Чем нас лечили в СССР и в 90-ых? Йодной сеточкой, зелёнкой, в нос капали зелёную слизь растения, которое росло у каждого на подоконнике, от которого чихал полчаса без остановок, дышали над картошкой, носили ожерелье из чеснока и лука, на рану прикладывали подорожник и занимались многими другими экзекуциями. И несмотря на всё это выздоравливали. Предлагаю вспомнить, понастальгировать, а вы дополняйте в комментариях, если что.
Итак, год так 1975-ый. Примерно. Обычная советская квартира, скажем, в хрущевке. Где-то глубоко в верхнем шкафу в жестяной коробке из-под обуви или "Юбилейного" печенья, хранилась домашняя аптечка на все случаи жизни.
Открываешь крышку – и вот они, средства, которые были в каждом доме от всех болезней. Йод в маленьком пузырьке с едким коричневым пятном вокруг горлышка. Любая содранная коленка, порез или царапина немедленно метилась его жгучим следом, а при простуде на спину рисовалась таинственная "йодная сетка".
Рядом – зеленка, менее жгучая, но не менее узнаваемая по ярко-изумрудному цвету, которым щедро разукрашивали детские лбы и коленки, превращая каждого малыша в маленького инопланетянина. Запах этих двух антисептиков – кисловатый, аптечный – навсегда врезался в память как запах детства и мелких бытовых травм. Перекись водорода шипела белой пеной на ранке, пугая и завораживая одновременно – казалось, вот оно, очищение! Рядом лежали рулоны сероватого бинта и огромная пачка синей ваты, из которой аккуратно скатывали шарики для ушей или компрессов. Без ваты и бинта лечение было немыслимо.
А рядом была тяжелая артиллерия. Анальгин – белые таблетки в бумажной пластинке, универсальное средство от головной, зубной, суставной боли и температуры. Его давали почти при любом "ой!", часто не задумываясь о дозировке или последствиях для желудка. Рядом – аспирин, чуть более благородный борец с жаром и воспалением. И чёрные таблетки активированного угля, которые толкли в ложке и давали при малейшем подозрении на несварение или отравление – считалось, что он впитает всю гадость как губка.
А настоящим "хитом" борьбы с кашлем и простудой были горчичники и банки. Горчичники – это жгучие бумажные конвертики с горчичным порошком. Их смачивали в теплой воде и прилепляли на спину или грудь, где они начинали нещадно жечь, "прогревая" бронхи. Дети плакали, взрослые стоически терпели, веря, что жар выгонит хворь. А потом наступал черед банок – стеклянных колпачков. Фитиль, смоченный в спирте, поджигали, быстро вносили в банку, выжигая кислород, и тут же ставили на смазанную вазелином спину. Кожа втягивалась внутрь с гулким хлопком, оставляя потом огромные фиолетовые синяки. Вид ребенка или взрослого с "пятнистой" спиной был обычным зимним явлением. Искренне верили, что банки "вытягивают болезнь" – наука потом это опровергла, но тогда это был священный ритуал.
И конечно, волшебная "Звездочка" – маленькая жестяная баночка с вьетнамским бальзамом, пахнущим ментолом, камфарой и эвкалиптом. Её мазали на виски от головной боли, под нос от насморка, на грудь от кашля, на укусы комаров. Её резкий, целебный запах был одним из главных ароматов советской болезни.
Когда домашние средства не справлялись или болезнь казалась серьезной, вызывали участкового врача. Это была ключевая фигура. Он знал всех своих пациентов на районе по имени-отчеству, их истории болезней и даже семейные обстоятельства. Звонок в поликлинику: "Ребенок температурит, приезжайте!". И врач, часто уже к вечеру, уставший, с потёртым саквояжем, приходил на дом. Осматривал, выстукивал, выписывал рецепты на особых бланках. Потом начинался квест в аптеку – отстоять очередь, а там могло не оказаться нужного антибиотика или мази. Приходилось искать по другим аптекам или "доставать" через знакомых.
Параллельно с официальной медициной процветала "кухонная". Горячее молоко с медом и сливочным маслом от кашля, малиновое варенье и чай с липой от температуры – это было свято. Горчичный порошок насыпали в носки на ночь, горло полоскали раствором соды с солью, дышали над кастрюлей с вареной картошкой, накрывшись полотенцем. Бабушки были главными хранителями этих рецептов, и их авторитет в лечении простуды порой был непререкаем.
Ирония в том, что иногда эти простые средства помогали не хуже аптечных. В совсем тяжелых случаях звонили "03". "Скорая" – это был звук одновременно надежды и тревоги. Ехать она могла долго, но приезжавшие фельдшеры или врачи были настоящими полевыми командирами: быстрыми, решительными, способными снять острое состояние и решить вопрос о больнице.
Если есть, чтоб добавить, добро пожаловать в комментарии, ставь лайк и подписывайся на мой Телеграм, а ниже ещё несколько интересных статей по теме: