сказала. Вот думаю, может совсем ничего не говорить. Пусть живет, как жил.
Но Настя закачала головой. Нет уж, пусть и он все знает. Сколько можно тайну такую в себе носить. Завтра же и расскажут. Только вот Леонида надо будет куда то сплавить. При нем все же не стоит это говорить. Кто знает, что за человек. Может его шпионить за Виктором подослали. На вид то парень как парень. А что там в голове у него никто не знает.