Приехал как-то «покупатель» с командировки...
С молодняком.
«Покупателями» (или «купцами») в армии называют тех командированных по всей стране офицеров, что в призывную пору собирают по военкоматам «очередной призыв». То есть, в день Х разъезжаются по городам и весям мужики, с предписаниями: там забрать два десятка, оттуда сорок голов, отсюда – полсотни.
Едут ребята не наобум Лазаря, мобилизация штука точная. Документы кого и куда приписали, где сколько потенциальных танкистов-погранцов-десантов по штабам уже давно имеются. Остаётся только уточнить на месте, проверить качество отбора и забрать «своих».
Чему те рады далеко не всегда.
Дальше – отработанная техника: водку отобрать, по шее надавать, запугивание, моральное доминирование, в общем, все такие вот штучки, которые мы так любим. И, как следствие, перегнать «купленное» стадо из точки А в то стойло, где им предстоит двухлетний выпас, преимущественно на свежем воздухе.
Мужики, ну без обид! Ну так же всё.
Так вот вернулся один такой «покупатель» откуда-то из Сибири, и ржёт в голос.
– Гля, какого воина я приволок!
А воин, смотрел хоть и насупившись, но весьма оптимистично и эдак неунывающе.
А внешним видом был – точняк Стёпочкин. Тощий, маленький, малюсенький даже, уши торчком, глазищи на полголовы, любопытные, и… и – дерзкие!
(Кто не читал про Стёпочкина и не смотрел мультик про него же, то и первое, и второе можно сделать здесь:
– Ну привёз и привёз. А чего, покрепче никого во всей Сибири не нашлось? А он … по росту-то как прокатил? Я уж про вес и спрашивать не буду, у него недовес: двадцать кило только на глаз, чтобы весы не травмировать.
– Дак в том и номер! Это не я его выбрал, а он меня. Прикинь!
– Уже прикольно. Ну тогда давай детали.
– Короче, я у военкома личные дела получил, с запасом на отбор-отсев, усушку-утруску. Сами знаете, чтоб список совпал с реальной командой – ну не бывает. По документам орлы, а по факту глянешь: жалобней цыплят не встречал ещё. Дела я пролистал, кого сразу отложил, кого ещё из военкома вытряс, строят мне «моих» на осмотр и отбор. Ну слово за слово, сержанты их там подавили, глазами повращали, кто осел на задние, тех ещё отшелушили, вот вроде бы и всё...
– Ну и?
– Всё, да не всё. Когда я отобранных вывел, и уже на выход собрался, из строя выскакивает вот это чЮдо, и начинает исполнять номера...
(Дальше я буду вести повествование от первого лица, потому что неудобно два диалога, и в части, и в военкомате вести. Ну и еще потому что... есть к тому причины.
Короче: буду вести от первого лица нипочему. Всё! Своя рука – владыка!)
Выскакивает этот «Стёпочкин» и давай жечь:
– Товарищ капитан! Возьмите меня с собой!
В целом, такие постоянно попадаются, ничего необычного. Немного удивительно, чего их сюда несёт? Фильмов, видимо, пересмотрели, вот и сквозит романтика из ... откуда не следует.
Я даже слов тратить не стал, и в строй небрежным жестом направил. Да не тут-то было!
– Возьмите, товарищ капитан! – ну и стандартный набор: как он мечтал, как он хочет, и всё такое.
– Боец! Встать в строй! Жди СВОЮ команду.
– Товарищ капитан!!!
– БА-ЕЦ! В СТРОЙ!!!
– ТАЩ КАПИТАН!!!
И смотрит, гад, ну с таким остервенением, как будто я уйду, а его тут же к стенке, и – в распыл. И я-то у него самая распоследняя надежда. Чувствую, не угомонится, пойду – вцепится в ногу, и ещё очень повезёт, если не зубами.
Вот так примерно. Только я был не в туфлях и юбке, а наоборот: в штанах и берцах. Но таких картинок нигде не нашлось. А этот, судя по ро... [лицу] остервенелой именно так бы и вцепился: двумя руками и зубами, для контроля.
– Товарищ призывник! Я свою команду отобрал, у меня все личные дела по счёту, и на своё усмотрение я брать больше или меньше – не могу. Ферштейн?
Однако, чувствую: «Нихт ферштейн!» Более того: «Nein! Кайне найн! Efinitiv нихт! Absolut nicht!»
Нихт, найн и ещё раз нет!
– Вы уедете – я сбегу!
– Да беги куда хочешь, мне-то что? Это – не мой военкомат, вон у военкома пусть голова болит.
– Сбегу, и на вокзале вас выловлю.
– И что? Драться со мной будешь? – я с любопытством посмотрел на вылавливателя меня на вокзалах страны.
А, нужно признаться, неистовый призывник выглядел весьма потешно Ну маленький был до смешного. В армию не берут тех, кто ниже метр пятьдесят. Вроде бы, я не медик. Ну так вот этот – был примерно такой. А может и меньше.
Как уж он медкомиссию-то прошёл?..
Хотя… если таким же нахрапом… То военврача такой схарчил бы, и не поперхнулся.
Поэтому фраза «на вокзале выловлю» звучала смешно, хотя и была сказана с явной угрозой.
И твёрдой уверенностью.
Военком с любопытством созерцал происходящее. Отобранная команда тоже улыбалась, и сдержанно хихикала.
– Нет! Драться не буду, конечно. Только полсотни человек будут на любом вокзале видны – с вами поеду. Зайцем! Бегом за поездом побегу!
– Первый же патруль тебя схомутает, и полетишь в дисбат белым лебедем, за рупь за двадцать, бегун. Думаешь, ты первый здесь такие номера выкаблучивашь? Ошибаешься.
– А я присягу ещё не давал! Поэтому дисбат мне не положен. Максимум – штраф. Ну и с чего патрулям на меня, гражданского да мелкого такого, внимание обращать? Гоните вы, товарищ капитан!
Ну а выглядел наглец соответственно росту. Ну хр... [не очень] ему восемнадцать лет дашь: пацан пацаном.
Хм... Смышлёный. Неплохое качество, не так распространено, к сожалению.
– Умный?
– Так точно!
– И – грамотный?
– Рад стараться!
– И наглый ещё до предела. А чего это ты мне дерзишь? Я ж ведь не патруль, сейчас выпишу тебе для ума. Мне ничего не будет за это, а тебе в армии наука пригодится: с командиром нужно вежливо – целее будешь.
– Простите, товарищ капитан! Это я с перепуга брякнул! Только всё равно сбегу! И – хоть поездом, хоть бегом, хоть ползком за вами в часть явлюсь. И делайте, что хотите! Так чего время терять?
А вот тут – интересно. Когда человек «с перепуга» не жмётся, не лезет под лавку и не ищет пятый угол, а наоборот: дерзит и лезет в атаку на заведомо… Даже на офицера! То это…
Это очень полезное качество.
Особенно для тех частей, откуда и прибыл «покупатель»
– Понимаешь, Николаич, – излагал «покупатель» уже в части, – Заинтриговал он меня. Плюс стоит, в рожу мне смотрит, а в глазах – огонь какой-то неукротимый. Аж не по себе чутка, словно фанатик или сумасшедший какой попался. И – засомневался я. Физики в нём ни на грош нет, сам видишь. А вот настроя и желания – больше, чем у всей остальной команды. А в наших делах физика хоть и нужна, но далеко не самое главное.
Вернёмся в диалог на плацу сибирского военкомата:
– Зачем тебе?
– Хочу!
– Ну, положим, не в десант ты хочешь, а берет голубой, чтоб девочки с восторгом и второго августа делать устало-героическую внешность с аксельбантом наперевес. Только за это столько платят, что никакие девочки с аксельбантами этого не стоят.
– Нет! Никак нет, то есть. Я себя проверить хочу. По-настоящему!
– Ну так тем более. У меня не полигон для подрастающего поколения. Армия существует не для того, чтобы ты себя испытывал. В ней служить нужно
– Я и хочу служить. Только я хочу по-настоящему служить.
– Все хотят. Пусть не все, положим, но очень многие. Не все – могут.
– Я – смогу!
– Ну-ну. Знаешь поговорку десантную? Попал в ВДВ? Гордись! Не попал? Радуйся!!!
– Я не хочу радоваться. Я хочу – гордиться!
Пацан исполнял безукоризненно! И вызывал всё больше симпатий, и порождал всё больше сомнений.
– Жалеть же будешь!
– Не буду!
– Будешь-будешь. Все жалеют. Без исключений.
– Значит, я буду первым!
!!! Ну так играть нагло на таких мизерных шансах! На каких «мизерных» – шансов было ровным счётом НОЛЬ. Круглый такой, и даже без палочки. И если в армию «вообще» брали начиная с полутора метров, коими и обладал наглец и фанатик, то для ВДВ ограничения всё же пожёстче: от 175 сэмэ росту и 75 кэгэ весу. Иначе: начмед голову обглодает за такое «пополнение». Да и комбриг по головке не погладит.
А может… чёрт не выдаст - свинья не съест? Уж больно колоритный персонаж, ну жалко такого упускать.
Бл###, ну как он будет? Под броником, ЭрДэшкой и полной снарягой? Там не такие ломаются. А если связистам его отдать? Или эРМэО-шникам?
РМО – рота материального обеспечения. Там – попроще.
– Бл###! Ну как ты будешь? Ты хоть знаешь, ЧТО тебя ждёт? Сплошной #@#дец-кошмар-итихийужас. Ты каждый день будешь проклинать этот наш разговор, поверь.
– Не буду. Вас буду проклинать, если не возьмёте СРАЗУ!
Капец он жёг! Напалмом по площадям. Пацан почувствовал сомнение капитана. Понял, что это шанс: его уже куда-то «примеряют» в неведомой ему структуре. И вцепился в это «шанс» намертво. Как бультерьер – не оторвать.
– Как буду? «Стойко переносить» и «мужественно преодолевать». Буду лучшим бойцом! – готовился, что ли, где? Может, там студия какая, артистов готовит и речи ставит? Да нет, экспромтом всё шло.
– Бл#. Бл##!! Бл###!!! Ну глянь на себя? Ну… ну ограничения у нас. И по росту ограничения, и по весу. Даже если бы и захотел я – нельзя. Маленький ты слишком!
– Да! ДА! Маленький! – чувствуется: на больное наступил. Наверное, и на самое больное. Даже стыдно стало чуть-чуть, но куда против фактов? А у этого на глаза хоть и навернулось что-то, но тут же и назад вывернулось, потому что горели они каким-то неукротимым огнём:
– Маленький. МАЛЕНЬКИЙ! Я – маленький, но… – он чуть запнулся, и: заорал на весь военкомат и его окрестности:
– Маленький!!! НО – ЗЛ@#БУЧИЙ!!!
Аут! Туше! Победа! Военкомат полёг от такого представления. Ржал военком, ржали призывники, и «мои», и те счастливцы, что попадали в другие места нашей многострадальной армии. Да чего там: я тоже ржал! Все ржали.
Кроме Воробья.
Такое прозвище дали пацану. Потом. Уже в бригаде.
До выхода «Девятой роты» было ещё лет десять, не меньше. Так что, кто у кого сплагиатил – ещё сильно посмотреть.
Воробей не ржал. Он один на плацу был предельно серьёзен.
Победил, пацан. Беру!
– Всё, военком. Семь бед – один ответ. Тащи его личное дело, забираю «монстра», пока он вас тут всех не закошмарил.
Эта рутинная поездка «за бойцами» вошла в летопись бригады.
– Ты, что ли, «Маленький, но зл@#бучий очень могучий» воин? Угроза НАТО и будущий лучший боец ВДВ? – любознательно спрашивали и бойцы, и офицеры, оглядывая его с головы до ног. Хотя ошибиться было невозможно: он. Все его стописят сэмэ об этом говорили.
– Ну-ну, ну-ну, – с сомнением и улыбкой подводился «итог переговорам».
НО! Воробей не соврал. Что понятно. И не переоценил себя, вот что удивительно. Так же как и «покупателя» в военкомате, он потом «комиссию» в части «сломал». Когда его пробовали в обслуживающие роты запихнуть (РМО, РДО, Рота связи, клуб опять же присутствует в части: не служба – солдатская мечта!). Так и он вроде «в ВДВ», и служить попроще, все при своём.
«Попроще» служить Воробей отказался. Чем обозлил и раззадорил комбрига. А это был последний человек, которого следовало «раззадоривать».
– Так, стоп! Надоел ты мне здесь упёртостью своей, Рембо хренов. Послужить хочешь? Ну сам напросился! Аханов, забирай эту «угрозу мировому сообществу» себе. Если ты его сожрёшь, я сделаю вид, что ничего не было. Ни бойца не было, ни твоего служебного каннибализма. Сломаешь его до конца КМБ – так и быть, дам тебе голову на замену. Ну а нет – будешь с дыркой в штатном расписании задачи выполнять.
Аханов командовал разведротой.
Везде существуют свои градации и оттенки «серого». В пятизвёздочном отеле есть номера «с видом на море», и есть «из окна весьма неплохой вид». В тюрьме тоже иерархия: кому карцер, а кто и хлеборез. И так везде. Без исключения.
Даже далёким от ВДВ, и оттого бесконечно счастливым читателям примерно понятно из предыдущего текста, что такая градация есть и в десантной части. Как там в какой-то песне? Писарь, киномеханик и хлеборез? Во-во! Есть места попроще, есть сильно попроще.
И есть разведрота.
И среди перманентной задницы в боевых подразделениях, в разведроте – самая ЖОПА! С самой большой буквы «Жо»!
Да ещё и Аханов, не без оснований и без всяких натяжек, числился самым свирепым ротным бригады. Его бойцы боялись, как огня, но и уважали крепко.
А комбриг продолжал, несмотря на мой комментарий:
– Уяснил, Аханов, всю прелесть ситуации?
Аханов задержал на своём «пополнении» тяжёлый взгляд, и неопределённо повёл головой. Он и рад бы возразить, но дураков разведротой командовать ставят нечасто. Командир, судя по его тону и виду, решение принял, чего нарываться?
– Ну а ты, смотри мне, Воробей! Я! Целый командир героической со всех сторон бригады лично за тобой следить буду! Если мне ротный хоть слово скажет, что ты не вытягиваешь – комиссую в два счёта. «Покупателю» твоему, который тебя сюда за каким-то приволок холку намылю за вольную трактовку физических нормативов, ну а начмед тебя спишет. В два счёта спишет! Там даже никаких диагнозов выдумывать не потребуется, ты по самому первому пункту не проходишь: рост-вес. Так что выбор у тебя простой: или грудь в крестах, или домой с позором. Можешь, кстати, прямо сейчас выбрать – время нам сэкономишь.
Так будущего Воробья первый раз назвали «Воробьём». Ну а раз прозвище дал САМ комбриг, то и бригада покорно согласилась.
Воробей ничьё время экономить не стал, а пошёл служить к самому свирепому ротному. Который немало усилий положил, чтобы поломать недомерка и «списать» к такой-то маме. Нафига ему дырка в штатном расписании? Когда «по штату» человек вроде бы и есть. А бойца «по факту» – нет. Однако Воробей не только «ломаться» и не подумал, а ещё и пёр за двоих. Мало того: других тянул, тех, кто весьма поздоровее были. Аханов достаточно быстро Воробья выделять стал и «поломательные» эксперименты закончил. А его мнению можно было доверять.
Когда я уезжал в Академию Воробей был уже сержантом. В отсутстсвии Аханова весело заруливал кабанами из разведроты, которым был примерно по пояс. И, что показательно, был у них в авторитете
Умудрился съездить в отпуск (что редкость!) со своей фотографией на фоне развёрнутого Боевого знамени части. А такое происходит предельно не часто.
Ротный предлагал ему поступать в училище и дальше служить офицером. Комбриг подписал рекомендацию.
Чем дело закончилось – не знаю. Знаю только, что не ошибся «покупатель» в том сибирском военкомате.
Так что – размер не главное!
Эту мою позицию вы ещё со времён двухполосого амфиприона знаете.
Но этот «прикол» ещё не весь прикол. В тот же самый призыв, в ту же самую часть, тот же самый «покупатель» из того же самого военкомата привёз ещё и самого высокого бойца на всё ВДВ.
Такой вот парадокс. Так вот эти Пат и Паташонок, Давид и Голиаф, будут темой следующей статьи: «Самый крупный воин ВДВ. О вреде гигантомании, или: мал золотник, да дорог»
А вот и вторая часть подоспела. И даже вовремя! Так что вашему вниманию предоставляется дилогия, из двух (естественно!) частей.
Выше – первая.
Ниже – вторая: